Убить Билла

приглашать или в ресторан, когда их искали повсюду. Да и вряд ли в этом селе было что-то подобное. Но из неудобного положения его спасла сама Саша.
— Папа говорит, что я тебе нравлюсь? — просто спросила она, как о чём-то обыденном. — Это правда?
— А то ты сама не видишь, — вырвалось у Виталия таким тоном, каким он сказал бы любой проститутке. Но Саша этого не заметила, видимо, привыкнув к такому обращению.
— Ну а чё ж ты сидишь тогда? Почему за мной не ухаживаешь? — спросила она так кокетливо, что можно было подумать, что она готова и сразу лечь в постель, без всяких ухаживаний.
— А как ухаживать? — тупо спросил Виталий.— В кино тебя пригласить?
— Ну а почему нет? — неожиданно ответила Саша.— Здесь клуб есть, там даже дискотеки бывают.
— Во-во, нам сейчас как раз только по кинам да по дискотекам, — неодобрительно покачал головой Виталий. Он совсем не знал, что говорить и что делать, но Саша всё взяла в свои руки.
— Ну пошли тогда просто по речке погуляем, — сказала она, взяв его за руку. — Ты хоть приезжай ко мне иногда, а то я здесь со скуки сдохну. Нам-то долго ещё здесь прятаться, пока этот Билл долбаный куда-нибудь
не згинет.
Последних слов её Виталий уже не слышал. Её приглашение приезжать к ней прозвучало для него, как признание в любви. От счастья он подумал, что победил, и шёл за ней, как на крыльях.
Предприниматель Сергей Гончаров открыл новый магазин в Доме художников. Это здание на центральной улице уже давно использовалось не по назначению, и пронырливый коммерсант, работающий под крышей Василевского, не упустил возможности захватить престижное здание и территорию с огороженной стоянкой. Правда, последний, третий этаж здания художники всё же оставили за собой. Но и так места хватало не только на ювелирный магазин и большой отдел промышленных товаров. Было ещё большое подвальное помещение, где в одном из кабинетов прятал оружие и остальной криминал Василевский. А на первом этаже сделали центральный офис фирмы, в котором постоянно заседала братва и решала свои вопросы. Когда Василевский умудрился отстоять свои позиции после прогона, к нему подтянулось ещё несколько человек. Освободившийся после очередной отсидки Зудя, более симпатизирующий Ткачу, тейерь общался с Василевским, поскольку положение Ткача оставалось критическим. Только вышедший из колонии Вадик Стоян вместе со своим близким Саней Бутом стали боевой опорой группировки, оба были мастерами-единоборцами и вдвоём могли положить сразу несколько человек даже без оружия. Виталий с Толяном хоть и работали так же отдельно вместе со своими пацанами, но придерживались поднявшегося после падения Василевского. Сейчас они сидели вместе с Зудей в кабинете и разговаривали о недавно проведённой удачной акции по разорению телевидения «Азирус».
— Так а всё уже, они уже всё вывезли оттуда, — говорил Толян Зуде, который был не в курсе событий, и махнул рукой за окно. — Вон здесь пока всё складировали, оборудование своё.
— Где здесь? — не понял Зудя, поднявшись и глядя на стоянку.
— Ну вот в этих складах всё лежит. Вон первые два бокса, — показал Толян.
Пом имо стоянки, к зданию так же относились большие гаражные боксы, в которых теперь и хранилось всё,
что осталось от городского телевидения.
— Так а давай и отсюда всё заберём, — тут же не раздумывая предложил Зудя. — Вон на «Ритм» всё вывезем, пусть пользуются. Наше-то телевидение работает, хули добру пропадать.
— Да не, он своё оборудование узнает, — возразил Толян. — Его даже если продать, он всё равно найдёт. Каналов-то не так много. Пускай лежит, — он равнодушно махнул рукой. — Он и так уже не слабо попал, нерусский этот. Мы ж ещё и «Стэп» бомбанули.
— Ни хера себе. Когда вы всё успеваете? — восхитился Зудя.
Дверь открылась и зашёл Василевский, который
сказал сразу с порога:
— Банзай — положенец.
— Да ты чё? — удивился Виталий. — Быстро тут решения меняются. Он к тебе приезжал, что ли?
— Ну, — кивнул Василевский. — Он вот только от Воров приехал.
Видно было, что он сам удивлён происходящим. Так
 
часто в течение короткого времени положенцы ещё никогда не менялись. Зудя с Виталием недоумённо
переглянулись. — Ну и как он себя чувствует на положении вора?—
спросил Виталий. — Лавры не жмут ещё? — Да не, он нормально. Наоборот, интересуется, чё,
как, помощь нужна или нет.
— Да это он больше для того говорит, чтобы и от нас поддержка была, если чё. Отношения со всеми налаживает, сказал Толин.
— я поеду съезжу, человек ждёт, — посмотрев на часы, сказал Виталий и поднялся.
— Ты не забудь, вечером стрелка по телевидению, надо решать вопрос, — напомнил Толян.
— Да всё я помню, давайте до вечера, — сказал Виталий и быстро вышел из кабинета, махнув рукой
остальным на прощание.
— Поехал Ткачу рассказывать? — спросил Василевский Толяна, когда дверь захлопнулась.
— Да конечно, — усмехнулся Толян. — Кто там его ждёт? Если б кто-то ждал, я бы знал. Только он не к нему рвётся, а к дочке его. Они ж Вместе где-то гасятся. А он каждому поводу рад, чтоб туда поехать. Ну, типа новость какую-нибудь привезти. Щас вот про Банзая…
— Чё, в натуре, так втюхался? — покачал головой Василевский.
— Ну а чё, не видишь? Вон, в припрыжку побежал,— кивнул Толян на спускающегося за окном по крыльцу брата.
Виталий спустился на стоянку перед офисом, и к нему неожиданно подошли двое его подопечных предпринимателей.
— Здорово, Виталь, — приветствовали они его, протягивая руки.
— Здорово. Вы чё здесь? Случилось чё? — спросил удивлённо Виталий, пожимая им руки.
— Да щас стрелка будет вот тут, на углу. Поможешь?— спросил Сергей, показывая на ближний перекрёсток.
— Какая еше стрелка? С кем? — недовольно спросил Виталий и посмотрел на свою машину. Решать
какие-то вопросы сейчас, когда он уже настроился на встречу с Сашкой, очень не хотелось. А попросить об этом Толяна он не мог. Когда они прихватывали этих предпринимателей, именно Толян с Кирьяном наезжали на них, а Виталий выступил в качестве за-
шитника, после чего они стали платить ему за крышу. И если даже они просто увидят Толяна здесь, они могут всё понять.
— Да мы должника своего поймали, Парский его фамилия. Не слышал про такого? — спросил второй коммерсант по имени Саша.
— Не, не в курсе, — ответил Виталий и решил увести их с этого места, пока Толян не вышел из офиса. Он показал рукой на перекрёсток и сказал: — Вот на этом углу у вас стрелка? Пошли туда тогда. Ну так кто он такой, этот ваш Парский?
— Ну, он когдато сидел в горисполкоме, шишка там какая-то была. Квартиры распределял. А щас коммерцией мутит, деньги у нас занимал, — объяснил Саша.
— А-а-а. А чё вы сразу ко мне не обратились? Я ж вам сразу сказал, ваши должники, это моя забота, — сказал Виталий уже у ворот стоянки и, выходя, оглянулся назад. Толян не выходил, и он облегчённо продолжил:— Я ж меньше половины даже беру со своих, если долги выбиваю.
— Да мы думали сами справимся… — нерешительно произнёс Саша.
— Когда я вам в первый раз крышу предлагал, вы тоже так думали, — резко перебил Виталий, уже окончательно убедившись, что Толяна они уже не увидят, даже если он выйдет прямо сейчас. — Вот вы постоянно так, коммерсанты… пока жареный петух не клюнет. Ну и чё щас передумали самим справица?
— Да он чё-то ведёт себя слишком смело. Стрелку сам набил… — говорил Саша с виноватым видом. — Мы еле перебили её, чтоб вот здесь к тебе поближе. Видать за ним стоит кто-то…
— Во сколько стрелка? — Виталий посмотрел на часы.
— Да вот щас уже, — тоже взглянул на часы Саша.— Мы чё и пошли за тобой. Мы ж с утра тут стоим, тебя высматриваем. Машина стоит, а ты не выходишь и не выходишь. Ну, я думаю, надо уже сходить, а то они щас подъёдут.
— Ну пошли-пошли, — сказал Виталий, мысленно поблагодарив их за то, что они не узнали Толяна, который приехал час назад, когда они уже смотрели за офисом. — Где ваш «микрик»? Не вижу…