Престол для бастарда (СИ)
С отцом Сая я познакомилась позже всех остальных, и он произвел на меня неизгладимое впечатление. Такой же высокий, как старший сын, светловолосый и суровый на вид, он был бесконечно нежен со своей обожаемой женой и дочерью. Эти две особы из него веревки вили, при этом отвечая взаимностью на его чувства и беззаветно любя в ответ. Мне было странно и удивительно видеть нормальные, гармоничные, человеческие отношения между членами одной семьи. Я даже не представляла, что такое вообще может быть. Все-таки полноценной семьи у меня никогда не было. Однако меня не покидало чувство, что я где-то уже видела родителей Сая, но никак не могла вспомнить, где именно.
Узнав, что я пришла в себя, в Тальзию стал наведываться Райан. Сай выделил ему портальный амулет с доступом на территорию своего дома. И рыжий теперь был частым гостем здесь. Каждый раз являясь неожиданно, он всегда приносил с собой какую-нибудь мелочь, чтобы порадовать меня, чем ужасно раздражал хозяина небольшой усадьбы в предместье Лаизата. Их перепалки в свойственной им манере теперь вызывали у меня только смех, напоминая о том, сколько всего мы пережили втроем.
Но Райан так ни разу и не обмолвился о том, что творилось на Архалоне. А я сама боялась об этом спрашивать. Страшилась услышать какие-нибудь подробности, которые касались лично меня. Боялась снова окунуться в свое ужасающее прошлое. Друзья подспудно чувствовали это и не затрагивали щекотливых тем в наших совместных беседах.
В этот период я с головой ушла в те занятия, которые меня вдохновляли и наполняли мою душу радостью. В особняке Сая в подвале была великолепная мастерская, где сам хозяин дома работал с металлами, изготавливая различное оружие. Я же организовала там себе отдельный уголок, который оборудовала всем необходимым для создания артефактов. И проводила за своим новым рабочим столом все свободное время, которого теперь была масса.
Так же я скрупулезно изучала тальзийский язык. Поразмыслив над своей жизнью и будущим, решила, что Тальзия не хуже и не лучше любой другой страны. Так почему бы мне не осесть именно здесь. Климат мягкий и теплый, природа фантастическая, фруктов опять же великое множество и где-то есть обширное побережье с потрясающим океаном, который я ни разу в жизни не видела. Сай был неимоверно рад моему решению и предложил позаниматься со мной языком и законодательством. Теперь мы общались только на тальзийском, и с каждым днем я говорила все лучше и лучше.
Друг помог мне оформить новые документы и получить гражданство Тальзии. Взяв мои бумаги, подтверждающие звание помощницы лекаря на имя Британи Нидл, Сай сделал официальное удостоверение личности своей Родины. Он предлагал внести в него мое настоящее имя. Но я наотрез оказалась. Мужчина отнесся к этому с пониманием, и мне выдали новые бумаги на придуманный когда-то Вольфом псевдоним. И я была бесконечно рада тому, что больше никто и никогда не будет иметь возможность назвать меня «Линдой». Родовой артефакт Карийских я расплавила, предварительно сняв с себя все обязательства главы своего рода, и присвоив себе новое имя. Так династия Карийских перестала существовать.
Кроме того, я задумала воплотить в жизнь свою давнюю мечту и окончить Академию Магии. Сай познакомил меня с ректором столичного учебного заведения, который был хорошим другом его семьи, Ульриусом Велинисом. С пожилым магистром мы быстро нашли общий язык. И он уговорил меня сдать вступительные экзамены в его Академию осенью этого года вместе с другими абитуриентами.
Моя жизнь в доме друга была спокойной и умиротворенной, чем-то напоминая мне времена моего детства, когда была жива мама, и ничто не омрачало моего существования в этом мире. Когда я немного окрепла, то взяла все бытовые вопросы на себя. Мне хотелось хоть чем-то быть полезной и не доставлять Саю беспокойства по мелочам. Он предлагал нанять кого-нибудь из слуг, но я отказалась. Лишние люди в доме мне были ни к чему. А сам хозяин усадьбы помощников никогда не держал, тоже не сильно стремясь пускать в свое логово посторонних.
По утрам я обычно вставала с рассветом, как давно привыкла, и уходила тренироваться к озеру. Выполнив положенные упражнения, ныряла в чистейшую воду и купалась. Затем возвращалась в дом и готовила завтрак. Сай действительно любил поспать утром подольше, поэтому с трудом поднимался к трапезе. Мы вместе кушали и обсуждали планы на предстоящий день.
Я без сопровождения никогда не покидала территорию особняка. Мне было сложно привыкнуть к тому, что я свободна от преследования и никому ничего не должна. Поэтому всеми силами стремилась заниматься своими уединенными занятиями. Сай же сразу после завтрака уходил по своим делам. На вопросы о том, чем он все время занят, говорил, что работает вместе с отцом и матерью, поскольку является наследником рода и вынужден вникать абсолютно во все дела семьи.
Вечером друг всегда возвращался обратно, с удовольствием усаживался за накрытый стол, моментально проглатывал все, что я приготовила, и требовал добавку. Постепенно я привыкла к его бешеному аппетиту и готовила уже с запасом. Сай рассказывал мне о том, как прошел его день, и интересовался тем, что я сама делала. Мне доставляло ни с чем ни сравнимое удовольствие делиться с ними моими мыслями, планами, научными изысканиями и новыми разработками. Я как раз трудилась над тем, чтобы сделать свой собственный аналог телепортатора.
Со временем все чаще замечала, что живущий со мной в одном доме мужчина подолгу на меня смотрит, когда думает, что я чем-нибудь занята и не обращаю на него внимание. Иногда он в шутку устраивал какую-нибудь возню с нашим совместным участием и с упоением ловил меня, стискивал в объятиях или носил на руках. Но потом вдруг срывался с места, извинялся и уходил в свою комнату. Меня это повергало в замешательство, но я ничего у него не спрашивала, считая, что если захочет, поделится своими проблемами.
Мне было удивительно комфортно и приятно находиться рядом с Саем. Казалось, что я могу рассказать ему абсолютно все, и он всегда поймет и поддержит меня. С каждым днем меня тянуло к нему все сильнее. Я с нетерпением ждала его возвращения домой, с радостью встречала на крыльце особняка и заинтересованно слушала рассказ о проведенном вне дома времени. Его шутки всегда дарили мне радость и веселье.
Но какое-то странное томление и нетерпение не давали мне покоя. Когда мы вместе ходили купаться на озеро, я с трудом отрывала взгляд от сильного мускулистого тела этого привлекательного мужчины, и то только от того, что боялась, вдруг он заметит, как я его разглядываю. Его ненавязчивые прикосновения неимоверно волновали меня, заставляя краснеть ни с того, ни с сего. Я не понимала, чего мне не хватает, и никак не могла определиться с тем, как себя с ним дальше вести. Сам же Сай ни разу ничем не намекнул на то, что хочет сблизиться со мной и перевести наши отношения в иное русло. Вся эта ситуация тревожила меня, но как правильно поступить я не знала.
В одну из ночей мне снова приснился тот самый сон, который периодически терзал душу со дня смерти моей матери. Я вновь видела, как наяву Фрая, ухмыляющегося и говорящего маме всякие пошлости. Снова переживала самоубийство самого близкого для меня человека. Но в этот раз сон не закончился, события развивались дальше. Фрай переключился на меня, и уже я сама стала объектом его домогательств. Он ласкал меня, а я вырывалась. Кричала и не могла никуда от его настойчивых рук деться.
— Нет! Нет! — металась я в кровати не в силах прекратить этот ужас. — Не трогай меня! Прекрати!
— Бри! — влетел в мою комнату Сай, громко хлопнув распахнутой дверью, от чего я, наконец, проснулась и открыла залитые слезами глаза. — Бри! Очнись! Это всего лишь сон.
Мужчина подхватил меня на руки и уселся на мою постель, осторожно прижимая к себе, а я все рыдала, крепко обнимая его за шею, и никак не могла успокоиться.
— Не волнуйся, — шептал он мне, потихоньку покачивая на руках, как маленького ребенка. — Все в порядке. Он давно мертв. Ты в безопасности. Ничто тебе не угрожает. Я рядом.