Караул под «ёлочкой»
- Вот и прекрасно, - изрек генерал с таким видом, словно заранее был твердо уверен в согласии Лахова. -Есть мнение предложить тебе возглавить экипаж с афганским космонавтом. Возражать ты, надеюсь, не будешь?
- А когда лететь? - живо поинтересовался Лахов и, не дожидаясь ответа, принялся размышлять в голос:
- Афганцы начали подготовку в феврале. Значит, готовы к старту будут где-то через год. Так?
- Нет, не так. Полет планируется через два месяца, на конец августа, - сказал генерал. - Сроки подготовки афганских космонавтов значительно сокращены.
- А, ясно, - разочаровано протянул Лахов. - Опять, значит, пассажира катать будем?
- Ну, афганские летчики, в целом, неплохо подготовлены. Они уже завершили обучение на курсах русского языка и достаточно хорошо разбираются в нашей технике, - генерал немного замялся и отвел в сторону глаза. Он, пожалуй, и сам не слишком верил в то, что говорил. - И потом твой большой опыт подготовки...
- Ладно, а кого бортинженером ко мне назначите? -нетерпеливо перебил Лахов. - Сашу Зайцева?
- К-ха, - Шаталин кашлянул и почему-то густо покраснел. - Тут, Володя, понимаешь ли, какая ситуация... Короче говоря, бортинженера в этом полете не будет. Третьим с вами полетит врач из Института медикобиологических проблем.
- Ага, еще один пассажир, - шумно выдохнув, с иронией констатировал Лахов. - Владимир Александрович, тебе не кажется, что мы постепенно, но верно превращаемся в обычных космических извозчиков? Свози в космос этого, привези того... Чаевые-то хоть брать можно?
- Не дерзи, Володя, - лицо начальника Центра болезненно искривилось. - Сколько лет мы с тобой знакомы? Двадцать один? С шестьдесят седьмого, да? Вспомни, я когда-нибудь наших ребят подставлял? Но ты же должен понимать: здесь замешана политика. Афганца обязательно нужно вывести в космос в этом году. Наверху, в Политбюро и ЦК партии, считают, что эта акция должна поднять престиж правительства Наджибуллы перед уходом наших войск из Афганистана. Ну, а врачам полет мы обещали давно, еще лет пять назад.
- Вот и готовили бы сразу две экспедиции, -проворчал Лахов. - Одну с афганцем, другую - с врачом...
- А деньги где взять? - осведомился генерал и недовольно поморщился. - Ты же знаешь, как нам урезают финансы в последние годы. Вот мы и решили вместо двух экспедиций запустить одну. Лететь должен опытный космонавт, а с ним - врач и афганец.
- Спасибо за утонченный комплимент, - с язвинкой в голосе произнес Лахов. - Они, значит, будут кататься, а я - крутись, как белка в колесе...
- Ну, на то ты и космонавт-спасатель, должен работать за двоих, - жестко отрубил Шаталин. Ему начинало надоедать препирательство полковника. - Так ты как решил, летишь?
- А куда ж я денусь? - Лахов сокрушенно вздохнул и хитро улыбнулся. - Летать же хочется...
На следующий день после этого разговора начались тренировки нового экипажа. К удивлению Лахова и афганец Абдул Ахад Моуманд, и врач Валерий Полинов оказались действительно неплохо подготовлены к полету. Афганец, конечно, еще плохо разбирался в самой космической технике, в конструкции и устройстве бортовых систем корабля, но старательно пополнял свой багаж знаний, а последовательность основных полетных операций и команд вообще успел выучить на зубок. Неплохо было у него и со знанием русского языка.
«Ну, и хорошо, - с облегчением подумал Лахов. - По крайней мере, не будет смотреть на технику, как баран на новые ворота, и в критических ситуациях - не дай их, конечно, Боже, - говорить что-нибудь вроде «моя твоя не понимай».
Врач Валерий Полинов вообще оказался далеко не новичком в космических исследованиях. Хоть сам он еще на орбиту не летал, но уже дважды успел поработать в составе дублирующих экипажей. После первого же дня совместных тренировок на макете корабля «Союз» Полинов взял Лахова под локоть, отвел в сторону, подальше от ушей инструкторов, и сказал:
- Афанасьич, давай поговорим прямо, по-мужски. Я знаю, что я для тебя обуза. Я знаю, что пахать в полете за двоих тебе будет ох, как не сладко. Но и ты меня пойми. Я жду своего старта уже пятнадцать лет. Возраст у меня, сам знаешь, почти на пределе. Так что, как не крути, этот полет - мой последний шанс. Мельтешить у тебя под ногами и строить из себя всезнайку я не буду. Но если где-то надо будет подсобить, - говори, я подключусь. Лады?
Он протянул Лахову руку.
- Лады, - Владимир хлопнул по ладони врача и усмехнулся:
- Я, Валера, своего первого старта тоже ждал долго, двенадцать лет. Иногда казалось, что уже так и не слетаю никогда. Жизнь-то идет... Ну, и ребята летают, даже те, кто помоложе и намного позже пришли в отряд, да... Так что, можешь поверить, я тебя хорошо понимаю.
- Значит, работаем? - в глазах Полинова мелькнули веселые искорки.
- Работаем, - наклонил голову в знак согласия Лахов.
За неделю до начала полета Лахов, Полинов и Моуманд прилетели на Байконур. Поселили их на самом краю Ленинска, в отгороженной стеной от города
гостинице «Космонавт», которую военные прозаично именовали «семнадцатой площадкой». Оба экипажа - и основной, и дублеры, по очереди ездили в испытательный корпус, осваивали корабль «СоюзТМ» и примеряли скафандры. Потом ракету повезли на стартовую площадку, а космонавтам дали пару дней отдохнуть перед полетом. И вот сегодня утром - старт.
...Лахов пальцем поправил наушник в шлемофоне, покрутил головой, проверяя, не сдавливает ли шею манжета скафандра, и поднял вверх большой палец:
- Полный порядок, Витя!
Виктор Романов, старший инженер фирмы, отвечавшей за изготовление скафандров, облегченно вздохнул:
- Ну, вот и хорошо... А то в прошлом году Борисенко едва смог застегнуть свой скафандр, представляешь? Располнел за два предполетных месяца!
Полинов и Моуманд закончили проверку скафандров, и подошли к ним. Лахов внимательно оглядел экипаж и осведомился:
- Ну, что, орлы, готовы?
- Я готов, - тряхнул головой Моуманд и широко улыбнулся. Полчаса назад в специально отремонтированной по такому случаю комнате афганский космонавт привычно определил направление на благословенную Мекку, совершил намаз, и теперь чувствовал себя бодро и уверенно.
- Нам бы присесть на дорожку, - подсказал Полинов, нервно теребя застежку скафандра. - Подумать, все ли с собой взяли. А то у меня всегда так: еду в командировку и обязательно то паспорт, то билет дома забуду.
Они присели на мягкий диван и пару минут сидели молча, думая каждый о своем.
- Посидели - пора и честь знать, - нарушил, наконец, молчание Лахов. - Нужно идти, ребята. Пресса и телевизионщики ждут.
В сопровождении Романова и подполковника Доцинова космонавты прошли из космической пристройки в монтажный зал, а оттуда, через широко раскрытые ворота, на площадь перед испытательным корпусом. Здесь уже толпились провожающие -представители советского и афганского правительств, работники космодрома, многочисленные стайки журналистов из разных стран.
Лахов чуть замедлил шаг, дождался, когда Полинов и Моуманд окажутся рядом, и, стараясь даже в скафандре шагать по-военному четко, направился к председателю Государственной комиссии генералу Керимову. Юпитеры телевизионщиков слепили глаза, и космонавт почти совсем не различал лиц провожающих.
- Товарищ председатель Государственной комиссии, - космонавты остановились в двух шагах от высокого и широкоплечего генерала, и Лахов вскинул ладонь правой руки к гермошлему скафандра, - экипаж космического корабля «СоюзТМ-6» к совместному советско-афганскому космическому полету готов. Командир корабля полковник Лахов.
- Желаю вам успешного полета и благополучного возвращения на Землю, - голос генерала дрогнул. Керимов, проводивший в космос не один десяток экипажей, все равно не смог скрыть своего волнения.
Генерал сделал шаг вперед и поочередно пожал руки всем трем космонавтам:
- Садитесь в автобус, товарищи. Пора на старт, ракета вас уже заждалась.
- Ничего, без нас все равно не полетит, - пошутил в ответ Полинов. - А полетит, так догоним!