По ту сторону мести (СИ)
Она только смотрит мне в глаза и молчит. Её глаза блестят, зрачки почти поглотили тёмную радужку. Боится. Почти до паники боится, но решения не меняет. Ну, младшенький, не подведи!
- Целоваться хочу, - тянусь к ней, замечаю, мелькнувшее во взгляде облегчение. - Поцелуи штука коварная, как вино. В голову бьёт.
Я целую её жадно, дурею от отклика, от мысли, что она сделала для себя невозможное. Ради меня, ради нас. Вылизываю её шею, ловлю губами пульсирующую жилку на шее. Ласкаю под одеждой грудь. Сорвать бы нахр@н все эти тряпки. Но нельзя, даже закипающий от желания мозг понимает, нельзя. Ничто не должно напомнить ей о прошлом. Пусть сегодня будет её первый раз.
Я буквально почувствовал, как тяжело заворочались мысли в моей голове, выстраиваясь в чёткую последовательность действий.
- Посмотри на меня, - просил я её перед тем, как начал снова целовать её губы.
- Посмотри на меня, - требовал я, раздевая её, обнажая пылающую кожу.
- Смотри на меня, - не позволял отвести взгляда от своего лица, когда моя ладонь накрыла её естество.
Непонимание, удивление, возбуждение... Смешиваются в безумный коктейль. Мне она верит, доверяет, даже не сразу понимает, что я собрался делать, когда я развожу в стороны её ноги.
- Ты что? - взвивается она, пытаясь закрыться от меня.
- Спокойно, Маша. Сказал же, я Дубровский! - усмехаюсь я. - Целоваться можно по-разному.
Мои губы и язык исследуют её тело, самые сокровенные уголки, она закрыла лицо ладонями. Но я вижу и закушенные губы, слышу вырывающиеся стоны.
Одна из граней на пластине моего браслета заточена. Ей я резко царапаю её по бедру.
- Что? - испуганно смотрит на меня она.
- Кровь. Всё как положено, да? - прижимаю я к ранке простынь и показываю ей след.
- Да, - понимает меня она.
Что-то ломается в этот момент. В ней. Я буквально слышу хруст той скорлупы, в которой она пряталась. За следующим поцелуем тянется уже она сама. Я ложусь на спину и усаживаю её на себя, только чуть направляя и помогая проникновению.
Она делает резкий вдох, привыкая к ощущению внутри.
- Ты... - начинает она.
- Обычный, не Александрийский маяк, но и в бане мне стесняться было нечего. - Перебиваю её я, чуть удерживая её бёдра.
И шиплю, когда она начинает движение. Легко, всего лишь пробуя. Но у меня искры из глаз. Это потом я позволю себе сорваться, подмять её под себя, вбиваться так, что дыхание сменится звериным рыком. Но её страха уже не будет, он медленно и неохотно будет растворятся сейчас, когда только она решает и от неё зависит каждое движение.
Покидая яхту, я много раз извинялся, что случайно порвал простынь, и просил счёт, чтобы оплатить ущерб. Ещё и на чай оставил, чтобы без обид.
- Почему ты соврал? - удивляется Мириам.
- А что, я должен был простынь с твоей кровью на борту оставить? Я собираюсь забрать её с собой. Сувенир на память. - Шепчу ей на ухо, и хохочу, наблюдая, как она заливается краской смущения.
Редачу следующую главу. Там снова Шаман.
Глава 36.
Глава 36.
Алина.
С того момента, как Влад решил появиться в моей жизни, я словно всё шла вверх по лестнице из тёмного и холодного подвала. Я всё время находилась на запретной территории, всё время на эмоциональном пике, но как будто именно сейчас начинала различать краски жизни. Он научил меня не просто чувствовать себя в безопасности в присутствии мужчины и доверять ему. Доверяла я и Тайгиру. Я почувствовала уверенность в себе. С момента нашей первой ночи я словно всё время ощущала за спиной крылья той самой бабочки, которой меня постоянно называл Влад.
Открытием для меня стало и то огромное значение, которое оказывается имеет для меня постоянное подтверждение тех чувств и желаний, что я вызывала у своего мужчины. Я млела, когда ловила на себе его жадные взгляды. Смеялась, подставляя ему беззащитное горло, когда он подхватывал меня на руки, утягивая в процедурку.
- Влад, процедурный кабинет предусмотрен для медицинских процедур, а не для поднятия главврача центра на руки и наглаживания еë по попе и резинкам чулок, - пытаюсь контролировать я беспредел.
- Меня в том, что я по процедуркам всякими непотребствами занимаюсь, обвиняли ещё в конце лета. Через месяц уже зима закончится, а я ещё нигде ни разу. - Чуть прихватывает кожу на ключицах Влад. - И ты сама прекрасно знаешь, что сочетание твоих ног и кружевных чулок мозги мне сносит на раз. К тому же меня второй день с утра держат на голодном пайке.
- Неправда, - возмутилась я. - Это акклиматизация! Просто лёгкая сонливость по утрам.
- Лёгкая сонливость? Да ты так уютно сопишь, зарывшись в одеяло, что у меня рука не поднимается к тебе приставать. - Смеётся Влад, позволяя мне встать на ноги.
- Ой, руки там вообще не причём, - отшучиваюсь и я. - Сейчас закончится период обратной адаптации, надо будет сдать анализ и поставить спираль.
С Владом я могла спокойно обсудить даже такие вопросы.
- Анализ зачем? - хмурится он. - Плохо себя чувствуешь?
- Нет, сонливость, утомляемость, отсутствие аппетита. Классическая картина акклиматизации. А анализ на отсутствие беременности обязателен перед назначением контрацепции. - Объясняю я на ходу.
- В смысле анализ на беременность? - ловит он меня и говорит мне на ухо. - Я же вынимаю.
- Это вообще не гарантия чего-либо. - Захожу я в свой кабинет. - Во время полового акта у мужчин тоже выделяется физиологическая жидкость, которая служит как смазка. И в этой жидкости тоже есть сперматозоиды. Единичные, но есть. А для наступления беременности достаточно вообще одного.
- То есть, там, где эти головастики толпой не всегда справляются, один ушлый проскочил и привет? - переспрашивает Влад. - Да это не головастик, а какой-то лазутчик-диверсант получается! А чего ты сразу анализы не сдашь?
- Период акклиматизации одна из причин искажения результатов. Поэтому нужно подождать. - Объясняю я.
- Так может, я тогда пока таблетки какие-нибудь попью? Чтобы значит, границы на замке? - предлагает мне он.
- Тебе лекции о побочках не хватает? Особенно при условии, что ни один способ контрацепции не дает сто процентной гарантии? - поворачиваюсь к нему. - Я очень надеюсь, что ты не додумаешься купить где-нибудь какую-нибудь дрянь и принимать втихомолку. Я ведь не зря надеюсь, да?
- Как скажете, уважаемая главврач. Идиотом надо быть, чтобы спорить с тобой в этих вопросах. Главное, что если что-то надо, я сделаю. - Соглашается со мной Влад. - А как там наша особенная пациентка?
- Пришлось попросить на выход одного из неврологов. Вместо лечения требовала от едва пришедшей в себя пациентки писать заявление на Амирана. Причём в ультимативной форме и с явным пренебрежением в отношении пациентки. - Поделилась я событиями сегодняшнего дня. - Вовремя мы вернулись. Но проблема вырисовывается нешуточная. У меня скоро ни одного невролога не останется.
- А кого уволила? - спросил он.
- Помнишь, блондинка такая, вечно словно Литвинову пародирует. Та же причёска, тот же макияж, не понятная манерность, - описала я. - Она ещё из команды предыдущего главврача...
- А! Которая уверена, что назначить на твоё место должны были её? Мерзкая бабища. - Фыркает Влад. - Ну а что? Хотела говна чужими руками насыпать. Сама-то тявкнуть в сторону Амирана ссыт, а тут, если что, другой человек огребëт. А сама-то пациентка что?
- Едва пришла в себя кинулась искать Арлана, просит стоимость лечения и сопутствующих, собирается вернуть Амирану деньги за палату и лечение. За мальчишку переживает, но как пациентка, на редкость скромная и воспитанная. - Поделилась своим мнением с Владом.
- Представь, Амиран попросил пробить её и её ближний круг. У него и свои люди проверяли, и меня попросил. Так вот, на удивление правильная девушка. Всё по полочкам. Училась, работала, купила квартиру, погасила кредит. Недавно развелась. Работала кстати воспитателем. Самое интересное знаешь что? - и хитро так улыбается. - У неё очень ограниченный и постоянный круг общения. Три близкие подруги и больше никого. Так вот, две из трёх её подруг медики. Марина Леонидовна Димушкина и Лада Константиновна Цинариати.