Янки. Книга 1 (СИ)

Еще через пять минут заготовка для амулета сверкала как зеркало отполированными гранями.
— Ну вот, — удовлетворенно сказал гном, и положил мне на ладонь отполированный знак.
— Красиво, — сказал я.
— А то, — самодовольно произнес гном. — Ну давай, начинай!
— Что начинать? — не понял я.
— Накладывай заклинания. Я что ли за тебя делать буду? Нет, конечно я за тебя сделаю, но тогда ты не получишь ничего, так что… — и гном пододвинул ко мне магоскоп, которым, наверное, когда-то пользовался сам Левенгук — чистая бронза, сталь и кожа. Ну и правильно, а то современные пластмассовые китайские магоскопы с банггуда никуда не годятся, кривой скрипучий пластик то заедает, а то перекашивается. Да и плетения приходится перекладывать, их прошивка только для просмотра хламидий и годится.
Я со вздохом взялся за магические круги и прильнул к окулярам. Это было похоже на то, как собирать микросборку, ювелирными движениями приваривать проводки толщиной с волос специальным инструментом, перемещать миниатюрные компоненты…
Для начала спроецируем увеличенный шаблон силовых линий на заготовку, совместив его с осями артефакта — в принципе, та же технология используется и при микролитографии, где из большого макета с топологией делается крошечный отпечаток. Только вот делается это в специальных цехах на специальном оборудовании, но и здесь у нас не кремниевая подложка для чипов, по масштабам больше работа с самыми миниатюрными смдшками.
Я нажал на магический круг справа, и поле зрения стало черным, на котором белесым пунктиром проявилась сеть плетений заклинания. Вот теперь у мага-артефактора не должны дрожать руки — берем тоненький ведьмин крючок, и разводим заклинания между собой, размещая их как задумано по высоте и расположению внутри заготовки. Я покачал движущиеся окуляры магоскопа, контролируя расположение плетений по слоям. Вот лень гному было купить микролазерную гребенку для контроля слоев! Это в школе она в лаборатории ушатанная, а здесь ювелир мог себе позволить любую. Ну что, тогда контролируем по четырем точкам, выстраивая на глазок по углам. Фуух! Я на секунду оторвался от микроскопа под ласковым взглядом гнома, смотревшего на меня так, как профессор Селезнев на Алису, делающую контрольный выстрел в голову Весельчака У. Я вытер пот со лба, и опять прильнул к окулярам.
Ну вот, вроде все. Пока еще тусклые, не подключенные к силе плетения уже обрели цвет, осталось только включить рубильник, то есть соединить одной линией замкнутый контур…
— Дай посмотрю, — раздался у меня сварливый голос над ухом.
Я медленно отодвинулся от окуляров.
— Да двинь ты зад свой, прирос, понимаешь, к табурету! — пихнул меня локтем гном, и, сев за магоскоп, упулился на артефакт. — Хм!
Судя по постоянному похмыкиванию гнома, увиденное ему нравилось.
— Неплохо для деревенщины, — он потянулся вслепую рукой в мою сторону и щелкнул пальцами, не отрываясь от окуляров. — Дай ведьмин крючок!
Я сунул ему в кургузые пальцы, вроде как не приспособленные для тонкой работы самой природой, маленький магический инструмент.
— Вот, смотри — если увидишь конечно.
— Попробую, — я напряг волховское зрение. Конечно до магоскопа ему далеко…
Гном плавными микроскопическими движениями поправил плетения, насколько я смог увидеть, выравнивая слои.
— И что бы гребенку не купить, — пробормотал себе под нос я.
— А тебе бы все легко! Узнаю породу шерифов, — насмешливо хмыкнул гном, на секунду оторвавшись от окуляров. — Учись! Ты можешь оказаться в ситуации без магоскопа, без гребенки, без инструментов. И что, пищать «мама, не могу»? Или сделать из того, что под рукой работающий артефакт, используя мозги, глаза и подручные средства? Есть у меня на всякий случай такая, когда буду такой же косой, как эльфы или кицунэ, или с большого бодуна после пьянки с троллями, тогда и воспользуюсь. А пока ты молодой, трезвый и с хорошей координацией — забудь о подручных приспособах. Ну что, вроде все нормально. Включаем?
— Включаем! — сказал я.
Хлопок, зеленая вспышка, как от короткого замыкания — и артефакт засветился спокойным зеленым свечением защитной ауры.
 
— Хм, выдержал, — неожиданно уважительно сказал гном. — Думал, пи….
Он неожиданно прервался от моего невольного хихиканья.
— Пикнет, — поправился гном. — И нечего хихикать.
Я заржал в голос.
— Ну вот я и нашел подопытного, — глядя на меня, потер руки гном, и снял артефакт с предметного столика.
— А что я? — вытирая украдкой скупую мужскую слезу, спросил я.
— А хихикать не будешь, — мстительно заявил гном. — Пойдем, опробуем.
— Ладно.
Мы вышли в сад за домом ювелира. Гном, повесив амулет на шнурок, протянул его мне.
— На, надевай!
— Э, а что я-то? — похоже этот хмырь говорил на полном серьезе.
— Больно не будет, — успокоил меня гном. — Если не сработает, даже не почувствуешь, как испаришься.
Спасибо на добром слове. Ладно, я уверен в своих выкладках. Я со вздохом надел артефакт на шею.
— Встань в центр круга, — скомандовал гном, показывая мне на выбитую канавку в плоском камне. — Не дай бог, меня зацепит.
Вот скотина!
— Хватит меня стращать, пуганый. Ничего не будет, — не выдержал я. Он начал меня настолько раздражать, что я уже прикидывал, откуда начать — сунуть в зубы или пройтись по ребрам.
— Молись! — сказал гном, и кинул в меня Пелену тьмы. Фшух! Темная простыня попыталась меня охватить, но спружинила вокруг тела, и отлетела обратно в сторону гнома. Наткнувшись на границу магического круга, она осыпалась темными хлопьями и сразу же исчезла.
— Работает, — довольно хмыкнул гном. — Теперь заклинание Черного поиска.
Он попытался скастовать заклинание, но черный туман вместо того, чтобы слететь с пальцев в моем направлении, обволок его руку.
— А-а, ….! — заорал гном, и выдал такой матерный загиб на английском, что я аж заслушался — надо потом будет записать про сленговые названия по анатомии, а также как, куда и каким способом что вставляется и в каких интимных отношениях и с кем кто состоит.
Наконец гном смог стряхнуть темноту на землю, и в приступе ярости потоптаться на ней, шипя от боли и плюясь. Правая кисть и предплечье у него были красные, как будто ошпаренные. Ну вот, вроде излечился — его губы зашептали слова заклятия, и цвет руки вернулся к норме.
— Что случилось? — невинно поинтересовался я.
— Ничего, — прошипел гном. — Оно на тебя не реагирует, пострадает только тот, кто попытается его наслать. Неожиданный побочный эффект.
— Может, тогда проверим остальное? — так же невинно спросил я.
— Ну уж нет, — запротестовал гном. — Чтобы получить свою же порчу в обратку?
— Ну хоть что-то можно еще проверить?
— А что, можно! — вдруг ехидно сказал гном. — Выходи из круга!
Он зачерпнул из бочонка, стоящего рядом, соль, и начал засыпать ею канавку на камне.
— Демонов, ты надеюсь, не боишься? А, шериф?
— Вызови и узнаешь, — меня он начинал уже напрягать.
— А и вызову! — гном бросил в магическую чашу возле круга какой-то трэш, запалил его от «Зиппо» и начал нараспев читать заклинание.
Фшух, — сказала чаша, извергнув клуб дыма, и в круге появился демон, но какой-то убогий, ободранный, весь в лишаях. Кожа да кости, один срам.
— Есть хочешь, Гаки? — причмокнул губами гном.
Вот дела, он вызвал японского демона голода.
— Еда, — истерически заверещал тот, и вытянул вперед иссохшие руки. — Еда!
— Я не еда. Вот еда, — и тут бородатый скот показал на меня, стоящего в другой стороне.
— Где? — демон кинулся ко мне, упершись лбом в круг передо мной, в паре футов от меня. Вонь от него была непередаваемой. — Нет еды, ничего нет!
 
— Правда?
— Ты еда! — он опять метнулся к гному.
— Брысь, — тот щелкнул пальцами, и демон исчез. — Вот так, демоны тебя не видят. Ну что, экзамен ты сдал. Такие амулеты пойдут хорошо. Но не всем. Снимай!