По ту сторону мести (СИ)

- Откуда бы? - удивился я.
- Что мои дни сочтены. Отвёз бы её куда-нибудь подальше, гулять за ручку бы начал водить. Гази красив, при бабках. Подарки, лапши на уши, ну на коленки бы бухнулся. И она бы простила! Местные бабы приучены так. А я и глазом моргнуть не успела бы, как меня списали бы в расход. При себе держать ни к чему, жену такую всю правильную и замечательную нервировать. А отпускать нельзя, я слишком много о делах Зароева знаю. Да и если бы отпустил... Куда? Опять в двухкомнатную квартиру с проходной комнатой, где помимо меня прописана бабка и её инвалидка-дочь, моя тётка? - она откинула голову на стену. - Руки затекли.
- И когда ты поняла, что Мириам не беременна, ты нашла того, кто её будет насиловать до наступления беременности? - уточнил я.
- Он сам предложил. Он родня Гази, тот ему доверяет. Даже меня забирать братец Зароева приедет. - Хмыкнула она, заставив меня насторожиться.
- Прямо так и предложил? - не подал я виду, что меня заинтересовали её слова.
- Он был в курсе всех дел, разговоров и планов Гази. Он сказал, что какая мне разница, от кого из Зароевых она будет беременна. Любая проверка подтвердит родство. А наркота... Может и не дотянет до родов, или сдохнет во время. А я тогда буду снова номер один, и ублюдка понянькаю, доказывая, какая нужная. И глядишь и своего рожу. У Зароева другого варианта не будет. А Гази сказать, что она наверное у себя там, среди художников, подсела. - Устало выкладывала подробности Рита.
- Я бы не поверил. Это вообще не про Мириам. - Ответил ей я.
- С@ка, - захохотала девка. - Один в один. То же самое и Гази сказал. Когда она сбежала, мы обнаружили, что в комнате ещё и камера стояла. То есть Гази всё равно бы узнал. Мы стали её искать. Зароев вернулся раньше. С цветами, сладостями и подарком. Для неё. С начала начинать. Вскоре ему доложили, что в ментовке труп девки, по описанию похожа, сердце дозы не выдержало. Зароев даже смотреть не поехал. И слушать про вольные нравы художников тоже не стал. Мириам хорошая чистая девочка из очень порядочной семьи, с неё дед с бабушкой глаз не сводили. Не несите чушь. Вот так. Интересно, это он когда осознал? В какой позе мужику дать нужно, чтобы он понял, какая ты хорошая, а? А потом его братец начал меня шантажировать. Что скажет Гази, что это я постаралась, чтобы его жена исчезла. Ключи же были только у меня. Да, представь. Он меня насилует, точно также как вашу Мириам. Только запись сам ставит. Его теперь штырит от мысли, что он имеет бабу брата, который его кормит, и эту запись могут найти!
- Прям в доме брата? Высокие отношения! - стало донельзя противно.
- Нет. Когда охраняет меня в поездках. Он должен приехать сегодня ночью, а домой мы поедем только через день. Рассказать, что происходило бы в этот день? Ещё неизвестно, кому хуже! Вашей святой Мириам или мне! - рванулась девка.
- Знаешь, я не ждал, что мне так повезёт. Значит то, что я приготовил для тебя, достанется ему. А тебя я просто оставлю без голоса, абсолютно беспомощную и в бесконечной, непрекращающейся боли. - На ходу менял план я.
Я быстро нацепил на неё маску, с прикреплённым баллоном. К счастью, общий наркоз подействовал быстро. И уходил я за новым гостем этого подвала, оставляя любовницу Зароева туго перетянутой через живот и грудь. Ремни надёжно фиксировали её на поверхности стола.
Ночь я встречал в номере любовницы Зароева. Наконец дверь открылась. Эту морду я узнал даже в полумраке.
- Прятаться решила или сделать вид, что тебя нет в номере? - включил он свет.
И тут же получил две дозы убойного снотворного. Но этот кабан ещё пытался даже дёргаться. Пришлось ещё и придушить для надёжности. 
В этот раз я перед охраной с чемоданом не мелькал, машину заранее поставил с другой стороны. Да и корячиться, запихивая в машину у всех на виду упакованного в чемодан мужика, не хотелось. Кто знает, кого заинтересует, что такого настолько тяжёлого я вожу в чемодане.
Ради размещения этой мрази пришлось перевешивать освещение. Накрепко сковав ему руки, ещё и перетянув проволокой для надёжности, я подвесил его на вытянутые руки за крюк, свисающий с потолка. А вот чтобы растянуть ноги, пришлось тащить куски бетона вниз. Когда я срезал с него шмотки, я вылил на него ведра три ледяной воды, благо что-то вроде пруда здесь было. Брат Зароева далеко не сразу смог прийти в себя. А вот любовницу наркоз уже начал отпускать. Её стон и привлёк внимание урода.
 
- Сверху хорошо видно? - спросил его я.
Он хотел повернуть голову в мою сторону, но его взгляд застыл, зацепившись за сваленные у стола руки и ноги любовницы Зароева.
- Ты её убил? - спросил он меня.
- Нет. Она жива. Я позаботился даже о наркозе. Но теперь у неё ни рук, ни ног, ни языка. Надо кстати последний укол сделать, чтобы не умерла от болевого шока. А потом пусть о ней заботится Зароев. - Объясняю я.
- Мстишь? За что? Или кого? - спрашивает почти уже труп.
- Ты смотрю не в меру разговорчив, - готовлю я шприцы.
- Рита, я... Ещё и голышом, - звучит за моей спиной напряжённый голос. - Когда мы успели перейти тебе дорогу, да ещё и вдвоём... Подожди... Ты знаешь джабраиловскую с@чку!
С каким-то невероятным чутьём угадывает он.
- Брат, подожди! - начинает он и затыкается, получив кулаком в зубы. - Из-за бабы? Давай я откуплюсь? Чего ты хочешь? Бабки, машину, квартиру? А хочешь дом? Зачем тебе проблем наживать. Гази за меня тебя на куски порвёт.
- Меня небо уберегло от таких братьев как ты. - Показываю ему его телефон. - Ты пока тут висел, я поменял пароль в твоём телефоне. Там столько интересных видео. Разной степени свежести. Не думаю, что получив их, Зароев будет за тебя кому бы то ни было мстить.
- Постой, ну, ты же явно не из простых, да? Ну, залез я на девку. Не удержался, мне такие как она не светили. Чистенькая, недотрога. Даже после Гази, всё равно как нетронутая. Словно и не было у неё мужика, - лепит мне этот чертила, пытаясь дёргаться.
- А у неё мужика и не было. Что ты, что братец твой... Неприятная гинекологическая процедура. И не более. - Начинаю я обкалывать урода.
Перетягиваю ему яйца, и срезаю всё под корень. Он даже не сразу понимает, что произошло, пока его член с яйцами не зависает у него перед глазами. Вот тогда, он начинает верещать. Но я уже понимаю, что препараты действуют.
Не теряя времени, я медленно надрезаю кожу скота, начиная от щиколоток, постепенно свёртывая его шкуру вверх. Он верещит. Тонко, визгливо. Кровавый кожаный мешок всё больше.
Я закрепляю его вверху, полностью скрывая скота от груди и до вытянутых ладоней. Потом вспарываю этот кровавый бутон, и вытаскиваю башку насильника, чтобы он не задохнулся. Он не может говорить, только сипит от крика. Я почти полностью содрал с него шкуру заживо. Под конец я вырвал его язык, чтобы он точно не смог никому ничего рассказать. А после того, как он проблевался кровью, запихнул ему в пасть его же член и пробил губы мебельным степлером несколько раз.
На столе бился обрубок, ещё недавно бывший любовницей Зароева. А его брат висел посреди комнаты. Выйдя из подвала, я отправил все видео, что хранил брат Зароева всем контактам. А телефон кинул здесь же, у входа. Чтобы это место могли найти по сигналу.
Чемодан разрубил и выкинул на трёх мусорках по частям. И уже через несколько часов наблюдал, подключившись к видеонаблюдению гостиницы, за вваливающимися в номер, забронированный на любовницу Зароева, толпой мужиков. Меня интересовал только один. И его фото с укрупнённого плана я сохранил.
Дождавшись, когда люди Зароева видимо отследят телефон его братца и дружно свалят, я спокойно отправился домой.
- Привет, ты на работе? - звоню своей Бабочке.
- Да, заканчиваю, - отвечает она. - Привет!
- Я тебя заберу? - предлагаю ей.
- А ты уже вернулся, да? - слышу радость в её голосе, и у самого внутри что-то оттаивает.