Принцесса где-то там (СИ)

– Откуда вы знаете?
– Во-первых, я вижу, как вам неудобно его держать, – сказал агент Смит. – А во-вторых, когда он был извлечен из камня в прошлый раз, я не сдержался и тоже сделал пару выпадов. Исключительно из любопытства, как вы понимаете.
Когда я услышала про прошлый раз, мне даже стало немного обидно. А я-то думала, я одна такая уникальная.
– Когда это было?
– Давно, – сказал агент Смит. – Я тогда только начинал свою карьеру в ТАКС.
Я еще раз махнула мечом.
– Баланс неудачный.
– Баланс оружия – вещь сугубо индивидуальная, – сказал агент Доу.
– Но он и правда тяжеловат на конце, – заметил агент Смит. – Впрочем, этот клинок всегда был не только оружием, но и символом, и на вторую его ипостась никудышный баланс никак не влияет. Уберите меч в камень, Боб, и давайте покинем уже это место.
– Хорошо.
Наверное, проще было бы использовать старое отверстие, но мне показалось интереснее не идти проторённой до меня тропой. Я выбрала место в нескольких сантиметрах от прежнего положения меча, уперла острие в камень и слегка надавила. Как и следовало ожидать, клинок вошел в камень, как в масло.
Я задвинула его примерно до середины, как было, и сделала шаг в сторону.
– Только чтобы вы убедились, – сказал агент Смит – Подержите мой фонарь, пожалуйста.
Он передал мне фонарь, взялся за рукоять Кларента обеими руками, уперся ногами в пол, потянул и… Ничего.
Он не оставлял попыток. На его руках вздулись жилы, по лбу стекла струйка пота, но меч и камень никак не желали расставаться. Наконец, он выпустил рукоять меча из ладоней и забрал у меня фонарь.
– Это чтобы вы не думали, что любой может, – сказал он.
– Я уже поняла, что избранная, – сказала я. – Осталось только понять, для чего.
– Вы не избранная, Боб, – сказал агент Смит. – Вы – Цензор.
* * *
– Цензор?
– Вы не имеете никакого отношения к сюжету с мечом в камне, тем не менее, вам удалось его вытащить, – сказал агент Смит. – Вы не имели никакого отношения к сюжету мистера Денверса, тем не менее, вам удалось его… остановить. Вы можете вмешиваться в чужие сюжеты и изменять их, Боб. Это очень ценное и очень редкое качество.
Наш дальнейший разговор проходил на минус третьем этаже, куда мы поднялись из доисторического подземелья. Агенты просто открыли очередную безликую дверь, и за ней обнаружилось такое же безликое офисное помещение. Стол, несколько стульев, пара шкафов.
И толстый слой пыли на всей мебели, свидетельствующий, что пользуются этим помещением нечасто. Учитывая городские цены на недвижимость, это показалось мне сущим расточительством, но уже было понятно, что бюджеты у ТАКСа безразмерные.
– Насколько редкое?
– На данный момент вы – единственный Цензор, о котором нам известно, – сказал агент Доу.
Но меч же кто-то вынимал, и случилось это, когда агент Смит был уже на службе. Даже если он прям вот очень хорошо сохранился, то ему полтинник максимум, значит с моменты предыдущего изъятия прошло лет двадцать-тридцать, не больше.
– Кто же написал то ругательство на камне? Друиды?
– У вашего предшественника было странное чувство юмора, – сказал агент Смит.
– А что случилось с моим предшественником?
– Он умер от естественных причин.
– Я хотела бы получить более развернутый ответ, – сказала я. – Какие причины считаются естественными для Цензора? Отравление метафорами? Полез чистить сюжетные ветки и его тропами завалило?
– Он умер от старости, – сказал агент Смит. – Ему на тот момент было сто четыре года. Его способности Цензора раскрылись слишком поздно.
– И потомства, к сожалению, он тоже не оставил, – сказал агент Доу.
– К сожалению? Вы считаете, что это может передаваться по наследству?
– Есть такая теория, – сказал агент Смит. – И вы ее подтверждаете.
– То есть?
Он снова извлек из саквояжа книгу с псевдо-Пеннивайзом на обложке. На этот раз он присовокупил к ней фотографию какого-то молодого парня. Обычное, ничем не примечательное лицо. Это мог быть вообще кто угодно. Даже Стивен Кинг.
 
– Это Джордж Денбро, – сказал агент Смит. – Имя вам о чем-то говорит?
– Э…
– Он был там, Боб, – сказал агент Смит.
– Там был только какой-то мальчик в желтом дождевике, – сказала я. – А, поняла… за пятнадцать лет мальчик подрос.
– И он вас видел, – сказал агент Доу. – Вас и вашего отца. И останки Пеннивайза. И топор.
– Надеюсь, это не нанесло ему глубокую психологическую травму на всю жизнь, – искренне сказала я. Мне, например, нанесло. До сих пор клоунов не люблю и в цирке ни разу не была.
Конечно, я видела гораздо больше, чем он, и я была старше, моя психика была уже не так пластична, как у ребенка, так что у него еще оставались какие-то шансы вырасти нормальным человеком.
– Не нанесло, – сказал агент Смит. – Мы с ним беседовали, вполне обычный молодой человек.
– Как вы вообще его нашли?
Агент Смит постучал пальцем по книге.
– Знаете, с чего она начинается?
– Вы же знаете, что я не знаю, – сказала я.
– Она начинается со смерти Джорджи Денбро, – сказал агент Смит. – А после него пропадает еще множество детей, прежде чем Оно проигрывает целой команде юных, а потом уже и не очень юных героев в два раунда. Одним из членов этой команды становится Билл Денбро, старший брат Джорджи, так и не сумевший смириться с его смертью.
– Ого, – сказала я.
– Вы вмешались в этот сюжет, – сказал агент Смит. – Вы каким-то образом проникли внутрь, но неизвестно, чем бы это для вас кончилось, если бы не появился «дядя Бэзил». Ваш отец.
– Он сломал сюжет, – сказал агент Доу.
– Он сломал голову Пеннивайзу, – сказал агент Смит и снова постучал пальцем по книге. – Все описываемые тут события так и не произошли. Таким образом он спас не только вашу жизнь, но и десятки, а может быть, и сотни жизней других людей.
– Мы полагаем, что эту способность – вмешиваться в чужие сюжеты – вы унаследовали от него, – сказал агент Доу. – При этом мы до сих пор понятия не имеем, кто он такой. О нем ничего не известно. Ничего такого, за что можно было бы зацепиться. Наш аналитический отдел не спит уже вторые сутки, мы проверили все доступные источники информации, включая легенды и мифы, передававшиеся из уст в уста и обнаруженные нами совсем недавно. Мы не нашли ни единого упоминания о человеке, похожем на вашего отца.
– Тут я вам, к сожалению, ничем помочь не могу, – на самом деле, я не особо об этом сожалела. – Он не любит рассказывать о себе.
– Мы полагаем, что он пережил сюжет, – сказал агент Смит. – Может быть, не один. И в какой-то момент он вышел за рамки своего сюжета, стал над ним. А заодно – и над всеми остальными.
– Но подтвердить эту теорию мы никак не можем, – сказал агент Доу.
– А тот ваш предыдущий Цензор, – сказала я. – Которому было сто четыре года. Он при каких обстоятельствах свои способности получил?
– Это закрытая информация, – сказал агент Доу.
– И вы не доведете ее до меня даже в части, меня касающейся?
– Она никакой частью вас не касается, – сказал агент Доу.
Похоже, в этой паре «плохим копом» был именно он.
И я уже знала, что будет дальше. Не пройдет и нескольких минут, как они предложат мне работу. И это будет предложение из разряда тех, от которых невозможно отказаться.
ТАКС занимается контролем сюжетов.
Цензор может вмешиваться в чужие сюжеты.
У ТАКСа своего Цензора сейчас нет.
Это так же просто, как два и два сложить.
Видимо, эти размышления отразились у меня на лице, потому что агент Смит улыбнулся.
– Вы же понимаете, что сейчас произойдет? – спросил он.
– Вы предложите мне стать кем-то вроде вашего штатного киллера, – сказала я.
– Вмешательство Цензора не всегда связано с насилием, – сказал агент Смит. – Иногда достаточно просто подтолкнуть сюжет, чтобы он пошел по другому пути. Вовремя сказанное слово, незапланированное событие…