Время перемен. Том 2 (СИ)

— Судя по тем кривляниям, что производит мой слуга, это таки правда. Я уж и не чаял увидеть одного из вас. Феликс, ты свободен.
— Да, нечасто мне приходилось тут бывать. Но как он узнал меня?
— Он начинал помощником, кажется, лет тридцать назад. Бывали вы у нас в то время?
Древний покопался в памяти. Похоже, именно тогда он разбирался здесь со скандальным управляющим, чьи глупые решения и жадность чуть не развалили предприятие. И тогда же он учредил новую выборную систему, плоды которой видел перед собой сейчас.
— Да. Решал некоторые щепетильные вопросы.
— Вот и ответ. Чем же я могу помочь сегодня? — учтиво вопросил господин Леснер.
— Мне нужен наряд для встречи с королём.
— Вот как? Я думал, вас интересуют вопросы денег и долей. Работы сейчас невпроворот, но для вас что-нибудь придумаем. Пожелания?
— Ничего кричащего, но соответствующий обстановке. Я не должен выделяться из придворной толпы.
— Это будет сложно, если не надевать ничего кричащего.
— Возможно. Тогда на ваше усмотрение.
— Хорошо, — он дёрнул за верёвку рядом со столом, и очень скоро в кабинет вошёл слуга.
— Феликс, костюм, что мы шили для бывшего казначея, ещё не продан?
— Нет, господин.
— Спорите с него родовой герб и нашейте, какой пожелает наш гость. Снимите мерки и подгоните на него костюм. У вас времени… Сколько, господин Александр?
— Два часа.
— Два часа, Феликс. Сейчас мы договорим, и он спустится к вам.
Слуга убежал.
— Ещё что-нибудь?
— Да. К вам едет партия летийского шёлка по моему распоряжению. Материал дорогой, но преотличный. Посмотрите, как его возможно использовать. Если он вам подойдёт, напишите владельцу предприятия, чтобы делал регулярные поставки. Я уже сказал ему не продавать шёлк в Холвинде никому, кроме Фортерских портных. Пожалуй, это всё.
— Спасибо, мы исполним всё в точности, как вы сказали. Можно один вопрос напоследок лично для меня?
— Смотря какой.
— Мне ждать войны в скором времени? — господин Леснер серьёзно посмотрел на Александра.
— С чего такие вопросы?
— Видите ли, я не из этой страны. Мои родители жили в Андузии. Тогда там правил король Луций и его королева Катиль. Бабка нашей королевы. Так вот, древний принимал у неё роды дважды, и на второй раз случилась война, которой никто не ждал. В той войне погиб мой отец, а нам с матерью пришлось бежать. На этот раз роды предстоят королеве Холвинда, и снова в городе древний. Вот я и спрашиваю, чтобы быть готовым.
— К войне лучше быть готовым, вне зависимости от того, есть в городе древний или нет.
— Спасибо, мне вполне достаточно того, что я услышал, — смиренно склонил голову управляющий, — Подробностей не прошу, целее буду.
Александр поднялся и уже хотел выйти, но обернулся у самой двери:
— Я постараюсь сделать так, чтобы её не случилось.
Он спустился на первый этаж и отдал себя во власть команде портных, которые уже поджидали его во всеоружии. Пока они снимали мерки, мысли его гуляли далеко. Получается, он принимал первые роды бабки королевы, и сейчас даже припомнил патологию, что вполне могла перейти по наследству. Удачно выходит. Впрочем, смотря для кого. Пока портные возились с костюмом, древний решил отобедать и выбрал для этого самого приличного вида трактир на улице Ткачей. Было чуть за полдень, и неудивительно, что вскоре в это же заведение пожаловал и господин Леснер. Скорее всего, он хотел сесть за какой-то привычный столик, но Александр помахал ему рукой, и управляющий присоединился к нему. Чуть погодя в зал вошли двое и, завидев Леснера, сразу направились к их столу.
— Вы не против, если к нам присоединятся мои друзья? — спросил он шёпотом.
— Нет, но не болтайте лишнего.
Одни господин был усатый, второй с окладистой бородой и жёстким обветренным лицом.
— Это мои друзья, Виммельбах и Крост, — представил их Леснер, — Из цеха перчаточников и цеха обувщиков. А это мой давний торговый партнёр, Александр.
— Чем вы занимаетесь, господин Александр? — усаживаясь, осведомился усатый.
— Шелком, немного сталью, далеко на юге есть сыры и несколько кузниц.
 
Бородатый оглядел его:
— Вы не похожи на того, кому всё досталось на блюдечке. Думаю, не ошибусь, если скажу, что вы не из благородных, а из наших, купцов, которые всё заработали своим трудом.
Древний улыбнулся:
— А если бы вы ошиблись?
— Но ведь не ошибся! Леснер бы меня предупредил, будь вы из дворян, не сомневайтесь, — он задорно пихнул управляющего локтем, — Какими судьбами к нам?
— Катаюсь по северным королевствам и ищу, на чём бы заработать. Про Холвинд что скажете? Как тут купцам живётся?
— Торговать можно. Наш Нойер, хоть и дерёт три шкуры, зато бандитов под корень извёл. Почти и нет у нас лихих сёл, иль лесов. Уже с пяток лет без охраны по дорогам ездим, да и стража мзду не берёт с нас. Площади, да все улицы, почитай, он замостил. Всё время новое что-то строит, что нам пригодно. Бедняков повывел, когда отправил их лес валить, да дороги класть. Войну стороной обходит, со всеми мир у нас. Так что грех жаловаться, да осветят Трое путь его…
— Слыхал я такие песни, — покачал головой легат, — Без утайки говорите, я не соглядатай королевский, кляузничать не побегу. Леснер мне порукой. А, коль захотите, в дело вас взять могу на долях, так что мне наверняка знать надо.
— Вокруг глянь, — развёл руками усач, — Похоже, что мы лжём? Может, в захолустье каком дальнем и сыщется недовольный, а среди столичных дураков нет. Нойер наш молодец, каких поискать. И вокруг себя людей под стать собирает. Что он многие головы рубил прошлые годы, так то поделом. Сорняки все повыдергал, а теперь время урожай собирать.
— Одно есть опасение, — не поднимая глаз от стола, сказал Леснер, — Сын его юродьивый. А самому ему годов не так чтоб мало. На кого нас оставит?
— Вот оно что. И вы ждёте родов с надеждой и страхом?
— Что ещё мы можем сделать? Ждём, как упадёт монета…
Легат древних успел побеседовать с трактирщиком и местным стражником, пока ждал портных, и все в один голос, вот незадача, признавали, что жаловаться им не на что. В Холвинде, дескать, только лодырям живётся плохо. Такое встречалось крайне редко, но, глядя вокруг, Александр склонен был им верить.
К вечеру, в новом строгом серебряно-белом костюме и на вычищенной лошади он отправился во дворец.
— Куда подевалась ваша свита, легат? — с усмешкой осведомился молодой сержант на воротах.
— Древние со свитой не ходят, только с охраной. Но моей охране не место в королевском дворце, не так ли?
— Может, документ какой?
— Имеется таковой, — древний сунул ему свиток легата, и сержант послал одного из стражников к камердинеру, чтобы тот удостоверил подлинность печати.
— Что это? — кивнул сержант на малую пневматику.
— Именная трубка древних.
Сержант кивнул и показал, где надлежит оставить лошадь, и, пока Александр искал конюха, вернулся запыхавшийся стражник:
— Сказали проводить в приёмный холл.
Александр побрёл вслед за ним в небольшой, но ухоженный дворец. Сад вокруг был убран, деревья подстрижены, и ни единого корня не торчало на гладкой земле. Сам дворец представлял собой огромный купол посередине и четыре луча, идущие от него в разные стороны. В нём чувствовалась монументальность, и в то же самое время, красота, проявляющаяся в немногочисленных деталях — окна и рамы, картины на стенах, подставки для факелов, мебель, освещение.
Когда его привели в один из «лучей» и усадили ожидать в общем зале, он обнаружил впереди себя пятерых человек. По виду — местные дворяне, они прекратили разговаривать, когда увидели незнакомого человека. Легат пригляделся и заметил, что праздности в них нет. Все, вероятно, прибыли сюда по делу.
Камердинер сидел за столом около двойной двери в кабинет короля, остальные стояли. Но, при виде Александра, расселись на обитые бархатом скамейки у стен.