Скандерия (СИ)

— За юбку Еве влетит. Вернее, за её отсутствие. Привет! — Хуберт Подпорожский, товарищ по литературному факультету, обнял Агнессу так, что ей стало трудно дышать.
— Привет, — прохрипела Агнесса, болтая ногами в воздухе. Обе туфли тут же слетели. А Хуберт оказался не настолько джентльменом, чтобы помочь их поднять — он уже вприпрыжку бежал к Грибу.
Пожалев, что снова упустила момент, когда профессора заболтали, Агнесса взяла свои «лодочки» в руки и пошлёпала дальше босиком.
— Что-то новое! — Лиза Сухарева, стипендиатка с хореографического факультета, щеголяла в широченной юбке длиной до щиколоток.
Лиза, хотевшая сказать что-то ещё, осеклась, кивнула на двор и убежала. Проследив взгляд Лизы, Агнесса автоматически натянула дежурную улыбку.
Астра МакГрайв, пожалуй, единственная из студентов старших ступеней прибыла в школу в сопровождении матери, в прошлом известной балерины, а ныне светской львицы без очевидных возрастных признаков, телеведущей и главы Родительского комитета. Астра и Жюстина (в миру Ольга) Викторовна вышагивали в ногу модельной походкой. Обе они обладали идеальной осанкой и пропорциями, а ещё безукоризненными скулами и очень правильными носами, дорого стоившими папе — главе строительного холдинга.
— Доброе утро. — Агнесса изобразила радушную вежливость.
— Доброе, — хорошо поставленным голосом отозвалась Жюстина Викторовна и, не дав Астре произнести даже «Привет», удивлённо посмотрела на босые ноги Агнессы. — Что это, дорогая?
— Это… вот. — Приготовившись к худшему, Агнесса продемонстрировала туфли.
— Каблук сломался? — подсказала Астра.
— Я…
— Как бы то ни было, — перебила Жюстина Викторовна, — ходить без обуви, как минимум, негигиенично. И потом — можно испортить педикюр. Наверняка, ты его уже испортила. За пятками надо следить, моя дорогая, это второе лицо девушки. У тебя и маникюра нет? Милая, это же просто неприлично! В конце концов, ты же представляешь элиту общества. И твои волосы, — Лицо Жюстины Викторовны изобразило красивую киношную гримасу. — Неужели нельзя выбрать менее вызывающий цвет?
— Мне так нравится, — пробормотала Агнесса, проводя рукой по белоснежным волосам, забранным в аккуратный пучок.
Астра выдавила извиняющуюся улыбку. Она знала, что цвет волос Агнессы отнюдь не искусственный.
— И ради всего святого, надень туфли! Здесь приличное учебное заведение, а не школа для отсталых. — Жюстина Викторовна, бросив ещё один возмущённый взгляд на Агнессу, заторопилась дальше, подтолкнув Астру.
Агнесса побрела к кованой скамейке, где Гриб как раз остался в одиночестве.
— Здравствуйте, Фёдор Петрович! — Агнесса улыбнулась, протягивая профессору маленькую изящную ладошку. — Счастлива вас видеть. Как вы провели каникулы?
— Добрый день, добрый день, — пророкотал Грбницкий, вставая со скамьи. Иногда студенты шутили, что именно от его голоса осенью опадает листва. — Замечательно провёл. А это к чему?
Агнесса в ответ на вопросительный взгляд профессора на её туфли только махнула рукой.
Мимо прошествовала шумная группа девочек танцевального класса средней ступени. Все они радостно поздоровались с Грибницким.
— Ох, такая суета, — вздохнул профессор. — Как прошёл протест? Что на сей раз не устраивает громогласных дам?
— Всё как всегда, — подхватила Агнесса, вылавливая удачный момент. — Ах, да. Чуть не забыла. У меня для вас подарок.
Протянув профессору книгу, завёрнутую в несколько слоёв особого пластика, сохраняющего нужную температуру, Агнесса сделала попытку ускользнуть, но профессор удержал её за локоть.
— Опять? — спросил Гриб, глядя на студентку поверх очков.
Трюк с многочисленными слоями обёртки провалился.
— А что такое? — спросила Агнесса, понимая, что невинный тон явно не её конёк.
— Откуда? — Грибницкий указал на свёрток.
— Всё законно, — чётко произнесла Агнесса, чуть понизив голос и следя за проходившими мимо студентами. — Что плохого в том, что книга будет храниться в вашей библиотеке, а не в чужой? Частные коллекции не запрещены.
 
— Да, но как эти книги попадают… Добрый день, добрый день! — Грибницкий закивал очередной группе студентов.
— Хотите сказать, надо пользоваться только официальными каналами? — Агнесса иронично изогнула бесцветную бровь.
— Именно так, — упорствовал профессор.
— В открытой продаже таких раритетов давно нет. А кто, кроме вас, ещё понимает этот шрифт с ятями и ерами?
— Но…
— Приятно было встретиться. С нетерпением жду ваших занятий.
— Да-да, увидимся позже. — Профессор, проводив Агнессу взглядом, быстро осмотрелся и сунул подарок во внутренний карман пиджака.
  
Глава 2
 
Агнесса вошла в холл Гимназии и сразу почувствовала, как на мраморных плитах пола занемели босые стопы. Сев на деревянную лакированную лавочку, морщась и тяжело вздыхая, нацепила свои «лодочки».
— Привет. — Рядом, устроив на коленях разноцветный рукодельный рюкзак, расположилась Тоня Остапенко, стипендиатка с музыкального факультета. Ей явно было некомфортно в форме, ведь обычно она приходила на занятия в длинных расписных платьях. Сегодня от фолк-антуража пришлось отказаться, но в косы-колоски Тоня всё же вплела ленты — красные, зелёные, кремовые, синие и бледно-фиолетовые, в цвета факультетов Гимназии.
— Как успехи? — Агнесса кивнула на левую руку Тони, до локтя унизанную разнообразными фенечками.
— Классно! Вот, смотри, это я летом съездила на фестиваль джаза, — Тоня перебирала браслетики, — а это скалодром. Правда, оказалось, что я боюсь высоты. Сплав на байдарках… А на этот год я загадала начать осваивать арфу. Видишь шарм?
Тоня указала на браслет с золотистым шармом в виде арфы, надетый на правую руку.
— Всё наглядно, — улыбнулась Агнесса.
— Точно, — кивнула Тоня. — Пока делаю браслеты, всегда представляю, что моё желание уже сбылось.
— Хороший метод. Идём?
Девочки поднялись и направились в коридор со шкафчиками, который почти опустел, потому что все собирались на торжественную линейку и концерт в Большой зале. Тоня приложила ладонь к дверце своего шкафчика и закинула в него рюкзак. Агнесса же никак не могла отвести взгляд от удобных тапочек подруги, поэтому не заметила, откуда взялся белый пластиковый листок, упавший на пол, как только её шкафчик открылся.
— Я помогу. — Тоня быстро наклонилась и подняла карточку. — Вот, держи. Это что?
Глаза подруги расширились, когда она рассмотрела на открытке лицо Агнессы, забранное в красный круг, от центра которого расходились четыре линии. Как будто кто-то нарисовал на фото прицел.
— Не знаю, — медленно проговорила Агнесса, рассматривая фотографию. — Наверное, психопат какой-то подсунул. Не обращай внимания. Тебе такой дряни никогда не приходило?
— Нет, ни разу, — покачала головой Тоня.
— Надо же, — вяло улыбнулась Агнесса.
— О чём это вы? — рядом материализовалась Ева.
— Тебя психопаты достают? — спросила Агнесса.
— Постоянно, — фыркнула Ева.
По коридору, бросив лишь мимолётный взгляд на девочек, пробежал высокий молодой человек. Он торопливо скрылся за дверью Общей залы вслед за редкими опаздывающими учениками.
— А я не хотела туда идти, — улыбнулась Ева. — Теперь придётся, нужно же узнать, кто это.
Девочки двинулись к Зале. Агнесса, не успевала за подружками, и, снова решив снять ненавистные туфли, опёрлась о первый попавшийся шкафчик, но тут же отдёрнула руку — ладонь угодила в нечто липко-влажное. Густая глянцевая жидкость тонкой струёй вытекала из-под дверцы одного из шкафчиков литературного факультета.
 
— Эй! — эхом раздался голос Евы. Выглядывая из-за двери Залы, она махала Агнессе рукой. Но увидев происходящее, лицо Евы вытянулось, и она, выскользнув из-за резной деревянной створки, вернулась к подруге.
— Это ещё что? — побледневшая Ева опасливо поглядывала на густую тёмную лужу, образовавшуюся на полу под шкафчиком.