В поисках Челограда (СИ)

*
После обеда (ужина, завтрака? – фиг знает, всё у меня перепуталось, но здесь, на Шуржешише, был вроде бы день) мне предоставили небольшую комнатку с маленьким столиком, “тазом” на ножках и топчаном. Стены серого цвета, без всякой отделки под земляную нору, мебель – примитивная, из материала типа пластмассы. Ну да мне было пофиг: едва я завалился на топчан, как тут же провалился в сон. Никто меня не будил, я проснулся чёрт знает когда, было уже темно. Пошёл искать Скссуха, не нашёл, забрёл на кухню. Там ужинали два Ина, но симбионтов у них не было, поэтому я отлично их понимал, а они меня – с огромным трудом и давясь смехом, когда я совсем не мог высвистеть или нормально прошипеть многие из иновских слов. То есть общаться нормально не удавалось. Зато мне дали еды и горячий напиток – по вкусу он напоминал разболтанную в воде сметану, но я не привередничал. На следующий день я снова шарахался по базе, добрёл до выхода, однако наружу меня не пустили. Сказали, Скссух распорядился следить, чтобы со мной всё было в порядке, а как они будут контролировать мои хождения по улице? Все заняты на заданиях, на базе Инов раз, два и обчёлся, некого выделить мне в провожатые. Да и чего там смотреть-то? С тех пор как Третичных перестали клонировать, народу в городе резко убавилось, и все, кто ещё живы, скучковались вокруг крепости, где засели Первичные, а здесь самая окраина Зжихсса, давно забытая и заброшенная, потому истокцы тут базу и разместили. Я попросил связаться по нашейным коммам с Жужишишвасом и Вжижсом и попросить их ненадолго сюда прийти, но меня то ли и впрямь не поняли, то ли вид сделали, а может, просто не знали какого-нибудь кода вызова – фиг знает?.. Пообещали только, что Скссух будет завтра и обязательно во всем разберётся. И сей добрый рептилоидный молодец с глазами-одуванчиками действительно прискакал следующим утром с сообщением о том, что всё идёт по плану и распространение “Вещи” уже началось! Я ответил, что дико рад, и попросил хоть как-то привлечь и меня к этому празднику жизни, иначе скоро подохну от скуки, но Скссух пробурчал, что прямо сейчас не до этого и надо ещё чуть-чуть подождать. – Ну, тогда отправь меня к Васе на Хуррхшу – проведаю, как он там, и время заодно скоротаю! – Нет у меня портала к убежищу Жужишишваса, но я свяжусь с ним после обеда, передам твою просьбу и спрошу, когда он здесь точно будет, – протараторил мой зеленокожий приятель и тут же умчался. А я заглянул в главную лабораторию базы, где синтезировали “Вещь”. Там суетился один-единственный Ин, я предложил ему помощь, но он отказался, причём довольно невежливо. Подумалось, что всем я тут поперёк горла, настроение совсем испортилось и даже есть расхотелось. Обедать я поэтому не пошёл, а поплёлся в свою комнату, завалился на топчан и долго лежал, впав в какой-то странный полусон-полуступор. К вечеру меня вдруг стал пробирать озноб, я пытался воззвать к сопряжителю, но мысли в скобочках отчего-то не появлялись. Позже ко мне в комнату притащился Ин, сильно обеспокоенный моей неявкой на обед и на ужин. В руках он держал стакан “разведённой в горячей воде сметаны” и розовый колобок размером со среднее яблоко. Я не стал вставать с топчана, бросив ему, что не голоден. Тогда он, ловко действуя ногами, поставил стул-“таз” напротив топчана, забрался на него и уставился на меня своими ярко-лимонными глазами. – Ну чего ещё? – прошуршал я, принимая сидячее положение. – Я сегодня “дежурный по человеку”, – заявил Ин, протягивая мне колобок и стакан. – Ты должен питаться. – Спасибо, я позже обязательно съем. На стол пока положи… – Вот и нет! – Он подпёр ногой подбородок и стал ждать, не выпуская из рук то, что принёс. – Я должен проследить. Уйду только после того, как ты съешь угощение. Оно очень вкусное! Я хотел было сказать “Ну и слопай его сам!”, но рептилоид вдруг так резко придвинулся и вытянул руку, что стало понятно: стоит только открыть рот, как он запихнёт мне этот чёртов колобок прямо в глотку. – Прошу! – лимонные глаза сощурились, рот вытянулся в длинную трубочку-улыбку. – Попробуй. Драться и силой выдворять его из комнаты мне было влом. Вроде бы ничего целый день не делал, а устал, будто машину кирпичей разгрузил. Тяжко вздохнув, я взял у Ина еду и стал механически жевать колобок. Он оказался нежным, как пастила, а по вкусу напоминал чёрный хлеб, в который от души сыпанули сахара, но с кислым напитком оно кое-как проскочило. Забрав у меня пустой стакан, лимонноглазый пожелал мне хорошего отдыха и ушёл.
 
*
Разбудил меня Ин: таращился своими медовыми глазами, приблизив оливковую рожу к самому моему лицу, и протяжно шипел и свистел песню о том, как все вокруг: от маленьких букашек до больших зверей в лесу и от мала до велика в деревне Инов – просыпаются, чтобы поглядеть, как восходит солнышко. – Жужа? – продрав глаза, догадался я. – Смотри-ка, узнал! – с неподдельным восторгом заметил он, а потом пояснил: – Эта была песенка пробуждения. Когда-то я пел её сыну, а теперь он – мёртв! – Блин, ну, ты и грузишь спросонья! Я сел на топчане и потёр руками лицо, прогоняя остатки тёмного, мрачного кошмара, содержание которого маячило где-то рядом, но не вспоминалось, а голова гудела, словно на неё надели ведро и врезали по нему лопатой. – Я очень рад тебя видеть! – рептилоид вдруг обнял меня ногой за бёдра, а рукой за плечи. – После того, что рассказал Скссух, когда вернулся из Управления, я думал, ты к нам уже никогда не вернёшься. – Такое могло быть, – осторожно высвобождаясь из дружеских (однако не сильно приятных человеку) объятий рептилоида, вздохнул я. – В ВСБ обнаружили, что я бессмертный, и собирались разобрать на молекулы – едва свалить оттуда успел! – Бессмертный?.. – глаза Жужи повернулись от удивления. – Это… погоди… они что же, инициировали твою аномалию?! Без геноключа? Я кивнул с кислым видом. – Вот же рисковые пеноглоты, рог им в задницу! – Согласен. – Где он? – раздался знакомый голос из коридора. – Здесь? Дверь отодвинулась, и на пороге возник меднокожий Ин с ярко-зелёными, как у кота, глазами. – Вжижс! – через силу улыбнулся я. Меня снова начало трясти от озноба. – Привет, Пегов! – он бросился ко мне, вытянув трубочкой рот, но обниматься, слава богу, не стал. Лишь дружески хлопнул нижней клешнёй по ноге и, заметив, как меня колотит от дрожи, обеспокоенно спросил: – Ты чего такой… – он запнулся, не подобрав нужного слова, – заболел? – Типа того, – пробормотал я. – Черви гнилостные! – Жужа осторожно прикоснулся к моей щеке: – Горячая… – Кто черви, о чём ты? – насторожился Вжижс. – Да, оказывается, Ишсас инициировал ему аномалию! – выплюнул тот. – О Абсолют! – изумрудные глаза Третичного расширились. – Что же с ним теперь будет?! То, как он это произнёс, мне совсем не понравилось. – Вы, б-блин, скаж-ж-ете мне, что п-происходит? – проговорил я сквозь стук зубов: он громом отдавался в голове, а перед глазами то и дело полыхали ослепительные “молнии”. – Я з-заболел из-за аномалии? – Мы думали, что после устранения побочного эффекта ускоренного старения, “Вещь” просто уничтожит артевирус, вновь сделав всех Инов обычными смертными, – почесав ногой подбородок, медленно, с расстановкой, произнёс Вжис. – Но оказалось, так происходит лишь с теми, кто никогда не получал человеческую аномалию. – А к-кто п-получал? Рептилоиды переглянулись, после чего Третичный так низко опустил голову, что стал виден чёрный кружок. Жужа какое-то время молча смотрел на него, потом ответил, по-змеиному водя шеей: – Они умирают, Лёша. Спустя меньше суток после того, как “Вещь” попадает в их организмы. – Почти все Первичные, – добавил Вжижс, по-прежнему глядя в пол. – В их крепости сейчас полное пенорожие! Что даже, в общем-то, справедливо: как расплата за безжалостное потрошение аномальных. – А я?! Я-то за ч-ч-то д-должен расп-п-лачиваться? – Так, спокойно! – Жужа оскалился, схватив меня за руку. – Ты не умрёшь! По базе “Вещь” стала гулять практически сразу, как ты отдал в лабораторию компонент. Тогда она к тебе в организм и попала. – Я здесь т-третий д-день. – Вот! Видишь? Прошло уже двое суток, а ты жив! Никто из Первичных и двадцати часов не продержался! Я молча скривился: ну, значит, окочурюсь чуть позже – тоже мне, утешение! – К тому же у тебя другая, человеческая, версия артевируса, – заметил Вжижс, поднимая голову. В глазах его загорелась надежда… а может, мне это лишь показалось?.. из-за молний в мозгу… – И сопряжитель! Ни у одного Первичного, да вообще ни у кого в мире, нет такого, как у тебя, сопряжителя! – Жужа внезапно вскочил. – Он же давно перерос все положенные ему функции, дал тебе способности гончей, приручил Иновского симбионта и много чего там ещё, неважно! Главное, он защищает тебя! – Н-не знаю… я его б-больше не… Громыхание в голове усилилось, полыхавшие перед глазами молнии слились в единый белый взрыв… Нет, не взрыв – звезда! Меня выбросило в открытый космос и несёт теперь прямо на Солнце – ослепительное и беспощадное!..