Убить Билла

— Смотри, в сторону тюрьмы повернул, — сказал он. Потом посмотрел на красивую походку идущей в магазин Саши и возбуждённо проговорил, открыв дверь и выходя из машины: — Толин, проедь за ним, посмотри… Если на тюрьму, посмотри, к кому он там подходит. Я мусоров там знаю многих, потом пробьём, на кого он там груза толкает…
— А ты за дочкой, что ли, смотреть будешь? Я смотрю, она для тебя важнее, — укоризненно покачал головой Толян и сам закрыл дверь за братом.
— Да не, я просто… — с виноватым видом начал оправдываться Виталий. Но машина уже тронулась с места и, посмотрев Толяну вслед, он повернулся и по-
шёл в магазин.
В магазине, который оказался продуктовым, было много людей. Эпоха дефицита уже прошла, но был выходной день, и народ закупал для семьи съестные
припасы, за исключением того отдела, куда для виду встал в очередь Виталий. Здесь продавали спиртное. И хоть контингент здесь был не из приятных, это оказался единственный отдел, где Виталий немного сливался с «окружающей средой» и был незаметным. Во всех остальных отделах продукты закупали жен-
щины.
Саша стояла в очереди в кондитерский отдел. Чтобы рассмотреть её лицо Виталию приходилось поворачивать голову назад и постоянно вдыхать исходящий от следующего за ним покупателя перегар. Ещё хорошо, что никто, из вставших за ним, не спрашивал его, зачем он всё время пялится назад. За что он был им и так благодарен, несмотря на то, что видеть их лица даже боковым зрением было неприятно. Но Саша, действительно, того стоила, даже несмотря на ядовитый перегар соседа сзади. Виталий любовался чертами её лица,
и его взгляд из заинтересованного стал таким мягким, что это даже заметил один из стоявших позади всех в очереди подвыпивших мужиков. Видимо, Виталий со своим влюблённым взглядом показался ему настолько слабым, что он не выдержал и, подойдя, стал протискиваться в очередь впереди, потому что очередь Виталия уже подходила.
— Слышь, земеля. Я возьму бухла… — говорил он пьяным голосом. Но поскольку Виталий на него не обращал внимания и заворожённо смотрел на Сашу, он толкнул его и нагло проговорил: — Ну дай я встану! Чё ты?!
Виталий, опешивший от такого обращения с ним, достал руку из кармана куртки и сжал кулак. Но в это время Саша, уже купившая свои конфеты, стала переходить в дальний отдел и как раз проходила мимо него. Виталий сразу разжал кулак и, улыбнувшись в ответ наглецу, похлопал его по плечу.
— Бери-бери, — сказал он ему и пошёл за Сашкой, смотря на её походку светящимися глазами.
Мужик с победным видом встал на его место, но Виталию было не до этого. Он смотрел на Сашу теперь уже сзади, и только заскочивший в магазин Толян при-
вёл его в сознание.
— Поехали скорей, — дёрнул он его за руку. — Они на тюрьму заезжали, пакеты какие-то передали. Я тебе щас покажу этого дубака, если он ещё в машине си-
дит.
Взглянув на Сашу последний раз, Виталий быстро
пошёл за братом.
Толян сидел в машине на территории тюремного гаража и опасливо озирался. Въезжать сюда было строго запрещено всем, кроме автозэков и автомобилей тюремного начальства. Даже сотрудники оставляли свои машины на площадке возле въезда на территорию тюрьмы.
Наконец Виталий вышел из гаража, и Толян облегчённо вздохнул, сразу заведя машину. А как только брат сел к нему, сразу тронулся с места.
— Ну чё? — спросил он Виталия, всё ещё опасливо смотря на ворота тюрьмы, мимо которых они как раз проезжали.
— Ну, их греет обоих, — задумчиво ответил Виталий.
— И чё теперь? — спросил Толян.
— Надо с Ткачом сближаться, — так же задумчиво ответил Виталий.
— Ты ж говорил, что теперь надо быть, наоборот, поосторожнее? — удивился Толян.
— Надо, — согласился Виталий и, проезжая мимо того магазина, в котором была Саша, повернул голову и вытянул шею, выглядывая её. Но потом, решив, что Ткач с Васей уже забрали её на обратном пути с тюрьмы, поискал глазами машину Васи впереди и сказал:— Давай тогда я сам туда влезу, посмотрю, чё там и как. Там-то темы по-любому стреляют. Чё нам эти пятьсот баксов на двоих с этих магазинов?
 
— Смотри сам, братуха, — покачал головой Толин. — Мне кажется, меньше знаешь, крепче спишь.
Можешь влезть так, что и не выберешься. Там одни
рыси уголовные…
— Да я ж и сам такой, если ты забыл, — ободряюще
улыбнулся ему Виталий.
В квартире Лера буторил чифир. Сидящие вместе с ним на кухне Фазик, Виталий и Гиви запаивали последние груза с наркотиками на лагеря. С окружением Ткача Виталий сошёлся сразу. Во-первых, все были сидевшими, и хорошо понимали друг друга. А во-вторых, здесь было достаточно одного слова Ткача, что этот человек свой, как к нему тут же начинали относиться, как к брату. К тому же Ткач постоянно представлял своему кругу новых людей, которых собирал по всему Приморью. Даже затянул в город на почти постоянное место жительства авторитетных людей из других городов. Один из них, авторитет из города Фокино Саша Техас, поначалу ухаживал за дочкой Ткача, но остался ни с чем. Узнав об этом, Виталий сначала обрадовался, но потом насторожился. Почему такой видный парень, на которого девушки вешались кучами, не вызвал интереса у дочки Ткача? Он пытался сравнивать себя с ним и не находил у себя никаких преимуществ. Техас был так же по-спортивному сложен, как и Виталий. Но у него ещё и лицо было таким, какие нравятся девушкам. А Виталий уже зачёсывал волосы набок, чтобы спрятать намечающуюся лысину. Но тяга поговорить с Сашей и видеть её рядом не оставляла его, может быть, именно поэтому он и решил сойтись поближе с семьёй человека,
который был очень опасен. Мало того, что он сам не раз убивал, так ещё и в окружении его были люди, готовые сделать это по его указанию. А за Виталием к тому же уже был грех, убийство близкого Ткачу человека. И теперь нужно было очень грамотно себя вести, чтобы ему не вспомнили это.
Виталий много думал над тем, почему Ткач так поступил и принял его после того случая. Но на ум приходило только одно решение: что положенец решил восполнить потерю и заменить одного бойца на другого. И хоть ему самому очень не нравилась сама мысль о том, что он считается чьим-то человеком, Виталий смирялся с ней и утешал себя мыслью, что так безопасней. Так как за ним теперь стояли большие силы на случай серьёзных разборок. И он вёл себя с Ткачом и его окружением, как с близкими друзьями.
— Этот, без надписи, на Вована с Родохлебом, надо не перепутать, — сказал Фазик, кладя большую торпеду в кучу запаянных грузов поменьше.
— Чё, всё? Убирайте, давайте чаю попьём, — сказал Лера, наливая чифир в кружку.
— А это ты кому столько запаял? — спросил у Гиви Фазик и стал убирать груза на другой стол.
— Да это на Алёнку, подельницу мою, — ответил Гиви, проглаживая шов на торпеде и убирая её в отдельную кучку зяпаянных грузов. — Она ж всю деляну на себя взяла. Щас парится девка…
— Это навоттурыжую, чтоли? Такэточё,твоятёлка, что ли? — удивлённо-восхищённо спросил Фазик.
— Ну да. Ты чё, не знал, что ли? — спросил Гиви.
— Ништя-ак. Ну и как она, — спросил Фазик, показывая движения лыжника и принимая кружку от Леры.
— Да вообще огонь. Я на ней жениться хотел, — ответил Гиви.
Он говорил с сильным акцентом горцев. И когда разговор был не по понятиям, а на подобные темы, звучало это очень смешно.
— Ну так женись, Гиви, — предложил Виталий, улыбаясь. — Прикинь, она щас неё…аная будет столько сидеть. На мусоров кидаться будет…
— Ц… эээээ, — только и произнёс Гиви, сокрушённо качая головой.
— Да-а, — подтвердил Фазик, передавая кружку.— У тёлок это не так, как у нас. Им потяжелей. Они без этого, говорят, болеть даже начинают.
— А нам чё, легче, что ли? — спросил Гиви, немного возмущённым голосом. — Я сам болел… Тыщу раз эта х…йня посещала… как её…
— Ха-ха-ха, — в один голос засмеялись парни. Лера даже немного поперхнулся чифиром.