Держись от меня подальше (СИ)

— Ирина, принеси аспирин, — попросил он.
— И чашку кофе, — добавили с дивана.
Молодой человек поморщился, но, с секунду поборовшись с собой, сдался. Приятелю, похоже, действительно плохо.
— И две чашки кофе, пожалуйста.
Спустя минуту, которую и Кирилл, и Зимин молчали, «помощница» принесла кофе. У Верховского больше не поворачивался язык даже мысленно назвать кого-либо секретаршей. Похоже, после перепалки с Дёминой он приобрел непереносимость этого слова.
…Он действительно бросил женщине в лицо такую пошлость?
…Своей, типа, начальнице?…
С моралью у него всегда были проблемы. Но он точно не жалел о произошедшем: слишком уж зарвалась дамочка на своем месте, стоило побольнее задеть её. Эта мысль перевешивала даже осознание того, что теперь начальница будет считать, что он её домогался. Пусть думает о нем, что хочет, главное, чтобы испытывала тот самый дискомфорт, какой испытал он.
— И что с тобой приключилось? — наконец спросил Арсений, заглядывая на дно опустевшей чашки кофе.
Кирилл не спешил делиться новостями. Все произошедшее еще бурлило в нем негодованием. Ему словно только что плюнули в лицо. И кто? Одна лицемерка!
— Гребаная Дёмина приключилась, — не поднимая со спинки дивана голову и не отрывая от глаз руки, гулко ответил он сразу смахнув и таблетку, и кофе.
— Хм… — нарочито громко произнёсли со стороны стола.
— Что значит «хм»? — ожесточено прорычал Кирилл, распластавшись по дивану. — Как, бл**ь, она это место получила? С кем переспала или кто там у неё родители? — Он уже уверился, что у главы отдела аудита должен быть какой-то охрененный покровитель, раз она так себя ведёт с ним — наследником бизнеса.
Верховский старательно отгонял жалкие мысли, что этот покровитель его отец. Но ведь все так очевидно сходится — отец направил его именно к ней и именно она не побоялась выесть ему весь мозг. Как будто мстила. За что? За то что ублажала его старика отца? Подобная теория по отношению к Дёминой казалась ему и логичной и одновременно невозможной. Невозможной по одной причине, так низко отец в его глазах упасть не должен.
— Я говорил твоему отцу, что засунуть тебя в отдел аудита — идея не из лучших… — поднимаясь со своего места и подходя к окну с гигантскими зелёными растениями по углам, пояснил юрист.
Кирилл наконец оторвал голову от дивана и посмотрел на друга напряжённо. Если сейчас Зимин осмелится озвучить неприятные мысли, которые он гнал из своей головы, то мир Верховского перевернется и уже никогда не вернётся на место. «Что, блядь, с ней не так?» — молча, одним взглядом вопрошал Кирилл.
— Что, слишком принципиальная? — почему-то уточнил Арсений в ответ на его невысказанный вопрос.
Откуда ему знать, это он пришел за ответами.
— Мне, к счастью, не приходилось с ней конфликтовать, но, говорят, она та ещё заноза. Аудит, знаешь ли, требует определенной упертости и принципиальности. Про таких говорят: «Повезло, что она работает на нас, а не против».
Верховский опустил взгляд, пытаясь понять, что Арс имеет в виду. За нее тут держатся, ценят не за красивые глаза?
— Ей сколько лет? — с сарказмом скривился последний. Зимин пожал плечами:
— 26–27 она, кажется, на год раньше меня получила диплом в колледже.
Старше товарища на год, его самого — на четыре-пять… Он думал, что разница в возрасте меньше. Но все равно в 27 лет заполучить такую должность, не опираясь на связи?
Тут в кабинет без стука вошёл Белов и, кинув Кириллу на диван папку, устроился в кресле:
— Что, уже достала? — спросил он без лишних сантиментов у парня. Тот задумчиво прикоснулся к папке. Ещё поднимаясь в этот кабинет, он по телефону попросил Стаса найти личное дело Деминой.
Стаса Кирилл знал «сто лет». Друг с самого детства защищал его от всех чертовых наглых взглядов и учил драться. Когда ты проблемный подросток, весь мир прямо или косвенно почему-то стремится доказать, что ты ничего не стоишь. «Без денег отца», — мысленно всегда добавлял Кирилл про себя.
Но к слову сказать отец закрывал глаза на приключения сына, если Белов оказывался по близости. Тот готов был защищать подростка ценой собственной жизни, за что и получил шрам через все лицо, спасая его в пьяной драке. Естественно благодаря этому инциденту с военной академией пришлось распрощаться, но повезло обрести другое достойное место.
 
— Решила повоспитывать меня, моральную порку, блять, устроила. Ещё б немного и отшлепать пригрозила, — вскипая, высказался Верховский, со Стасом всегда говорилось легче. Арсений был через чур серьезным для бесцеремонных бесед.
— Я бы на твоём месте сразу согласился, — то ли шутя, то ли серьезно посоветовал Белов.
Кирилл закатил глаза.
— Мне мамочка не нужна! С ее слов я избалованный папенькин сынок, который должен, цитирую, «почувствовать нужды нижних позиций на своей шкуре», — яростно потирая рукой висок, сказал он.
— Нижних позиций? — с ещё большим недоверием и намеком спросил Стас, закидывая ногу на ногу. — Как интересно!
Кирилл шумно выдохнул, пытаясь взять идиотские эмоции в узду. Действительно, что за бред он несёт? У Дёминой нахватался?
— Она имела в виду, что прежде чем стать руководителем, нужно пройти стажировку в подчиненных, чтобы лучше понимать их психологию и мотивацию? — подсказал Арсений.
Парень бросил на него гневный взгляд, соглашаясь.
— Ну да, блин, ты же у нас гений! Хорошо разбираешься во всех этих… тонкостях.
— И в чем она неправа? — устало спросил Белов.
Кирилл снова поднял взгляд к потолку. Что-то Стас, с первого дня получив должность начальника безопасности, не возражал. Да и Арсений начинал с нормальных должностей без стервозных начальниц.
— Мне вот интересно, что ты ей ответил, раз вышел в таком виде? — Зимин не удивлялся реакции друга, слушал скорее лениво, давно притерпевшись с его характером. Ему важно было понять степень остроты конфликта со стороны Дёминой.
— Послал, — коротко ответил Кирилл. То, что он буквально послал её отсосать, конечно, не стал уточнять. Он — идиот, это и без Зимина понятно.
Белов издевательски ахнул. Арсений же молчал с явным укором. Верховский ощутил давление от его упрека, будто встретился лицом к лицу с отцом. Он, правда, пытался договорится с главой аудита и разойтись на этой узкой дорожке без взаимных потерь, но она сама встала на его пути.
Наследник банка прикрыл глаза и сквозь зубы сказал Зимину:
— Какого черта, Арс, я просто хотел спокойно провести этот месяц. Мне все равно в какой должности, лишь бы я сидел где-нибудь отдельно от всех и перебирал бумаги. Чтобы меня не тыкали и не дёргали, не пялились на каждое мое движение.
Он закончил семестр блестяще по среднему балу. Он был в десятке лучших, наконец вышел на уровень стипендиата. Чего ещё отец хотел от сына? Большая часть его сокурсников проходила практику как попало. Егор, с которым он учился и развлекался в клубах, появлялся на своей через день и то на пару часов. Отца не устраивало подобное? Он должен единственный свободный месяц за этот учебный год провести в нервной погоне за результатом? Как будто после университета он не будет заниматься этим все время. Да у него вся жизнь на этом повязана. От этого бизнеса ему никуда не деться.
— Снова приступы мизантропии? — уточнил Зимин. — Тебе действительно нужно с этим бороться. Когда ты последний раз был у терапевта?
Забота друга о душевном здоровье Кирилла вывела того из себя ещё больше. Все знали, что он прекратил терапию ещё по окончании выпуска из школы.
— Причем здесь это? Я просто не хочу, чтобы мне трахала мозг местная стерва! — в сердцах огрызнулся Верховский.
— Стерва, — насмешливо согласился Стас.
Парень метнул на него злой, но заинтересованный взгляд.
— А ты о ней что знаешь? Колись.
Белов снова нагло улыбнулся, скрестив на груди руки. Чудо, что его пиджак не расходился от игры мышц под тканью.
— Что в её отделе самые симпатичные девочки… — хмыкнул он. — Потому что самые недоступные.