Ловушка для Ти(г)рана (СИ)

Тем более, что я чувствую себя неуютно. Слишком дорого-багато, в сравнении с моей одеждой. Одергиваю юбку, нервничаю.
Не понимаю, зачем Тиграну было так нужно меня спасать. И привозить сюда, к своему другу. Что, если мужчина узнал о беременности? И срок позволяет, и можно сделать мне…
— Я не пойду, — цепляюсь за руку Тиграна. — Не пойду, ясно? Пусти, мне пора.
— Лана.
— Нет, я не пойду к твоему другу и…
— Не к моему другу, к его лучшему врачу. Давай, у меня и так график поехал.
— Вот и ты езжай. Не нужно со мной возиться, я… Я в порядке. Всё нормально. Не нужно за мной следить…
А перед глазами уже картинки, как он подхватывает меня под руки и тащат в операционную. И никто не слушает, не… Я понимаю, что Тигран не поступит так.
Но…
— Бля, ты вся дрожишь. Боишься врачей?
— Угу, — бурчу, пытаясь сдержать панику внутри. В вены запустили кислоту, которая разъедает здравый рассудок. — Не надо.
— Ты сама говорила, что тебе нужно лечиться.
Его ладони крепко сжимают мои ладони, надавливают на пальчики. Тигран держит меня, не давая вырваться. И это ведь не только о физическом воздействии.
В эту секунду возвращается ощущение, что ничего не менялось. Этих недель порознь не было. И мужчина просто успокаивает меня после плохого дня. И принадлежит только мне, никому другому.
— Не хочу здесь обследоваться.
— Лана, здесь лучшие врачи. Всё будет хорошо, нет нужды капризничать.
— А ты любое мое отрицание принимаешь за каприз? Просто потому, что я не согласна с тобой? Тигран, ну зачем…
— Потому что ты сказала, что виноват я. Я согласился. Я старше, мне следовало подумать лучше. И если у тебя проблемы со здоровьем…
— Да всё нормально, чудесно. Супер просто. Теперь мы можем уехать? Ну Тигран…
— Пошли, мышка, я буду рядом.
Этого я боюсь ещё сильнее. Особенно когда Тигран прижимает к себе. Обнимает рукой за плечо. Такой высокий и огромный на моем фоне. Чувствую себя ещё мельче.
И бешусь, что моё мнение ничего не решает. Я отказываюсь, а у меня упрямо ведут вперед. И только вкрадчивый голос Тигана немного успокаивает. Если бы он знал о беременности, хотел аборт, то…
То не говорил бы так мягко, поддерживал.
Тигран чувствует вину? Прекрасно! Он заслужил! Пусть… Не знаю, пусть теперь думает, что я вообще умираю! Или больна! Или… Что-то плохое и ужасное.
Пусть ему будет так же плохо, как было мне. Вот чтобы очень-очень, без вариантов. Чтобы прям до души пробрало, вывернуло. Может, хоть чувство вины поможет?
— Не надо быть рядом, Тигран. Не хочу, чтобы ты слышал мой диагноз. Я… Это личное.
— Мышка, не спорь.
— Нет. Хочешь обследование у врача? Хочешь исправить что-то? Ну так пусти меня одну. Потому что это… Моё дело и мой диагноз, а ты… Сделал уже достаточно. Дальше я буду разбираться сама.
Оставляю мужчину в одиночестве, заходя в нужный кабинет без стука. Пускай Тигран думает и фантазирует. Заслужил. Он столько заслужил и… Не могу отпустить эту мелочную месть.
Решил, что у меня после аборта проблемы со здоровьем?
Прекрасно.
В прошлый раз Тигран играл со мной, как с игрушкой.
Теперь моя очередь.
— На что жалуетесь?
Меня принимает милая женщина, едва ли старше двадцати пяти. С широкой улыбкой, которая сразу успокаивает.
Мне кажется, если бы встретил мужчина, то я сразу бы ушла. Слишком много для меня потрясений, а у этой ведь должна быть какая-то женская солидарность.
Просто не говорить Тиграну о том, что происходило в кабинете.
— Ни на что, — отвечаю тесно, присаживаясь на стульчик. Ерзаю, ищу взглядом за что зацепиться. И прижимаю к себе свою карту. — У меня все хорошо. Мой друг просто… переволновался.
— Светлана Олеговна, давайте откровенно, — она снимает очки, устало трёт переносицу. — Мне позвонил начальник, сказал отнестись внимательно. Даже если у вас всё хорошо, мне нужно осмотреть.
— Я против. Не имеете права без моего разрешения.
Молодец я. Настраиваю врача против себя, хотя хотела тихо отсидеться. Просто спрятаться на пару минут, пока не придумаю, что делать с Тиграном.
 
И моей ложью.
— Простите, — вздыхаю, царапая ногтем кутикулу. — Просто… Мой знакомый переволновался и всё. Я не хочу ничего проходить, никаких анализов. Вы можете ему сказать, что со мной всё хорошо?
— А потом вам станет плохо и мне снесут голову. Пятиминутный осмотр, мы определимся, что с вами. И… Всё. Если ничего серьезного.
— Моя болезнь — секретная. То есть, — от волнения начинаю путаться в словах. — Конфиденциальная. И я не хочу, чтобы кто-то узнал.
— Мы не разглашаем информацию…
— Ага. А потом ещё один звонок сверху и разглашаете. Мне этого не нужно. Или даже не вы скажете, а в карточке посмотрят. И все. Поэтому — нет, никакого осмотра.
— Можем без записи, просто… Облегчите мне работу, Светлана. В любом случае, мне нужно что-то узнать. Поймите меня правильно, если я сейчас скажу, что осмотра не было — все шишки полетят на меня.
— Я… Не важно.
— Светлана, я могу обещать, что всё будет только в этом кабинете. Мы занесем в карточку то, что вы хотите. И отправим. Если у вас не смертельная болезнь, конечно, или…
— Я беременна.
Выпаливаю шепотом, отворачиваясь. Не знаю, зачем вообще признаюсь. Нужно было держаться до конца. Меня же никто не заставит. А теперь… Ох, лишь бы она не сказала Тиграну!
— Только молчите! Я не…
— Ваш парень не хочет детей?
— Он… Тот кто привез сюда, это друг моего бывшего. А бывший… Не хотел детей и отправил на аборт, — правда сама льется из меня, без контроля. — Я соврала. И вот они думают, что я не беременна. А я…
— Беременна, ясно.
— У меня начался токсикоз, вот и Т… Рустам забеспокоился, — пусть хоть имен не будет, не знают. Вдруг это спасет? — Только не говорите! Ничего не пишите. Я в порядке. Или… Ну, вы можете выписать на анализы направление? Которые нужны и беременным, и не беременным?
— Таких нет, разве что на содержание в крови…
— Всё подходит! И побольше.
— Могу я спросить — зачем?
— Пусть поволнуются.
Бурчу, сдавая весь свой план. Тигран прав, я ещё маленькая, если так себя веду. Можно просто отпустить, простить. В конце концов, мужчина не обязан хотеть детей. Ни от меня, ни от кого-то ещё.
Хочет — пусть.
Главное, чтобы меня не трогал.
— Я поняла, — врач улыбается, подмигивая. — Сейчас всё сделаем.
И через пять минут у меня оказывается целая стопка направлений. Начинаю жалеть, потому что вряд ли чек на пару тысяч заставит Тиграна страдать.
Но…
— Спасибо вам большое!
Я знаю, что эти анализы мне потом пригодятся. В моей клинике, куда я вернусь. И сэкономят уйму времени и денег.
— Лана!
Тигран никуда не уходит. Поджидает мне возле кабинета, пугая своим громким голосом. Вздрагиваю, роняя на пол все листочки вместе с картой. Смотрю на бардак, вздыхаю.
— Что сказал врач?
— Выписал направления на анализы. Но они мне не нужны, так что…
— Нужны и ты их пройдешь, без обсуждений.
— Пройду, но ты… Оставь меня в покое! Ты видишь, что ты наделал?! К чему довёл всё? Просто уйди, дай мне справляться с этим самой.
От мужского взгляда мне становится не по себе. Потеют ладони, ноги подкашиваются. Тигран изучает меня долго, делая короткий шаг вперед. И я уже представляю, что будет дальше. Зажмет меня, прикоснется, надавит и…
Только Тигран резко разворачивается, уходя прочь.
Действительно оставляет меня в одиночестве.
  
Глава 10. Лана
 
— Лана, ты успеваешь?
Михаил Сергеевич волнуется, звонит третий раз за вечер. И я его понимаю — немцы важны. Кажется, они поставляют какую-то технику или програмное обеспечение, так и не поняла. Но замдира постоянно повторял, что нужно слушать всё и запоминать.
 
— Конечно, мне уже заканчивают всё. Было бы быстрее, но я постоянно на телефоне.