В погоне за зимней сказкой (ЛП)

— Да, и я здесь, чтобы помочь.
— Отлично. Тогда не могла бы ты сказать мне, Ив, кто тот идиот, который подписался на розовые рождественские огни? — Я тычу пальцем в сторону поместья, которое выглядит так, будто на него вырвало Барби.
— О, — говорит она, широко улыбаясь, будто только сейчас заметила. — Это вы.
— Что, прости? — спрашиваю я, и Тори позади меня издает сдавленный звук.
— Я сказала, что это вы, мистер Слэй. — Она прикусывает нижнюю губу и вздергивает подбородок, будто пытается скрыть улыбку.
Ив протягивает планшет, похожий на тот, что был у Тори, и я вижу контракт, на который едва взглянул. Внизу, прямо над моей подписью, написано, что предпочтительный цвет огней — розовый.
— Я даже лично на прошлой неделе звонила, чтобы подтвердить цвет у вашего помощника.
Поворачиваюсь, чтобы взглянуть на Тори, который борется с улыбкой. Когда я прищуриваюсь, угрюмо глядя на него, он просто пожимает плечами.
— Я спрашивал тебя, и ты сказал, что какой бы цвет не был, будет прекрасно. — Тори вздыхает, будто знал, что так и будет.
— Я разберусь с тобой позже, — обещаю ему, и он поворачивается к дому.
— Пойду проверю, как там ужин, — бормочет он, и я сжимаю кулак.
— Теперь, когда мы установили, кто в ответе за розовый, давайте посмотрим, какие у нас есть варианты, — говорит Ив позади меня, и я закрываю глаза.
Когда поворачиваюсь к ней, она улыбается также ярко, ее улыбка невинная и милая. Пытаюсь сделать вдох, чтобы успокоиться, но лишь еще больше раздражаюсь, только на этот раз на себя.
— Ты понимаешь, что вечеринка состоится в эти выходные. — Я беспомощно смотрю на нее, и она кивает. — На Рождество, — уточняю я, и она снова кивает. Почему ее ни капельки не смущает моя паника? В каком-то смысле это меня успокаивает, но мне это не нравится. Я хочу злиться.
Как раз в этот момент семейный автомобиль въезжает на длинную подъездную дорожку, и мое сердце замирает.
— Блядь. — Я вскидываю руки вверх, потому что теперь то, что должно было стать сюрпризом, когда родные вернутся домой, оборачивается полной катастрофой.
Ив так и стоит рядом со своей идеальной улыбкой и в светящимся свитере, когда машина останавливается перед нами, и выходят Джиллиан и Рэй.
Джиллиан бросает один взгляд на дом и прикрывает рот рукой в перчатке, а Рэй оббегает ее сзади.
— Божечки! — визжит племянница, ее рот приоткрывается, и она поворачивается ко мне. — Дядя Дашер, это реально? — спрашивает она, глядя на розовые всполохи широко распахнутыми глазами, и мое сердце тает.
Это была та реакция, на которую я надеялся, но до конца не верил, что все будет именно так. Джиллиан смеется в перчатку, она знает меня достаточно хорошо, чтобы понять, что это не моих рук дело. По крайней мере, не нарочно.
— Это реально, и это совершенно потрясающе, да? — отвечает за меня Ив, и я понимаю, что слишком долго молчу.
— Это ты сделала? — спрашивает Рэй у Ив.
— Ну, мне немного помогли, знаешь, несколько эльфов. — Ив подмигивает, и когда вижу, как Рэй светится, чувствую себя виноватым за то, как я отреагировал вначале.
— Это потрясающе, — говорит Джиллиан, подходя ближе. — Это будет незабываемое Рождество. — Она смотрит прямо мне в лицо, и я вижу, как в уголках ее глаз собираются слезы, но она не позволяет им пролиться. Знаю, что этот год был тяжелым для нее, но с этого момента планирую создавать новые и только лучшие воспоминания. Даже если они включают в себя розовые рождественские огни.
— О, дамы, вы вернулись, — приветствует их Тори. — Ужин готов.
Рэй и Джиллиан следуют в дом. Я направляюсь за ними, но останавливаюсь и поворачиваюсь лицом к Ив.
— Я хотел бы извиниться…
— Не нужно, — говорит Ив, прерывая меня. — Я просто счастлива, что вашей дочери понравились эти украшения, даже если такой стиль не входил в ваши намерения.
Открываю рот, чтобы поправить ее, но я всегда думал о Рэй как о своей дочери, хотя это не так.
— Спасибо, — просто благодарю я, пытаясь подавить свою гордость. Мне хочется объяснить, что я не пытался быть мудаком, что просто хочу, чтобы у девочки был идеальный праздник.
 
— Я вернусь завтра, чтобы обсудить детали вечеринки, просто чтобы убедиться, что мы выбрали правильный цвет. — Она снова улыбается, и что-то у меня в груди сжимается.
Киваю, не в силах сказать что-либо еще, потому что сегодня вечером выставил себя полным придурком. Я также не знаю, как извиняться перед человеком, потому что прошло много времени, с тех пор как мне приходилось это делать. Поэтому просто молчу, хотя, возможно, делаю все только хуже.
— Надеюсь, вы с вашей женой хорошо проведете вечер, — говорит Ив и, прежде чем успеваю открыть рот, чтобы поправить ее, спускается по подъездной дорожке и садиться в свою машину.
Обойдя прожектор, я наблюдаю за ней и думаю о первом прикосновении. Почему мои пальцы все еще пульсируют, будто их ударило током, и почему мне так понравилось слышать ее голос? Что-то в Ив заставляет волосы у меня на затылке встать дыбом, а я прожил достаточно долго, чтобы доверять своей интуиции.
Сделав несколько шагов вперед, я достаю свой телефон и снимаю его с блокировки. Прежде чем успеваю обдумать свои действия, фотографирую номерной знак машины Ив, а затем наблюдаю, как она уезжает.
Она вернется завтра, но, возможно, я поищу об Ив Тинсел немного больше информации. Нет ничего плохого в том, чтобы знать больше о людях, которых я нанимаю. Вообще ничего плохого.
ГЛАВА 3
Ив
— Передвиньте его еще на метр. — Смотрю, как Люк и Бен передвигают огромное дерево, но я все еще не уверена, что все выглядит отлично. Пытаюсь представить себе полки, заставленные подарками, чтобы получить полный образ, но ничего не получается.
— Просто скажи это, Ив. — Бен бросает на меня понимающий взгляд.
— Ладно, верните на полметра назад. — Они быстро делают, как я прошу, и слышу, как хихикает Люк. — Простите. — Они отступают и смотрят на дерево вместе со мной, вот теперь я думаю, что получилось идеально. — Вот и все. — Поднимаю папку-планшет и делаю пометку. — Вы сейчас направляетесь к Слэям?
Здесь вся тяжелая работа была закончена, поэтому самое время украшать и переходить к деталям.
— Ага. Мы отправляемся в рождественский дом Барби, — дразнит меня Бен.
— Как бы то ни было, — качает головой Люк, — не показывай своей девушке фото. Теперь Кайла хочет, чтобы я убрал нашу гирлянду и повесил розовую. Сказала, что не знала, что такая существует.
— Это Рождество, все возможно, — напоминаю я им.
Мне тоже нравятся розовые огни. Они другие, а весь смысл Рождества в том, чтобы заставить чье-то сердце зажечься. Розовые огни подняли настроение дочери мистера Слэя, и это самое главное.
— Хорошо, — говорит Бэн, и вышел вместе с Люком за дверь.
— Я приеду туда через некоторое время, — кричу им вслед, а затем возвращаюсь к работе.
Делаю последнюю проверку, убеждаясь, что все идеально и завершено.
— Мне нужны фотографии, Чел, — говорю своей помощнице. Я не привыкла быть такой рассеянной, но на данный момент это то, что есть, поэтому стараюсь делать все, что в моих силах.
— Я все сделаю, — пытается она успокоить меня.
— Иви, это ты?
 Я оборачиваюсь и вижу Рича в халате, спускающегося по лестнице.
Сейчас чуть больше десяти утра, и я уже жалею, что согласилась на свидание. Когда смотрю на Рича, во мне не вспыхивает искры или чего-то еще. На самом деле, когда он называет меня Иви, это действует мне на нервы, что обычно трудно сделать.
— Доброе утро, Рич. — Я одариваю его яркой улыбкой, рассматривая его наряд. Не знала, что кто-то может выглядеть в халате таким… ну, богатым, и на ум приходит только Хью Хефнер.
— Как идут дела?
— Мы на верном пути.
Он спускается по лестнице и смотрит на елку в гостиной.