Держись от меня подальше (СИ)
Кирилл поднял на неё взгляд. Он понимал, что та могла не благодарить его, особенно после всего, что он сделал и сказал ей, но… она это сделала. Браво!
Взгляд сместился к ее руке со стаканчиком кофе, к ее пальцам — тонким, изящным — прикосновение к которым прямо сейчас могло столкнуть его в бездну пьянящего восторга.
Дёмина глубоко вздохнула, напоминая себе о дистанции. Оглянулась на настольные часы.
— Вы что-то хотели? — наконец спросила она, собравшись с мыслями.
Её обращение на «вы» отрезвило Верховского. Он думал, оно осталось в прошлом, до поцелуя. Но Евгения Игоревна очевидно снова пыталась натянуть на себя белую шкуру, притворяясь кем-то иным.
— Верховский, рабочий день давно закончен. Отправляйтесь домой, вы справляетесь со своей работой. Вам не нужно здесь быть после восьми… — Дёмина сглотнула. Разве что доставать её. — У вас нет иных дел?
Усталый и рассудительный тон собеседницы бил Кирилла похлеще кнута. Нет иных дел? Ну да, самое время залить свою злость и обиду на женщину с этим ее "вы" в баре в компании депрессивного Стаса. Даже если он снова закинется чем-то серьезным, друг в своём нынешнем состоянии не заметит. Интересно, кто из них кого достанет первым? Даже Егор их не спасёт. Арсений же все равно не пойдёт никуда в будни.
Верховский глубоко вздохнул, душа в себе порыв сделать что-нибудь по-настоящему наглое и вызывающее. Просто отвернулся, сделал пару шагов и уселся на стул перед столом шефини.
— А ты, похоже, не справляешься со своей работой, раз спишь на рабочем месте.
Дёмина не сдержалась, прикусила нижнюю губу и хмыкнула от этого наглого тона мальчишки. После чего поймала внимательный, обжигающий взгляд парня и пожалела, что так явно показала свои эмоции.
— Всё ещё продолжаете следить за мной? — спросила она и села в своё кресло. — И что, что-нибудь интересное получилось найти? Кроме того, что я сплю в своём кабинете, — почти без интереса спросила она.
Такая спокойная и пренебрежительная, что челюсть сводит. Ничего толком Кирилл не узнал, только крохи информации. Судя по насмешке они никак не могут помешать её положению или репутации. И хочет ли он влиять на них теперь? За эти дни он уже осознал, что желание уничтожить начальницу заменило совершенно иное — жуткий интерес. На фоне этого такая попытка вести диалог скорее радовала, чем унижала его. Она давала возможность наконец поговорить с ней.
— Жень, когда мы общались с твоей сестрой, она пару раз назвала тебя Лайт, — произнес он почти бесстрастно, так чтобы перешагнуть пропасть, и не быть воспринятым в штыки. Так звала её сестра, и он знал, что так её называла Моника в разговорах с Беловым.
Та приподняла подбородок. Вот почему следовало держать Алису подальше от Верховского и его друзей. Вот та причина из-за которой она все таки пожаловалась Белову.
— Евгения Игоревна, если хотите что бы я вас слушала, — пресекла она его попытку перейти на «ты».
Кирилл внутренне оскалился на указанные ему границы, как зверь на прутья клетки, но продолжил:
— Лайт — странное имя. Откуда оно?
Дёмина свела лопатки и почувствовала холодный шёлк подкладки пиджака. Те времена, родом из которых это имя, она не желала вспоминать.
— Это личный вопрос, не связанный с работой.
Тут же отметила, как парень чуть-чуть раздул ноздри. Его злит то, что он ничего о ней не знает, а она уходит от вопросов. Это заставило её найти точку внутреннего равновесия и улыбнуться самой себе — ничего у этого мальчишки не выходит.
— И как ты не устаешь постоянно притворяться? На работе госпожа Дёмина, дома — Лайт, — задал Кир провокационный вопрос с затаённой злобой. Он не верил что ей было уютно за той маской, которую она носила. Он хотел ее настоящую, — живую, горячую, мечтал, что бы она дала ему надежду, но не позволял себе просить об этом.
Женя сглотнула. Она никогда не воспринимала себя как разваливающуюся на части личность. За всеми этими социальными ролями было железное ядро, целостное «Я», борющееся с системой и пытающееся при помощи масок выжить. Но слова Верховского почему-то задели её. Только сейчас она поняла, что этот чертов взгляд из-под густой челки пытается рассмотреть это самое ядро, снять всю шелуху и залезть поглубже к её сути. Ей вдруг стало неприятно, будто к ней применили насилие.
— Родители никогда не давали вам ласкательных имен? — схитрила женщина, вынуждая собеседника так рьяно копающегося в ее жизни, пойти по ложной дорожке.
Кирилл расценил это на свой лад, поэтому ответил с той же интонацией.
— Нет. Ну если не считать, тех двух раз, когда отец назвал меня взъерошенным галчонком.
Демина не смогла удержать вопросительного взгляда в его сторону. Она ожидала застать парня задумчивым, ушедшим в собственные приятные воспоминания, но молодой человек смотрел на нее прямо и укоризненно. Он явно не повелся на ее уловку.
— Верховский, отправляйтесь домой. Вы мешаете мне работать, — в очередной раз повторила Дёмина. Она взялась за мышку и вывела ноутбук из спящего режима. Перестук клавиш прервал голос:
— И дерёшься как профессионал.
Женщина остановилась, но не стала отвечать, не поднимая взгляда от монитора. Кирилл почувствовал её внутренне напряжение, странное для данного вопроса.
— Где и зачем ты этому научилась?
Чертов мальчишка. Евгения нервно застучала по клавишам. Какого дьявола, он вечно наугад попадает по её больным местам.
— Вам сообщить адрес зала и имя тренера?
Верховский услышал в её голосе скрытую злость. Следовало отступить, пока она не спустила его с 8 этажа. В этот раз он промолчал, впитывая её реакцию.
— Что не так с этими бумагами? — выразил спешный живой интерес. Он, похоже, уже поймал волну вопросов, которые раздражали главу отдела.
Она оторвалась от монитора и бросила на него взгляд.
— Мне стоит третий раз повторить…
— Первых двух было мало, чтобы понять, что я не уйду? — пожал плечами Кирилл.
Евгения рассерженно прищурилась: ей больше нечего делать, как тратить время на споры с наглым стажером?! А тот уже тянулся за верхней папкой на её столе. Просто наугад взял в руки. Дёмина с каким-то беспомощным осуждением смотрела на его движения.
— Что ты ищешь? — спросил он.
— Вы… — строго напомнила она ему.
— Евгения Игоревна, что вы ищете? — издевательски поправил он сам себя.
— Желаете сверхурочно поработать? — воодушевленно бросила она, надеясь, что мальчишка сбежит от внезапной ответственности.
Верховский приподнял уголок губ и нервно выдохнул:
— Желаю…
Дёмина ощутила жар на щеках, но в очередной раз глубоко вздохнула, сдерживаясь.
— Утечка из бюджета фирмы в размере 288 тысяч за год.
— 24 тысячи в месяц, — быстро подсчитал Кир.
Женя хмыкнула. Если бы все было так просто и очевидно. Она первым делом проверила расходы с подобной суммой, но ни одна из них не повторялся с цикличностью раз в месяц. В марте и августе вообще не было строк на подобную сумму. Слишком очевидный вариант.
Голова её заработала. Глаз ведь за эти три дня перепроверок замылился, она стала терять из виду важные детали. Возможно, стоит просто поискать строки расходов, которые повторяются каждый месяц и высчитать суммы, потраченные по этим пунктам за год.
Женщина невольно зарылась пальцами в волосы, уходя в цифры и забывая о посетителе. Среда на исходе… А успеть нужно к пятнице…
Кирилл наблюдал, как начальница совершено потеряла к нему интерес, вместо этого с азартом начала что-то проверять на компьютере. Его это немного задело.
— Есть мысли по этому поводу? — спросил он, зная, что та снова разозлится, потому что он отвлекает её. Евгения взяла стопку папок со стола и протянула ему.
— Я буду называть пункты. Сделайте мне сумму расходов по ним за год.
***— Доброе утро, — невесело хмыкнул Стас. Растрёпанный и сонный Кир поднялся с дивана Арсения. Плед сполз с плеч.
— Сколько времени…