Сердце Моего Монстра (ЛП)

В гостиной до меня доносится несколько голосов, а именно голос Дэмиена, который считает прекрасной идеей проверить мое гостеприимство и присоединиться к моей жене и Рай.
— Я должен сказать, — он тыкает ее в щеку, как будто она безжизненная кукла. — Ты похожа на этого симпатичного мальчишку Сашу, который был охранником Кирилла. У вас даже одинаковые имена.
— Ты серьезно? — Рай закатывает глаза. — Она и есть Саша.
— Ох, — он снова пристально изучает ее, и у меня возникает искушение выколоть ему глаза и сломать палец, которым он ее трогает.
— Ты стала женщиной? — спрашивает он, как гребаный идиот.
— Я всегда была женщиной, Дэмиен.
— Оооо. Вот почему ты была симпатичным мальчишкой. Имеет смысл, — он снова тыкает ее в щеку. — Женщиной ты выглядишь гораздо лучше.
Вот и все.
Я подбегаю к ним и хватаю его за палец, затем выкручиваю его назад и в сторону от Саши.
Она застывает, ее губы складываются в линию. Хотя на ней джинсы и простая футболка, она сияет и выглядит соблазнительно.
Или же это мог говорить мой член, пытаясь, наконец, получить удовольствие.
— Какого хрена? — Дэмиен высвобождается из моей хватки и осматривает свой палец.
— Если не хочешь, чтобы и остальные были сломаны, больше не прикасайся к моей жене.
Рай закатывает глаза.
— Давай уйдем от всего этого отвратительного тестостерона, Саша.
— Нет, — говорю я.
Моя жена смотрит на меня, затем дарит мне сладкую улыбку, которая в лучшем случае выглядит вынужденной, а в худшем — злой. Она, вероятно, собирается провести остаток дня с Рай, просто чтобы поиздеваться надо мной.
Так же, как она провела последние несколько дней либо с охранниками, либо с Анной и Кариной.
Вначале я думал, что мне нужно дать ей пространство, и она в конце концов вернется ко мне, но она использовала эту возможность, чтобы вбить еще больший клин между нами.
Поскольку этот метод, очевидно, не работает, мне придется усилить свою игру.
Я хватаю ее за локоть и притягиваю к себе. В книге Саши «Как Избежать Мужа» любые прикосновения полностью запрещены, поэтому она пытается увернуться.
Однако на публике она делает это более тонко, что означает, что это менее эффективно.
Я опускаю рот к ее уху и шепчу:
— Если ты в настроении увидеть своего брата сегодня, оставайся, блять, неподвижной.
Она замирает, и все ее попытки борьбы прекращаются.
Я улыбаюсь и Рай, и Дэмиену.
— У нас с женой есть дела. Вы можете идти.
Рай пытается протестовать, но она неохотно освобождает мою территорию от своего нежелательного присутствия, когда Саша говорит, что они встретятся в другой раз.
Не в мою смену.
Дэмиен говорит, что тоже вернется, и мне действительно хочется, чтобы он вел себя как придурок только для того, чтобы потрепать мне нервы, а не по какой-то другой причине.
Как только они уходят, Саша отходит от меня.
— Ты отведешь меня к Антону?
— Только если ты будешь хорошей девочкой.
Ее губы поджаты, но на щеках играет розовый оттенок. Держу пари, она даже не знает, что он есть, но опять же, она не может контролировать реакции своего тела.
Еще одна причина, почему я уверен, что она просто сдерживает себя в этой ситуации.
Похоже, мне нужно взять дело в собственные руки.
* * *
Вопреки тому, что предпочитает Саша, ее рука в моей.
Это происходит по совершенно необходимой причине, не связанной с прикосновениями или соблазнением, и у нее нет другого выбора, кроме как держаться за меня изо всех сил.
— Разве я не могу снять повязку? Она была на мне всю дорогу, и ты убедился, что я понятия не имею, где находится это место.
— Ты все еще можешь определить это место, так что короткий ответ — нет.
Ее ногти впиваются в плоть моей руки с единственной целью — причинить боль, но это нормально. Ее злость и разочарование в отношении меня все равно лучше, чем горькая пилюля безразличия.
— Осторожно, мы идем по неустойчивому мосту, и под нами сильное течение, — говорю я, направляя ее по скользкой грунтовой дорожке, где вода находится достаточно далеко, чтобы не доставать до нас, но достаточно близко, чтобы она слышала звуки.
 
Что? Я должен держать ее так близко, как только возможно.
— Я знаю, как ходить… — я начинаю убирать руку, и она поскальзывается, затем хватается обеими руками за мой бицепс, ее ногти впиваются в мою куртку.
Позднее полуденное солнце отбрасывает оранжевые тени на ее бледное лицо и приоткрытые губы. Ее светлые пряди развеваются на ветру, попадают ей в рот и задевают повязку.
Она выглядит такой красивой с распущенными волосами, особенно когда они отросли и достигают плеч.
Я обхватываю ее за талию и шепчу на ухо:
— Я же говорил тебе быть осторожной.
Она поджимает губы и начинает отталкивать меня.
Я крепко сжимаю ее руку.
— Если не хочешь разбиться насмерть, стой спокойно.
Она сдается, но только слегка.
— Я просто делаю это из необходимости.
— Если ты так говоришь, — я наклоняюсь и вдыхаю ее запах. Она… похожа на прежнюю себя, но она начала пользоваться духами, которые купила для нее Карина. В этом цветочном аромате есть едва уловимая нотка таинственности.
Заметка для себя: Поблагодарить мою сестру за ее безупречный вкус.
Именно так, по моим представлениям, должна была бы пахнуть Саша, если бы я впервые встретил ее женщиной. Мягко, но таинственно.
— Мы покинули мост? — спрашивает она.
— Еще нет.
Она обхватывает меня за спину, чтобы лучше держать равновесие. Нравится ли мне это? Определенно. Возможно, даже больше, чем следовало бы.
Это первый раз, когда она добровольно прикасается ко мне с тех пор, как вернулась. Кто-то скажет, что я не оставил ей выбора, но мне плевать.
Я все еще наслаждаюсь каждой минутой, когда ее тепло смешивается с моим. Да, я мог бы попросить Виктора высадить нас перед конспиративной квартирой, но как еще я мог добиться того, чтобы Саша так прижималась ко мне?
Слишком быстро мы приехали в безопасное место, которое находится примерно в двух часах езды от дома, плюс те двадцать минут, в течение которых я наслаждался прикосновениями Саши.
Кроме того, я явно сексуально неудовлетворен, потому что мой член не желает со мной мириться, пока я не погружу его в киску своей жены. Однако он любит подергиваться при малейшем прикосновении, так что его нынешнее состояние — это состояние полного раздражения.
— Мы на месте? — неуверенно спрашивает она.
— Почти, — я открываю главную дверь отпечатком большого пальца. Только отпечатки Виктора, Максима и мой могут открыть эту дверь или любую другую дверь на территории.
После того, как мы вошли внутрь, мы пересекаем сад и направляемся к пристроенному гаражу, где находится Антон. Я снова открываю дверь отпечатком большого пальца, затем снимаю повязку с глаз Саши.
Она щурится, хотя небо темнеет.
Я указываю подбородком вперед, и она недоверчиво смотрит на меня, прежде чем осторожно войти внутрь и сделать несколько шагов вниз по лестнице.
Стены подземного бункера, спрятанного под гаражом, звуконепроницаемы и ударопрочны. Он был построен моим отцом, чтобы выдержать бомбы, если понадобится. Не знаю, кто, по его мнению, мог его бомбардировать, но он всегда был параноиком до мозга костей.
В остальном помещение большое, поэтому металлическая кровать в углу и несколько полок, разбросанных вокруг, выглядят как попытка малыша украсить комнату.
Саша останавливается, когда видит, что ее брат сидит на кровати со скрещенными ногами, глаза закрыты, а руки беспечно лежат на коленях, как будто он находится в позе медитации.
Наручники, которые должны быть на его запястьях, висят на стене.
Максим отжимается на одной руке в другом конце комнаты, но при виде нас встает.
Саша бежит к Юрию — извините, Антону. Не надейтесь, что я буду следить за его множественными личностями.