Шёпот теней (СИ)
– Твои предсказания были сплошной ложью, – упрекнула я.
– А тебе не всё равно? За слова духа ты не отвечаешь, ты просто мостик между двумя мирами. Что касается меня, то я всегда вру, – Валя очаровательно улыбнулась, – Знаешь, твоим сеансам не хватает драматизма. Я готова поработать в этом направлении профессионально.
– Почему профессионально? – не поняла я.
– О, свою карьеру в спиритизме я начала в 1854 году. К нам в город приехал медиум, и я согласилась поработать для него привидением по вызову. Ему как раз была нужна актриса на роль задушенной мужем женщины, поймавшей его на измене.
– Ты…
– Мы оба были шарлатаны. Я освоила азы профессии, и наши пути разошлись. Дальше я работала самостоятельно.
– Что потом?
– Мода на спиритизм стала потихоньку угасать, Церковь мою деятельность осуждала. У меня были небольшие накопления, скверная репутация и неустроенная жизнь. Временами я стала выпивать. После хорошего красного вина жизнь казалась вполне привлекательной. Сама не заметила, как пристрастилась. В итоге меня разоблачили, деньги утекали как вода сквозь пальцы. Вино заменила водка. Как ни странно, после всех моих прегрешений меня попытался спасти священник, пристроил в ночлежку для бездомных. Там я и умерла, очень быстро, кстати.
– Спиритизм не любит шуток, – сухо заметила я. Может быть, Валя и заслуживает сочувствия, но я ей его дать не могу.
Дух рассмеялся чистым звонким смехом:
– Хранитель завесы, тук-тук, отопри, духа мне приведи. Нет никакого хранителя. Чем твоя ложь лучше моей?
– Это декорация, как мой костюм. Есть разница. Я создаю антураж, атмосферу, а сам сеанс – правда от начала до конца, ты предлагаешь использовать лже-призраков и лже-полтергейстов.
– Уверяю тебя, это зрителей не интересует. Они пришли за спектаклем и знают, что на сцене никакая не Джульетта, а Лариса Пузечкина, и во флаконе не яд, а в лучшем случае вода, а то он и вовсе пуст. Когда меня разоблачили, две купчихи продолжали приходить, им нравилось, как я это разыгрываю. Ты скорее потеряешь клиентов, если докажешь, что здесь всё взаправду.
– Я поняла тебя. Я подумаю.
Дух самовольно исчез, а я чертыхнулась. Что-то в словах шарлатанки было правдивое. Однажды одна из клиенток, поняв, что всё происходящее реальность, а не спектакль, сбежала с воплем. Кажется, она кричала, что меня надо сжечь, как ведьму.
Я отчаянно не хотела продолжать сеансы на потеху публике, но мне нужны деньги. Я закрыла глаза и постаралась отрешиться от всего. Сейчас я ничего не изменю. Сон не шёл, я легла на спину и уставилась в потолок. Меня душило осознание того, насколько никчёмна и пуста моя жизнь. Определённо, мне нужно начать всё с чистого листа.
Утром я проснулась с головой болью. Вставать не хотелось, было тошно и отчаянно хотелось увидеть хоть какой-то смысл в том, чтобы вставать и идти дальше. Я повернулась на бок и провела пальцем по обоям, следуя за незатейливым цветочным узором. Снова перевернулась на спину. Пожалуй, даже не буду приводить себя в порядок. Я задолжала ведьме целый день, вот пусть она и развлекается.
Не вставая, потянулась к миру духов. Сначала я увидела только серые разводы и скользящие в отдалении тени. Рядом прозвучал сухой смешок. Я оглянулась. Седая ведьма в белом в горошек платье уже поджидала.
– Пора платить по долгам,– улыбнулась она.
– Конечно.
Очнулась в кровати. Только теперь я зритель в собственном теле. Ведьма потянулась, медленно встала у вдруг возмутилась:
– А ты не могла сходить в ванну до того, как меня звать?!
Впрочем утренними процедурами ведьма занялась с энтузиазмом, пожурила, что я не пользуюсь кремами и прочими женскими штучками, прошлась по моему гардеробу, которого нет, и мы отправились в кафе завтракать.
– Я собираюсь устроить праздник живота, – объявила она.
– А по пути давайте познакомимся? – предложила я. Как-то я упустила, что до сих пор не знаю имени духа, занявшего моё тело.
– Можешь звать меня тётушка Аза, последние годы меня звали именно так. Ведьма я довольно слабая. По глупости не развивала способности в молодости, а когда припёрло, оказалось, поздно спохватилась. Однако остаток жизни я зарабатывала на хлеб с маслом именно ведьмовским даром.
Мы вошли в небольшое уютное кафе. Посетителей почти не было: за одним столиком сидел грузный мужчина лет пятидесяти и обстоятельно жевал сандвич, в углу обнаружился худой очкастый парень, который нетерпеливо дул в чашку. Аза выбрала столик у окна и села лицом ко входу. Официантка принесла меню, пожелала доброго утра и предложила обратить внимание на блинчики с брусничным джемом, при заказе которых чай с мёдом давали в подарок.
Аза увлечённо читала меню, я скучала и старалась не слишком донимать ведьму своим плохим настроением. Дверь в кафе резко стукнулась о стену. Аза оторвалась от заманчивых картинок и вкусных описаний блюд.
В кафе вошли шестеро. Первое пришедшее на ум слово – банда.
– Оборотни, – поправила Аза, – причём все альфы. Нехорошо. Хотя, «банда» тоже подходит, больно рожи разбойничьи.
Первым двигался шкафообразный экземпляр с бычьей шеей, почти вплотную к нему прилипла габаритная женщина, которая не столько осматривалась, сколько принюхивалась, раздувая крылья носа. За ними шёл мужчина поспокойней. Среди всех он показался мне самым спокойным и умным. Замыкали шествие ещё трое мужчин, одного взгляда на которых хватало, чтобы понять, что физическая сила у них немереная.
– Быки? – предположила я.
– Понятия не имею, – откликнулась Аза, – Я не умею определять животную ипостась на глаз. Я даже редко замечаю, что кто-то является оборотнем, но от этих за версту несёт зверьём. Понимаешь, Марина, оборотни живут стаями, и не собираются компанией в пяток альф наедине. А для этих происходящее привычка и норма. Ты правильно сказала, банда. Учитывая последние события в городе…
– Какие события? – перебила я.
– На тебя покушались? Сани, кажется, – тотчас ответила Аза.
Оборотни шумно расселись, разрушая уютную атмосферу, громко затребовали подать им меню. Чуть побледневшая официантка засуетилась.
– На сеанс приходил вампир, – произнесла я мысленно.
– Вот-вот. Похоже на то, что в городе грядёт передел власти.
Аза задумалась, а я огляделась. Сейчас в кафе минимум шестёрка оборотней и одна одержимая. Мне стало любопытно, а есть ли среди нас кто-нибудь, не связанный со сверхъестественным? Вдруг мужчина колдун, а очкарик ясновидящий? Бедные люди даже не представляют, кто их окружает.
Глава 8
Сразу после завтрака, Аза расплатилась, оставив довольно щедрые чаевые, излишне щедрые на мой взгляд, грациозно поднялась из-за столика, у меня так никогда не получалось, в последний раз окинула оборотней неодобрительным взглядом и сухо заметила:
– Беги из Берга, пока можешь. Нутром чую, скоро здесь будет жарко. Медиум, поверь ведьме, я в таких делах за версту бурю чую.
Ответить было нечего. Я в разборках между сверхъестественными сообществами никогда не участвовала. Обычно моё появление сенсы города игнорировали, крайне редко бывало, что мне советовали убраться восвояси и никаких концертов не давать. Я слушалась, и всё обходилось. Везение закончилось в Берге.
Мы с Азой шли по улице. Куда мы идём, Аза не сказала. Наверное, мы просто гуляем. Вон как она пристально рассматривает дома, магазины, витрины, указатели. Хорошо, что Аза дух спокойный, к авантюрам особо не склонный. Прислушивающаяся к моим размышлениям Аза хмыкнула, и я поняла, что мы остановились перед почтовым отделением. Вот чёрт! Недооценила я её. Сразу стало не по себе.
– Не волнуйся, – откликнулась ведьма, почувствовав, как я напряглась, – Всего лишь отправлю одну писульку.
Утром очереди не было, и мы подошли сразу к окошку. Аза достала из моего кармана деньги, протянула смятые купюры миловидной, даже кукольной, сотруднице почты и попросила:
– Конверт, бумагу, ручку и марки.