Остров погибших кораблей. Последний человек из Атлантиды. Небесный гость (сборник)

– Может быть… может быть… Сядем отдохнем, мистер Гатлинг. Одышка проклятая!..
И они уселись на палубе старенького парохода.
– Теперь близко. Один бриг, два фрегата и еще один колесный пароходик, и мы у цели…
– Вы сами бывали на этой подводной лодке?
– Бывал не раз и говорил с немецким матросом, который плавал на ней. Он только в прошлом году умер от цинги. Я не специалист, но матрос уверял, что все механизмы лодки в исправности и ее еще можно привести в порядок.
– Знает ли об этом Слейтон?
– Думаю, что знает. Не с этой ли лодкой он и вас хотел переправить на Азорские острова?
– Но почему же тогда он сам не захотел воспользоваться ею, чтобы выбраться из этих гиблых мест?
– У нас передают друг другу на ушко, что его там, на материке, давно ждет виселица. И выходит, что Остров погибших кораблей – самое подходящее для него место: уж тут никто не найдет. Да я на крыльях готов бы улететь отсюда! Слейтон – деспот и грубиян. Он форменно поработил нас. Каково это на старости лет получать зуботычины и питаться одной рыбой! А я так люблю покушать… ох, как люблю!.. Хоть бы один раз еще пообедать по-человечески!..
И они замолчали, каждый думая о своем.
После того как Гатлинг победил Слейтона, «публично опозорил его», как говорили на острове, и вырвал у него из рук мисс Кингман, Гатлинг был «обреченным» и знал это. Слейтон ждал только случая; он хотел так уничтожить соперника, чтобы самому остаться в стороне и не вооружить еще больше против себя мисс Кингман. Гатлинга могло спасти одно бегство. Но как бежать отсюда? Ни плот, ни лодка не могли двигаться в этой зеленой каше водорослей. Тернип дал ему мысль о бегстве на германской подводной лодке.
В строжайшей тайне подготовлялся побег.
В заговоре участвовали, кроме Гатлинга и Тернипа, мисс Кингман, Симпкинс, жена Тернипа и три матроса, имевшие некоторое понятие о работе с машинами. Нужно было только привести лодку в порядок.
– Ну что? Идем!
– Ох, идем! – покорно ответил Тернип, и они двинулись в путь.
Лодка действительно оказалась в относительном порядке. Кое-что заржавело, кое-что требовало починки. Но все главные механизмы были целы. Имелся даже радиотелеграфный аппарат.
Началась работа по ремонту. Она шла медленно. С величайшими предосторожностями приходилось пробираться ночью обходными путями, мимо «резиденции», где стояла стража, и работать до зари, чтобы за час до рассвета быть уже на месте.
Мало-помалу лодка была приведена в порядок и наполнена провизией: консервами, хлебом и вином. Но за два дня до предполагавшегося отплытия случилась одна неприятная неожиданность. Увлекшись работой, Гатлинг несколько запоздал. Когда он возвращался обратно с двумя матросами, им встретились островитяне из партии Слейтона, которые вышли на заре ловить рыбу. Они подозрительно осмотрели Гатлинга и прошли мимо… Не приходилось сомневаться, что Слейтон сегодня же узнает об этой подозрительной ночной прогулке Гатлинга в обществе двух матросов и примет меры…
Надо было действовать немедленно.
И Гатлинг распорядился сейчас же оповестить участников побега, чтобы они вооружились (это было предусмотрено) и шли к подводной лодке. Остров проснется не ранее как через час. Этого было достаточно. Через двадцать минут беглецы были в сборе.
С невольным волнением они тронулись в путь к подводной лодке.
Она заблаговременно была отведена на относительно свободное от зарослей место, где можно было погрузить ее в воду. Небольшой плот стоял у старого парохода.
 
II. Бегство
 
Беглецы уже достигли двух третей пути, когда заметили погоню. Она приближалась от «горы» – самого высокого фрегата, спускаясь по покатому мостику. Надо было спешить.
Тернип и его почтенная половина изнемогали от усталости, догоняя молодых спутников. С палубы на палубу – вверх, вниз, вверх, вниз – по шатким мосткам бежали Гатлинг, мисс Кингман, супруги Додэ-Тернипы, Симпкинс и три матроса.
Пропустив мимо себя всех, Гатлинг задержался у узкого мостика, соединившего обломки каравеллы со стареньким пароходом, сломал доски и бросил их в воду. Таким образом удалось задержать погоню, которой пришлось от этого места разбиться по обходным путям.
 
Слышно было, как Слейтон, бывший во главе погони, громко ругался у разрушенного мостика.
Беглецы выиграли время, чтобы отплыть на плоту от берега по направлению к подводной лодке. Но плыть приходилось медленно-медленно. Хотя здесь было относительно свободное от водорослей место, все же «саргассы» цеплялись за плот и ежеминутно надо было останавливаться и руками расчищать путь.
Плот едва пересек половину пути, а погоня уже подходила к тому месту, откуда отплыли беглецы.
– Сдавайтесь! Вернитесь или я никого не оставлю в живых! – кричал с «берега» Слейтон, потрясая винтовкой над головой. Вместо ответа один из матросов с плота потряс кулаком.
– А, собака! – закричал Слейтон и выстрелил. Пуля ударилась в плот.
Завязалась перестрелка.
Островитяне занимали более выгодное положение. Они находились под прикрытием мачт и обломков, тогда как плот был весь на виду.
Среди преследователей находилось все население острова.
– Господи! – проговорила старуха Тернип. – Посмотрите, мисс, даже Мэгги Флорес притащилась со своим беби; она вот там, выглядывает из-за борта; видите?..
Слейтон что-то приказал. Часть островитян спустилась к воде и стала наскоро сбивать плот. Отъезжавшие атаковали их выстрелами. Вот упал в воду один… вот и другой, мотнув рукой, со стоном выбирается на палубу рыбачьего баркаса…
Беглецы пока отделывались счастливо. Островитяне, отвыкшие стрелять, не попадали в цель. Пули ложились кругом плота, поднимая брызги. Скоро, однако, один из матросов на плоту был ранен в ногу. Пуля пронизала вуаль, развевавшуюся на голове мисс Кингман. Гатлинг предложил женщинам лечь.
С острова уже отплывал плот с пятью вооруженными островитянами.
Беглецы, выбиваясь из последних сил, гребли грубо сделанными веслами.
Вот наконец и лодка, возвышающаяся своей надводной частью, с небольшой рубкой наверху.
Гатлинг вскочил на лодку, открыл люк и спустил женщин.
В это самое время он был пулею ранен в плечо. Побледнев от кровотечения, он продолжал отдавать приказания.
– Проклятый Слейтон! – воскликнул матрос-ирландец, увидав рану Гатлинга. – Я же угощу тебя! В цель!
И, тщательно прицелившись, он выстрелил.
Фергус Слейтон выронил ружье из рук и упал. Грудь его окрасилась кровью.
Видно было, как по его зову к нему подошла Мэгги и, склоняясь, протянула ребенка. Слейтон слабеющей рукой коснулся головы ребенка и что-то говорил Мэгги и Флоресу…
Но следить за этой сценой беглецам не было времени: погоня на плоту уже причаливала к подводной лодке. И в то время, как люк подводной лодки захлопнулся за последним из беглецов – Гатлингом, островитяне уже карабкались на рубку…
Лодка дрогнула и стала быстро погружаться в воду…
Растерявшиеся преследователи, теряя уходившую из-под ног опору, забарахтались в воде и, путаясь в водорослях, стали взбираться на плот.
Этот самый момент погружения был встречен криками «ура» экипажа подводной лодки.
Последние опасения исчезли: механизмы действовали безукоризненно. Яркий электрический свет заливал каюту. Мотор работал без перебоев. Легкие дышали свободно.
Но предаваться радости было не время. Раненые требовали забот. Мисс Кингман и старуха Тернип взяли на себя роль сестер милосердия. Раненому матросу перевязали ногу, Гатлингу – плечо.
С большими усилиями удалось Гатлинга уложить на койку. Его лихорадило, плечо опухло и болело, но он желал лично управлять лодкой.
Ночью ему сделалось хуже. Старуха Тернип, утомленная бегством и волнениями дня, ушла спать, и у больного осталась дежурить мисс Кингман.
Гатлинг не спал. Вивиана мочила ему виски водой.
Он слабо улыбнулся и сказал:
– Благодарю вас… я чувствую себя лучше… не утомляйтесь, отдохните.