По ту сторону мести (СИ)
- Не поняла, - незаметно дёрнула за футболку Влада. - О чём речь?
- А как это всё перевозить? И кто их сажать будет? - обернулся он ко мне. - Алин, мы сажали так. Яму выкопал, палку вставил, ведро воды и сверху притоптал. Из десятка посаженных деревьев одно - два ещё потом пытались делать вид, что оно не засохло. Потом всё, кранты. А тут вон, двести корней!
- Я об этом не подумала, - призналась я. - Думала, сами.
- Ага, и толку? Вон, знающие и умеющие люди предлагают такую услугу. Вот и пусть делают. А то начинается, дерево посади... Знаем мы этот коварный план! - дразнит меня Влад.
- Поэтому я могу только повторить слова нашего консультанта. Не переживайте. - Улыбается хозяйка питомника.
Небольшую территорию, отведённую центу под озеленение, и которую мы гордо называли парк, было просто не узнать. Старые и засохшие деревья и кусты были выкорчеваны и куда-то увезены. Те деревья, что остались заметно похорошели.
- Обрезка в основном, и отцентровали крону. Деревья уже взрослые, большего не сделать. Стволы обработали. Продули, чтобы грязь, забившаяся в щели коры, не гнила и не создавала питания для грибка. И профилактику провели. - Подскочил к Владу какой-то мужчина. - А вон бригада заканчивает с системой полива. До начала посадки успеем. Благо тут чуть ли не пустырь, легко прокладку сделали.
- Со вчерашнего дня работают, - не дожидаясь моего вопроса, начал отвечать Влад. - И сегодня прямо с утра. Потому что сажать сказали лучше вечером, когда прохладно. Вон видишь, всякие палки торчат, нитки натянуты? Это уже спецы из питомника разбили под посадку. Земли для засыпки привезли. Её потом разровняют и газоном закроют. Пока саженцы отливать будут, заодно и газон приживётся. А дня через два Сабир дорожников пришлёт. Дорожки по парку, к центру и вокруг здания сделают.
- Да, останется добавить скамейки, урны и штуки три беседки. Ну и клумбы конечно. - Кивал головой мужчина, соглашаясь с Владом.
- Этого в смете нет, - остановил его Влад, хитро поглядывая на меня.
- И так с избытком! Даже не верится, столько изменений. - Призналась я. - Осень и так у нас подзадержалась с последним теплом. А после зимы уже будет настоящий парк.
- Так, пошли через дорогу, чаю попьём, заодно посмотрим прибытие будущего парка. - Потянул меня в кафе через дорогу Влад.
Пока наблюдали за разгрузкой, разговор сам собой скатился к растениям и предстоящим работам.
- Я даже и не представляла, с каким размахом вы решили помочь. Думала несколько саженцев. - Не могла перестать следить за работами на той стороне я.
- Тут или делать, или нет. От десятка, да даже двух, саженцев здесь мало что изменится. А вернее всего и вовсе ничего. - Хмыкает Влад. - Да ещё если бы и делали сами. Что я знаю о посадке растений, я тебе рассказал. А ты? Вот ты понимаешь что-нибудь во всех этих почках, отростках и корнях? Вам случайно вместе со всякими костями не преподавали?
- Зря смеëшься, - прищурилась я. - Между прочим, грибы общаются внутри своей грибницы примерно так же, как проходит нервный импульс по рефлекторной дуге.
- Грибы? Общаются? - приподнял бровь Влад. - С чем говоришь у тебя чай?
- С облепихой, - в тон ему отвечаю я.
Понаблюдав за началом посадки и удостоверившись, что я действительно могу здесь только мешаться, мы вернулись в машину.
- Куда мы едем? - сразу спросила я, и только пока пристëгивалась, поняла, что села на переднее сиденье. И ничего внутри не воспротивилось.
- На базу отдыха. Её семья держит уже несколько поколений. Сейчас уже внук хозяин. Агировы в своё время им сильно покровительствовали. Хорошие отношения сохранились и сейчас. Там будет комфортно. - Рассказывает Влад.
- База отдыха? Но зачем? Я думала, что-то вроде студии или косметического кабинета, - удивилась я.
- Смотри, чтобы твой рисунок перенести, нужно много времени. То есть это ни день и не два. Арендовать студию, где непонятно какие условия, смысла нет. Потом смотри. Кожу нужно подготовить. А на базе и сауна хорошая. Пропаришься и отскрабируешь. А перед нанесением я ещё кожу обезжирю. И там я знаю, что температура в помещении будет нормальная, что дергать никто не будет, освещение тоже. А главное никаких посторонних людей и левых камер, установленных тайком. - Перечислял мне Влад те моменты, наличие которых я даже не предполагала.
- Камеры? - ознобом прокатилось по спине воспоминание.
- Есть и такие уроды. Даже на хатах, которые сдают в аренду, такое дерьмище есть. Поэтому только проверенные места. - Не отвлекаясь от дороги, отвечает Влад. - Слушай, я же сказал, что за твою безопасность я отвечаю.
- Без косяков? - вспомнила я его же фразу.
- Схватываешь на лету, скоро меня без переспрашиваний понимать начнёшь, - улыбается он.
- Боюсь, меня тогда мои пациентки понимать перестанут, - засмеялась я. - То есть мы два или три дня будем на базе отдыха?
- Десять, - поправил меня Влад.
- Сколько? - удивилась я.
- Ну смотри, сегодня приедем. Пока отоспимся, в себя придём. Понимаешь татуировку уставшим, после болезни или с бодуна не делают. Это будет стопроцентный партак, - как само собой разумеющееся объясняет Влад. - Плюс кожу подготовить. Плюс спина, то есть быстро устанешь, даже при условии, что я частями буду рисовать. Да и просто хоть пару дней погулять. Там у Леонидыча такая красота. От базы спуск к местному озеру террасами. Всё засажено. Забыл, как называется... Типа зоопарка, только для деревьев.
- Дендрарий? - подсказала я.
- Он самый. У Грека там есть всё, как в Греции. - Кивнул Влад.
- И поэтому он Грек? - спросила я.
- Не, он реальный грек. По национальности. - Засмеялся Влад.
- Хорошо, но расходы на эту базу пополам. Моё желание сделать татуировку, не должно финансово затрагивать окружающих. - Решила я.
- Окружающих оно и не затрагивает. Вообще никак. А я не окружающий. - Не согласился Влад.
- А кто? - спрашиваю я.
- Наверное... Друг. Свой. Разве нет? - спрашивает у меня уже без улыбки он.
- Да, свой. - В этот момент никаких сомнений у меня нет.
Не могу понять, когда и как Влад перешёл эту черту. Не могу вычленить в памяти тот момент, когда помимо Тайгира в моём ближнем круге оказался ещё и Влад. Наверное, в тот момент, когда я перестала видеть в нём угрозу, источник опасности. Я просто привыкла, что он всегда рядом. И с первого дня, когда я только его увидела, он защищает и помогает.
Задумавшись, я смотрела в окно. Что-то не так. Я слишком расслаблена. Мне ли не знать, как опасно не замечать знаков, что раскидывает перед невнимательным человеком жизнь? В прошлый раз, ад в моей жизни начался именно с этого, с обычной поездки.
- И вообще, в последний раз, на подобный вопрос ты представлялась моей девушкой, вот этой версии и придерживайся дальше, - вернулся к своей обычной манере разговора Влад, выбивая меня из мрачных раздумий.
- Это ты так заминаешь тему с оплатой базы? - смотрю на красивый мужской профиль, и замираю.
Сердце начинает долбиться как после испуга.
- Алинка, ну дай ты мне побыть мужиком! Что ты вечно такая независимая и самостоятельная-то! - чуть поворачивает в мою сторону голову Влад.
Я только киваю в ответ, не в силах сейчас говорить. Понимание того, что я считаю Влада красивым, меня пугало. Я спокойно жила без чувств и привязанностей. Факт того, что для меня эта сторона жизни под строжайшим запретом, мне не мешал. Нет, я не считала себя замужней. Но я понимала, что любой человек, неважно какого он пола, став моим близким, сразу оказывается в опасности.
Тайгир и Амиран Тахмировы лишь исключение из правила. Но и ситуация с Оксаной наглядный пример возможных последствий.
- Замёрзла? - спрашивает Влад, заметив, как меня передёрнуло. - Давай кондëр выключу. Ты чего молчишь? Ещё не хватало, чтобы я тебя простудил. Помнишь, у тебя ослабленный иммунитет.
- Разве об этом забудешь, - говорю ему.
Но моя реакция вовсе не от холода. Просто вспомнила... И Зароева, и его брата. Даже в голову за эти годы не приходили мысли о других мужчинах. Даже если забыть об опасности... Невозможно ещё раз пережить подобную мерзость. Даже ради любимого. Нет. Не стоит уже и говорить о том, что невозможно, не рассказав правды, объяснить, почему детей у меня никогда не будет. А кто это примет? Какому мужчине нужны опасные отношения с такой убогой? Боящейся близости, вечно прячущейся, да ещё и отказывающейся рожать? А правда... Ни один мужчина не примет такую грязь в моём прошлом.