Каштановый прииют (СИ)
В принципе, квартиры, которые ему показали, ему понравились. Обе уже с ремонтом, только мебель купить осталось, в тихих кварталах, но недалеко от центра. Плюс у обеих есть стоянка, что очень важно. Можно соглашаться на любую. Подойдя к кафе, где постоянно дежурили таксисты, он закинул в рот конфету и непонятно зачем обернулся на витрину. В глубине кафе сидели Кристиан и Аннелиза. Призраки отца Гамлета. И вот что с ними делать? Вильям замер, рассматривая их. Только сейчас он наконец заметил, что одеты они неподобающе для секты. На Аннелизе излишне обтягивающее платье и сапоги на каблуке. А Кристиан в свитере и обычной куртке. Профессор сказал ему тогда, что нужно поговорить с этими двумя. И после этого выехал на каталке. Втянув воздух сквозь зубы, Вильям вошёл в кафе и направился к столику, за которым они сидели. Ну хотя бы спросит насчёт креста.
Первой его заметила Аннелиза. До этого сидевшая расслабленно она вдруг выпрямилась и опустила глаза, как будто испугавшись. Заметив эти перемены Кристиан обернулся, когда Вильям уже подошёл вплотную.
— Я мог присесть? — не дожидаясь приглашения, он вытащил стул из-за соседнего столика и сел к ним. — Как удивительно часто мы пересекаемся в последнее время. То ли судьба, то ли что-то другое, даже не знаю, что.
— А тебе не кажется, что ты нам можешь мешать? — Вильям высокомерно окинул Аннелизу взглядом удава и улыбнулся.
— Нет. Это вы мне мешали. А я поговорю и уйду, как будто меня и не было. Ешь, не стесняйся, я с Кристианом хочу поговорить.
— А почему не со мной?
— Потому что ты по-человечески говорить не умеешь, а языка ублюдков я не понимаю, — она чуть не задохнулась от возмущения. Конечно, неприятно, когда тебя оскорбляют, пусть ест большой ложкой.
— А может тебе просто нужно было свою гордыню засунуть куда подальше и смириться, тогда бы не получал?
— Не тебе меня учить.
— Ты просто никогда меня не пытался понять.
— Конечно, Аннелиза. Боли нет, когда бичуют не тебя, — от того, как её перекосило, Вильям испытал почти физическое наслаждение. Да, он научился говорить гораздо лучше неё и, скорее всего, сейчас смог бы выдержать даже словесную перепалку с пастором. Потому что у него, кроме знания Библии и всех других книг, был в рукаве ещё и здравый смысл. — А теперь я предлагаю спокойно поговорить. Какого чёрта вы здесь, как меня нашли и что вам нужно?
— Мы сейчас снимаем тут квартиру, переезжаем в Манчестер, — Кристиан поправил очки на носу и сложил руки на столе перед собой. Он благоразумно не лез в их перепалку, хотя явно был напряжён.
— Вы принесли в приют крест? — Кристиан спокойно кивнул.
— Да. Мы попросили передать его тебе, нас бы никто не впустил за забор. Я знаю, что ты плохо относишься к религии после своего опыта, но Ирма говорила, что это семейная реликвия. Я решил, что хоть как память ты захочешь её сохранить. Это было в её вещах.
— А что там ещё было? Почему это отдали вам?
— Потому что ты не приехал. Там были тряпки, крест и всё.
— Этот крест и так всегда со мной, — Вильям оттянул горловину свитера, открывая шрамы, идеально складывающиеся в крест на цепочке. На лице Аннелизы отразилась вся гамма чувств. Они не виделись с тех пор, как его забрал дед, последствий сеанса экзорцизма, естественно, они тоже не знали. — Как вы меня нашли?
— Случайно. Мы правда тебя не искали. Мы уже не в церкви давно, года три. После того, как отца Майлса посадили, у нас произошёл раскол. Нашлись те, кто его поддержал, но большинство просто ушли. Знаешь, одно дело петь над кем-то песнопения и качать крестом. И другое — запытать до комы, — Кристиан отхлебнул кофе из крохотной чашечки и вздохнул. — Может, тебе кофе или поесть заказать?
— Она надо мной издевалась и била сама, и без вас.
— Ты прекрасно знаешь все эти внутренние перепитии. Мои родители были в секте, когда я родился. И меня били не меньше, дурь выбивали. Непросто быть ребёнком в таком обществе. Мы тут не для того, чтобы портить с тобой отношения, которых и так нет. Мы пытаемся сбежать, как и ты, и начать новую жизнь. Без особой религии. Молиться можно и пять минут перед сном, Господь слышит даже те просьбы, которые к нему обращают всуе. Так что нет резона разбивать себе лоб.
— Кому вы отдали крест?
— Мужчине какому-то, он внутрь шёл. Сказал, что знает тебя. Мы завернули его в бумагу. Он… Был похож на тебя со спины, только в очках, на сером автомобиле и в туфлях смешных. Знаешь… — Кристиан хмыкнул. — Как бы коричневые, под крокодила, с острым мыском, — Вильям почувствовал, как искажается лицо. Ах ты сука, вот оно как. Ему уже давно нужно было поговорить с этими двумя, а он бегал от них, боясь собственного хвоста.
— Вы писали мне записку? — Кристиан удивлённо вскинул брови, явно не понимая, о чём речь.
— Какую? Я только просил мне перезвонить.
— Что отец Логан в Карлайле.
— Упаси Боже, если бы он был в Карлайле, нас бы тут уже не было, мы бы и без чемоданов побежали подальше отсюда, — похоже, это предположение этих двоих реально напугало. Ещё бы, отец Логан был вторым по важности человеком в секте и был крайне жесток в своих методах, он морально насиловал так, что никакие плётки не были нужны. От одних воспоминаний о нём тряслись руки.
— Тут есть кто-то из тех… Тех ублюдков?
— Сейчас нет, мы тогда успели вовремя, сбежали, — Аннелиза раздражённо цокнула языком. Её поганый характер был её главной гордостью. И умение разговаривать со всеми свысока тоже. — В конце концов, ты обещал купить огнестрел, отобьёшься.
— Не только обещал, но и купил, — увидев, как напряжённо замирают эти двое, Вильям потёр переносицу. — Я предлагаю вам двоим перемирие. Вы сообщаете мне, когда тут появятся те люди, а я в случае чего помогаю вам скрыться.
— Обещаешь? — Кристиан бросил на него напряжённый испуганный взгляд. Да, похоже, та выходка была последней каплей. Хорошо хоть до убийств не дошло.
— За кого ты меня принимаешь? Я честный человек, — протянув руку для рукопожатия, он кинул взгляд на часы над барной стойкой. — Мне нужно ехать.
— А номер телефона?
— В справочнике посмотрите номер приюта. Личных там нет. Ваш у меня есть, — Вильям остановился у выхода и вернулся. Быстро написав на бумажке номер пейджера, сунул его Кристиану. — А знаете, я видел Дьявола. Только вот… Что он был? Алкоголь, который мутит сознание? Деньги, которыми покупается совесть? Может, пустые слова? Я видел Дьявола сотни раз, и ни разу он не был чем-то мистическим. И в этот раз Дьяволом оказался человек. Снова. Какая жалость.
Оставив их с недоумением смотреть себе вслед, Вильям вышел из кафе и сел в такси. Пора в приют. Картина сложилась. В голове всё мелькал кошмар, который он увидел сегодня. Он помнил его в деталях. Подсознание раньше него обо всём догадалось. Оно сложило все мелкие, как песок, детали и вывело общее, пока ему самому для принятия версии нужны были подтверждения.
Приют от ворот больше не казался зловещим, он казался обычным старинным особняком, красивым, но ничем особенным. А белый снег только подчёркивал его красоту. Несколько людей чистили ближайшие к воротам статуи от растений и мха. Пройдя в калитку, Вильям отдал свой пропуск охранникам, чтобы те его закрыли, и обернулся на знакомый голос за спиной. Мистер Смит негромко ругался, пытаясь засунуть ключ в замок на двери своего авто. Вильям не знал, как успел вернуть себе спокойное лицо до того, как тот обернулся, потому что хотелось вцепиться ему в горло и душить. Потому что картина сложилась.
— Вы сегодня отлучались? — мистер Смит отвлёкся от автомобиля и протянул руку для рукопожатия. — А я уже уезжаю, нужно последние бумажки в банк сдать, и тогда уже помогу Монтгомери с переводом. Могу сказать, что пока что никаких признаков подозрительности я не заметил.
— Спасибо, что отнеслись к моим разговорам серьёзно, — Вильям пожал руку, пытаясь не выдать ничем собственное нервное перевозбуждение. Рукопожатие, правая рука, кольцо. Вильям чуть задержал руку Мистера Смита в своей как бы ненарочно. Кольцо гладкое на указательном пальце. Вот убийца и выдал себя. Молодец, осталось на лбу признание маркером написать. — Ездил к риэлторам, скоро у меня будет своя квартира здесь.