Созданы друг для друга (СИ)

Фамильяр предложил вызвать Цербера и спросить у него — тот точно знает и скажет, но я отмела этот вариант, как самый крайний. Вообще, Ириска очень часто предлагал обратиться к Церберу. Не получается поднять силой мысли предмет — давай позовём Цербера. Спалила кухню? — давай позовём Цербера. Мужчины пропали? — давай позовём Цербера! На вопрос, какого лешего сдался ему этот Цербер, Ириска промолчал, лишь дёрнул возмущённо хвостом и обиделся.
Как-то вечером кот рассказал мне про то, как он был фамильяром бабы Яги. Мои глаза сразу загорелись восторгом естествоиспытателя — ещё бы! Столько сказок у нас в России про этот персонаж!
Бабу Ягу, которая на самом деле была не бабой, а молодой красивой девушкой-ведьмой, звали Ягиня. Она была хранительницей леса, заботилась о всём живом — и о зверюшках, и о растениях, и владения свои холила и лелеяла, строго следя за порядком. Люди уважительно относились к лесу и Хозяйке — зайдя, первым делом кланялись и оставляли небольшой сувенир или монетку, и только потом шли по делам — собирали ягоды и грибы, которые щедро росли, не прячась; охотились на дичь, подстреливая в умеренном количестве, либо рубили дрова для топки. Если кто вёл себя по-хамски, тому Ягиня давала от ворот поворот — запутывала дороги, и наказанный ходил часами по кругу, пока, вконец обессиленного, не выпускала ночью из леса далеко от деревни. Больше этот человек в лес попасть не мог — его просто выталкивало ветром наружу.
И всё было прекрасно и существовало в порядке, пока в её лесу не объявились оборотни. Поселившись на заповедной территории, они, как существа иного мира, не подчинялись Ягине, и установили свои правила. Конечно, Хозяйка леса пыталась бороться — но куда ей одной против стай могучих огромных волков… Оставалось только пакостить по мелочам, доводя волков до бешенства. То добыча уйдёт прямо из-под носа, словно провалившись в неведомую яму. То ягоды, которыми волки лечили желудок, вдруг вызывали тотальное облысение. То случится нашествие скользких зелёных жаб, которые запрыгивали в жилища, залезали во все щели, и квакали ночами напролёт. Одним словом, Ягиня старалась, как могла, досадить захватчикам. Тогда оборотни сделали ход конём — начали придумывать байки про злобу и жестокость Ягини, и запускать их в народ. Люди перестали подносить подарочки, уважать и благодарить, а потом и вовсе стали бояться и пугать детей страшной ведьмой. Оборотни так исказили её историю и настроили обычный люд против ведьмы, что сейчас нигде и не осталось воспоминаний о прекрасной Хозяйке леса..
Вообще, дух-защитник мне достался очень старый, он знал такие вещи, про которые даже в книге не было упоминаний. И помнил историю до прихода Иных; единственное, он был очень своенравный и вредный, и рассказывал только тогда, когда был в настроении. В остальное время он вёл себя как самый настоящий кот или брюзжащий дедушка.
Как-то вечером, вернувшись с работы, я налила себе ванну, добавила ароматную пену с ароматом манго, и лежала нежилась, размышляя, что будет дальше с моей жизнью.
«Выходи» — заговорил фамильяр в голове, поскрёбшись когтистой лапой в дверь.
— Нет, — проворчала я.
«Женщина, я с утра ничего не ел, имей совесть!» — взывал пушистый засранец жалобным голоском.
— Сам себе готовь, я же бестолковая, — вредничала я.
«У меня лапки» — резонно заметил кот. — «Покорми кота, женщина, иначе позвоню в органы защиты животных!»
— Как? — расхохоталась я, — у тебя же лапки!
«Всё, сиди дальше в своей ванной и плачь, меня рогатый покормит», — сообщил через пару минут Ириска, и в эфире наступила тишина.
Рогатый? Какой ещё рогатый его кормить будет? — тупила я. Рогатый! Скользя тапочками по кафелю, я выскочила из ванны, мигом набросила халат, и подорвалась с места. Выбежала из ванной комнаты, да так и застыла в коридорчике. На кухне сидели мои мужчины, все трое, уставшие, помятые, местами в саже, но такие родные. Я прислонилась к стене и, сложив руки на груди, с жадностью рассматривала. За ту неделю, что не видела их, безумно соскучилась по моей троице. Рагнар обрабатывал рану на лбу у Ивара, Лёша прикладывал кусок замороженного мяса к лицу. Первым порывом было броситься и заобнимать всех по очереди, — но вспомнила свои горькие одинокие ночи, что ни один из них не позвонил и не написал, где они, что с ними, поэтому нахмурилась и сделала шаг вперёд.
 
— И откудова это к нам таких красивеньких дяденек замело? Иль чё забыли, сказать пришли? — перефразируя героиню фильма "Любовь и голуби", произнесла я, подходя к живописной троице.
— Что с вами? — спросила, подходя ближе.
— Привет, милая! — улыбнулся разбитой губой Лёша.
Я вернулась в ванную, забрала свою аптечку, и подвинула Рагнара.
— Голову поднимите, Ивар Маркович! — попросила я, открывая спирт.
Мужчина подчинился и запрокинул голову. Со лба до переносицы шла такая рана, будто он лбом угол пропахал.
— Нужно вызывать скорую, зашивать, — спокойно произнесла я, стирая кровь с лица и рассматривая рану подробно. Внутри немного подрагивало от зрелища, но я не подавала вида.
— Не надо скорую, просто прижми свою руку, — попросил Ивар, и прижал мою ладонь к ране.
— Вы опять подрались? — вздохнула я, разглядывая рану на руке Лёши.
— Нет, упали, — ответил Ивар вместо него.
Скептически оглядела всех троих: самым здоровым выглядел Рагнар, но он же был и самым грязным — платиновые волосы поменяли цвет на чёрный, серый плащ стал белым, а на коленях брюк зияли дыры.
— Прости, что к тебе вломились, я ключи от квартиры потерял, — отвлёк от разглядываний мужчин Лёша.
— Ничего, главное голову не потерял, — прокомментировала я, и убрала руку ото лба Ивара.
Рана покрылась корочкой и с каждой секундой на глазах уменьшалась. Я зачарованно зависла от зрелища — смотрелось всё это как в сказке. Отмерла, всучила шефу влажное полотенце, чтобы вытереть остатки крови, и подошла к Лёше.
— Дай гляну, — попросила я, забирая мясо и осматривая фронт повреждений.
Пол-лица Лёши было обожжено, пол-лица рассечено, но постепенно тоже приходило в норму. Провела влажным полотенцем по царапинам на лице, вытирая кровь, по брови и глазу. Он терпел, лишь морщился и шипел. Бедный мой муж, ни разу за семь лет наших отношений я не видела Лёшу таким. Он всегда был собранным, аккуратным, одевался с иголочки, и улыбался. А сейчас сидел передо мной, словно выживший в автокатастрофе — рубашка порвана и кое-где прожжена до дыр, джинсы все в грязных непонятных пятнах, часть из которых явно кровавые, а значит не отстираются. Смотрит на меня с лёгкой грустью и пытается улыбнуться, но с разбитыми губами нормально не получается, и в итоге замирает. Провела большим пальцем по губам, нежно касаясь, и так мне захотелось крепко обнять его и поцеловать! Что-то, наверное, мелькнуло в моих глазах — или просто муж хорошо изучил меня за годы брака, неважно… Его тёплые руки обняли меня за бёдра, двигая ближе. И я почти поддалась, склонившись к соблазнительным губам — но нет! Тряхнула головой, отошла подальше. Не стоит поддаваться на симпатичную жалобную мордашку мужа, мы обижены! Он нас тоже бросил, как и остальные.
— Рагнар, вправь крыло, — тихо попросил Лёша, вставая и отходя от меня.
Он частично трансформировался, выпуская кожистые крылья, одно из которых было неестественно вывернуто. Рагнар зашёл за спину демона, и с громким хрустом вставил суставы на место. Лёша вцепился в столешницу, оставляя глубокие борозды от когтей, и так закусил до крови губу, что по подбородку потекла струйка крови. Выдохнул, сел на место. Лёша пододвинул меня к себе и приложил обратно кусок мяса к лицу. Облизал кровоточащие губы, снова поморщившись.
— Карина, постой рядом, я соскучился, — попросил он, поднимая на меня глаза.
— Вы можете мне объяснить, наконец, что с вами случилось, и где вы пропадали неделю? — закипала я.
— Всё хорошо, Карина, произошло незапланированное падение с высоты, — солгал Ивар настолько явно, что у меня почти пропал дар речи.