Скандерия (СИ)

— Хорошо бы, — зевнула Ева.
Истомин хотел вернуться сейчас же. Внутри как будто медленно завязывался тугой узел. В прошлый раз, когда он приезжал в Растяпинск, и речи не шло о посещении какой-то старой усадьбы с привидениями, о ней даже никто не упоминал.
Микромнибус остановился.
— Приехали! — Хуберт поднялся и первым вышел в открывшуюся дверь.
— Посмотрите, как классно, — восхищённо произнесла Тоня, оказавшись на улице. — Никаких эстакад, массивов, высоток. Чистый воздух! — Она шумно вдохнула и выдохнула облако морозного пара.
Остальные высыпали наружу, и микромнибус, закрыв двери, плавно укатил.
— Ой, давайте только поскорей, — проговорила Ева, дыханием согревая ладони.
— Поскорей что? Мы вообще где? — Лиза беспокойно осматривалась.
Действительно, в обе стороны убегала пустая дорога, по обочинам возвышались деревья. Никакой усадьбы видно не было.
— Правда, а где мы? — спросил Тимур. — И где… А куда мы, собственно, направлялись? Вы что вбили в маршрут?
— Я вбивал «усадьба Русаковых», — сказал Хуберт, натягивая ушанку.
— И где она? — Ева начала приплясывать от холода.
— Агнесса говорила, что дом в лесу, — подала голос Валя.
— Так давайте у неё и спросим, куда нам дальше идти. — Лиза зубами стянула перчатку и достала коммуникатор. — Странно, связи нет.
— И у меня нет, — проговорила Тоня, поднимая вверх руку с коммуникатором.
Остальные тоже достали свои коммуникаторы, но связь отсутствовала полностью.
— Что теперь? — спросила Тоня, поближе придвигаясь к Тимуру.
— Пойдём… э-э… туда. — Хуберт указал направление.
— Почему не туда? — спросила Валя, кивая в другую сторону.
— Потому что мы оттуда приехали.
— Но логичнее будет вернуться.
— Может, до усадьбы теперь ближе. — Хуберт зашагал вперёд по дороге, остальные поплелись следом.
Истомин шёл последним. Он впервые оказался в подобном месте — ни машин, ни людей, только небо и лес. Даже связи нет. Вокруг такая тишина, что уши закладывало.
Впереди показалось ограждение. На невысоком оранжевом заборе, перегородившем дорогу, висела табличка с надписью «Ремонт». За ограждением распростёрлась глубокая яма метра четыре в длину.
— Вот почему он нас высадил, — пробормотал Хуберт. — Придётся обходить.
— Может, лучше вернёмся? — хнычущим голосом спросила Ева.
Хуберт раздражённо махнул рукой и свернул на обочину. С треском ломая прутья, он пробрался сквозь невысокий куст. Следом пролез Арнольд, затем остальные.
— Мальчики, вам же говорили про закон! Нельзя ломать деревья! — Тоня осталась на обочине дороги вместе с Истоминым.
— А что нам делать? — донеслось из-за куста.
Стараясь не трогать ветви, Тоня, подобрав длинный подол в складках над расписными валенками, тоже прошла за куст, Истомин, которому хотелось просто замереть на месте, последовал за ней. В лесу оказалось куда темнее, чем на открытой дороге. Заходящее солнце отражалось лишь от самых верхушек деревьев, внизу лежала стремительно сгущающаяся зимняя тень. Под ногами хрустели примороженные опавшие листья.
— Наверное, пора поворачивать на дорогу, — сказала Лиза, засунув ладони под мышки и глядя под ноги.
— У меня колготки сейчас примёрзнут, — проговорила Ева, пряча руки в рукава.
— Ничего, мы их ломиком потом отколупаем. — Тимур замотал лицо шарфом, так что остались видны только глаза с заиндевевшими ресницами.
Хуберт, шедший впереди, повернул направо. Но деревья так и тянулись сплошной беспросветной стеной.
— И где дорога? — раздражённо произнёс Арнольд. Его бритая голова, видимо, сильно замёрзла, косички, болтающиеся на затылке, постукивали друг о друга, как сосульки.
— Мы, что заблудились? — испуганно спросила Тоня. Её длинные косы покрылись инеем.
— Да не может быть! — Хуберт пошёл быстрее, но дорога так и не показывалась.
Минут через десять быстрого шага Хуберт остановился. Остальные, стараясь держаться поближе друг к дружке, собрались вокруг него.
— Что будем делать? — хрипло спросила Лиза.
— К-кто-нибудь з-знает, как выжить в-в лес-су? — Валя начинала заикаться, то ли от страха, то ли холода.
 
Все обернулись на Истомина.
— Связи всё ещё нет? — Ничего лучше в голову не приходило.
Все отрицательно покачали головами.
— Там запад, — махнул рукой Истомин, подняв голову. Верхушки деревьев подсвечивались лишь с одной стороны. — Значит, там север.
— И чем нам это поможет? — спросил Тимур, беря под руку Тоню.
— Можно примерно вычислить направление, откуда мы приехали, — догадалась Ева и указала: — Оттуда.
— И что дальше? — резко спросила Тоня.
— Откуда я знаю, — огрызнулась Ева.
Краем глаза Истомин заметил, как в кустах что-то мелькнуло. Светлый ушастый комок проскакал между тонкими стволами и исчез в чаще.
— Эй, там тропинка! — Тимур тоже заметил кролика и пошёл следом.
Тропка, припорошенная снегом и засыпанная вялыми листьями, петляла, огибая деревья. Спустя примерно полчаса впереди показался просвет. Тимур пошёл быстрее, потом побежал, но у самой кромки кустов остановился. Рядом встал Арнольд.
Из-за его спины Истомин снова увидел мелькнувшего кролика. Зверёк проскакал между вбитыми в песчаную площадку резными столбами, верхние части которых соединялись провисающими верёвками. На этих верёвках чёрными каплями покачивались огромные вороны.
— Живности здесь, — пробормотал Хуберт, осматривая площадку.
— Может, не пойдём туда? — Арнольд глянул на остальных через плечо. — Помните про язычников?
— Несс сказала, что они нормальные, — проговорила Ева, вытягивая шею.
— Если они такие же нормальные, как она сама, с ними лучше не встречаться, — резко сказала Валя.
— Да ладно ва-а-а-а! — Лиза, вскрикнув, упала. Визжа и хватаясь за землю, она поехала пятой точкой в густые кусты, будто что-то тянуло её за ноги.
Ева отреагировала первой. Она бросилась к Лизе, почти упав на живот, и поймала подругу, уже наполовину скрывшуюся в кустах, за руку. Еву перехватил Хуберт, Тоня, сев на колени, вцепилась в Лизин рукав. Тоню поймал за пояс Истомин. Лиза, вопя, извивалась, остальные, пытаясь удержать её и друг друга, упирались ногами, но сил всё равно не хватало. Медленно вся группа ехала к густым кустам.
Валя взвизгнула и захрипела. Конец её длинного вязаного шарфа скрылся в колючих зарослях. Беззвучно открывая рот, она вцепилась в шею, которую всё туже затягивала петля.
Раздался резкий хлопок, Лиза обмякла, остальные повалились друг на друга. Валю тоже отпустило, она упала на колени, по-рыбьи раскрывая рот. Арнольд быстро размотал её шарф.
Истомин рывком поставил на ноги Тоню, которую держал за пояс, и добрался до Лизы. Она уже не кричала. Беззвучно открыв рот, перевернулась на спину и раскинула руки, надрывно дыша.
Осторожно подняв под лопатки, Истомин вытянул её из куста. Ева вскрикнула, Тоня прикрыла рот рукой. Валя подползла к ним на четвереньках и беззвучно охнула. Ноги Лизы оказались покрыты глубокими длинными ранами. Сапоги исчезли, колготки болтались окровавленными ошмётками. Истомин лихорадочно искал что-нибудь, чем можно было бы перевязать кровоточащие порезы Лизы, когда прозвучало имя, которое он терпеть не мог.
— Агнесса? — удивлённо произнёс голос Евы.
Обернувшись, Истомин увидел Агнессу всего в паре метров от них. В чёрном брючном костюме с высокими ботинками и кепкой с коротким козырьком, как у военных, она стояла, закинув за плечо винтовку.
— Что? — переспросила Агнесса, правда, не своим голосом.
— Ты здесь? — Ева бросилась к ней, но та отступила на шаг.
— Вы кто такие? — резко спросила девушка в форме.
 
Несмотря на бурление внутри, Истомин почти сразу понял, что перед ними стояла не Агнесса Русакова, а её не очень точная копия.
— А вы кто? — спросил Истомин, поднявшись и немного оттеснив Еву за спину.
— Иоанна Русакова, смотритель заповедника. — Иоанна была, пожалуй, сантиметра на полтора ниже Агнессы. И волосы короткие, а не заплетённые в замысловатые косы. Голос более глубокий. Вот и все отличия. А в остальном — такая же субтильная, черноглазая и безброво-белая.