Последнее убежище (СИ)
— Хорошо придумано. Мне нравится. Остается оповестить остальных и распределиться по точкам. ты лучше знаешь своих людей, поэтому сделаешь это сам.
— Я думал тут решает Элис. — попытался возмутиться Мэйсон.
— Я работаю от лица Элис. Если не веришь, то сходи в лабораторию и на третьей полки за единственным серым контейнером найдешь три гранаты. Они свето-шумовые. Используйте их для выведения из строя групп врагов. Просто бросай в стену рядом с ними и не подходи ближе чем на десять метров. Дымом не дыши. Понял?
— Да понял, понял. — опешил мужчина.
— А я решу вопрос с остальными шестерыми.
— Сам?! — Мэйсон удивился еще сильнее.
— Конечно сам! Все уже придумано. Нужно лишь взять и сделать. Начинайте ровно в семь.
— Ты давай тут…
— Засунь язык в задницу и сделаешь как я сказал!
— Да ладно, тихо ты! Я все решу!
— Время взорвать эту дыру!
19. Время пришло
В эту ночь Клинт не мог уснуть. Слишком спонтанное решение, провести все как можно быстрее, в разы сильнее угнетало мозг. Он знал, что смысла откладывать нет. План был максимально простым и не требовал недельной подготовки. В их случае даже лишний день промедления мог вызвать нежелательные последствия. Одно дело находится по разные стороны фронта, строить теории и стратегии месяцами. А другое, жить среди людей, с которыми нужно сражаться. Одно неаккуратно брошенное слово может вызывать много подозрений. Не говоря уже о их походах по лабиринту коридоров в те места куда им ходить совсем не следует. Здесь больше подходило правило: «решился — бей».
Такое чувство волнения Клинт испытывал перед первым заданием. Учебка готовила не только в теоретическом, но и в практическом плане. Но это практика и в подметке не годилась той что случилась на поле боя. Когда ты вжимаешься в землю, боясь поднять голову, а командир кричит изо всех сил чтобы атака продолжалась. Было ли страшно? Конечно! Максимальная смертность личного состава всегда происходит на первом задании. Кто-то бежит куда глаза глядят, другой кидает гранату под ноги союзникам, третий стреляет по зданию где уже пол часа никого нет. Как итог: десятки убитых и раненных отправляются на носилках в расположение части.
Часы на руках показали 6:32 утра и ждать больше не было сил. Парень тайком прокрался по коридору мимо ряда закрытых дверей, отправившись в лазарет. Надежда на то что доктор справился со своей задачей угасала из-за волнения, перебирающегося через край рационального мышления. Мог ли старик передумать и просто отказаться от участия в этом плане? Возможно воспоминания о убитой девочке у мамы на руках чуть остыли, и желание быть революционером пропало. Кто знает, что могло случиться в голове старого немца.
Парень несколько раз постучал в дверь лазарета. Ответа не последовало. Еще несколько ударов и по ту сторону послышались тихие шаркающие шаги. Йозеф Бэнгли явно был не рад визитеру, решившему разбудить его в столь ранний час. Стоя на пороге он был похож на сонного мопса. И все же рука приветливо поманила парня войти внутрь.
— Я понимаю, что сейчас слишком рано, но это тот шанс, который мы не должны упускать. Вы подготовили эту штуку?
— Молодой человек, во-первых, доброе утро. Во-вторых, делать для Вас эту штуку я принялся сразу после вашего ухода. И это отняло у меня минут двадцать от силы. — сползшие очки вновь вернулись к переносице увеличив сонные глаза.
— Отлично, док! Где эта система? Она нужна мне прямо сейчас. — Клинт то и дело поглядывал на часы.
— Вон в той комнате, она уже подключена к нужному баллону. Так что не перепутаете.
Клинт быстром шагом вошел в соседнюю комнату где хранился баллон синего цвета высотой с его рост. К вентилю красного цвета была присоединена одна толстая трубка, ближе к середине расходящихся на шесть поменьше. Все выглядело именно так как представлял себе парень. Вот только смущали символы белого цвета, нанесенные краской через трафарет. Всего лишь два символа, но в голове они переворачивали весь смысл его затеи.
— А что тут на нем написано? — Клинт ткнул пальцем в нужном направлении. — Вот здесь.
— Так отмечают номер серии на заводе. Это вторая серия, поэтому написано «ноль два».
— Понятно… — парень призадумался и решил, что стоит попросить еще одну вещицу. — У вас случаем не будет плазменной горелки? Она пригодится для второй половины моего плана.
— Конечно, молодой человек, посмотрите в одном из тех ящиков. — док несколько раз коснулся дисплея на своих часах.
Горелка нашлась в самом нижнем ящике. Она была еще меньше той что хранилась в лаборатории, и все же исправно образовывала плазменный шарик высокой температуры на своем кончике. Возможно дело до нее и не дойдет, но все же лучше перестраховаться и иметь туз в рукаве. Кто знает, что подкинет жизнь спустя пятнадцать минут. Жизнь вообще казалась довольно странной штукой. Стоит тебе подумать: "все наладилось", как она тут же лупит тебя по голове со всей силы. Но стоит отметить, что в плохие моменты… все становится гораздо хуже. Поэтому и нужно готовится к худшему продумывая все на лишний шаг вперед. Того глядишь и удастся прожить на один день подольше.
— А в чем вторая половина вашего плана? — доктор упер руки в бок и встал в дверях.
— Это мой маленький секрет. Если придется — Вы точно его узнаете. А теперь разрешите мне пройти к месту где все случится.
Клинт, не смотря на все свои физические возможности, с трудом приподнял баллон и закинул его не плечо. Ощущение было таким, словно на него упала гора. Позвоночник предательски повело в сторону, и мышцы натянулись как стальные канаты. Пришлось приложить немало усилий чтобы нести баллон и при этом не шуметь. Огромная синяя штука то и дело цепляла стены и углы. И если хоть кто-то выйдет из-за угла, все что сможет сделать Клинт, так это поднять одну руку. Вторая сейчас была отдавлена напрочь. Доктор семенил рядом то и дело подхватывая подающие трубки.
У комнат охраны парень присел на корточки, подставив под баллон ногу, мягко опустил его на пол. Хруст металла о твердую поверхность раздался на весь коридор. Оставалось только молиться чтобы никто из охранников не вышел посмотреть какого черта кому-то захотелось пошуметь в это утро. Но ни одна из дверей не дрогнула, похоже охранники крепко спали в своих постелях. Отличный утренний сон, которому придется прерваться не скоро, а скорее всего уже никогда.
— Подведите трубки каждой комнате. — прошептал парень и указал пальцем на нужные двери. — А я пока взгляну на месте ли они.
Пробираясь словно по минному полю, он заглядывал под узкую щель между дверью и полом. Едва дыша, пытаясь в кромешной тьме разглядеть силуэт на кровати. Удалось в трех случаях из шести. Остальные либо спали слишком крепко и не шевелились, либо принимали такие позы, в которых невозможно было разглядеть человека. И все же хотелось верить, что каждая комната не была пустой и хранила в себе мирно посапывающего громилу. Жалости к их судьбе сейчас не возникало. Когда ты погружен в задание, вся жалость может испариться за секунду. Есть цель и ты должен ее достигнуть.
— Готово. — прошептал док и медленно подошел к баллону. Несколько поворотов вентиля и стрелка на манометре вздрогнула, остановившись в зеленой зоне. — Вот так будет идеально. Пусть остается на таком уровне ближайшие пять минут.
— Вы что уходите? — Клинт взглянул на удаляющегося доктора, тот быстро семенил прочь.
— Простите, молодой человек, мне нужно идти.
— Ну куда же Вы так спешите? — раздался громкий голос Председателя. Он вышел из-за угла коридора в компании трех охранников. — Я думал сейчас состоится милая беседа.
— Я сделал так как посчитал нужным, я оповестил Вас. Отпустите меня пожалуйста. — взмолился доктор.
— Какого черта? — Клинт встал за баллоном и положил руки на красный вентиль. — Ты меня сдал? Маленький засранец!
— Мне совсем не хочется вновь видеть десятки убитых людей. Я не хочу, чтобы гибли люди. Сейчас они могут жить, и Председатель заботится об этом. А Вы, молодой человек, поднимете революцию, из-за которой все здесь могут умереть.