Гнев Империи III (СИ)

— Я не могу, мама. Извини. 
— Да, я понимаю… — с легкой обреченностью кивнула женщина. — Он бы тоже не остался… 
И ей даже не нужно было уточнять, кто именно. 
Интересно, каким был Алексей Старцев при жизни? Я, к сожалению, никогда этого не узнаю. Но те, кто его подставил, вне всякого сомнения получат по заслугам. Это я обещаю. 
*** 
— Ты хотел меня видеть? — в кабинет Золотника я вошел без стука, да ещё почти бесшумно, отчего мужчина подпрыгнул на месте и едва не выронил перо. 
— Ох, господин Инвестор, да… Да… Прошу, при…
Но я сел чуть раньше, чем он закончил. Вежливость вежливостью, а некоторые вещи должны напоминать, кто главный. И одна из таких вещей — я не спрашиваю дозволения. 
— Ближе к делу, у меня утром поезд. 
— Так значит, вы всё-таки покидаете Черноморск?
— Не радуйся так. Это ненадолго. Тут у меня ещё хватает дел, так что мы ещё не раз увидимся. 
— Понятно, — Золотник убрал свою радость. — А могу я поинтересоваться, кого вы оставите вместо себя? 
— Никого.
— Никого? — удивился он. — Но так нельзя. Я бы мог… 
— Никого, — уже более твердо сказал я. — Насколько я помню, свой миллион я ещё не получил. 
Мужчина виновато дернул щекой в кривой улыбке.
— Вот, прошу, это документы на специальный счет. Он оформлен на подставную компанию “Вертисов и партнеры”, а вы один из главных партнеров, что имеет доступ к счету и полный контроль над деньгами на нем. Имя и фамилию партнера вы можете вписать сами. Для получения доступа достаточно вот этой бумаги, — Золотник вручил что-то вроде карточки, но опять с пустым именем. — Первую бумагу надо заполнить и отдать мне, я передам её в банк, чтобы закрепить счет за вами. 
Я взглянул на бумажку и задумался. Вот и момент истины. Инвестору пора приобретать нормальное имя.
— Какие-то проблемы? 
— Нет…
Мне почему-то вспомнились слова матери о том, что я стал очень похож на отца. 
“Алексей…”
“…Алексеевич…”
С фамилией проще. Где я? В Черноморске. От этого и оттолкнусь. 
“…Чернов”. 
Алексей Алексеевич Чернов, вот как будут звать Инвестора отныне. 
Я вписал имя вначале в его бумагу, потом в свою карточку, которую Золотник у меня забрал и буквально на моих глазах расставил необходимые печати и заламинировал. 
— Поздравляю, господин Чернов, — ухмыльнулся Золотник, возвращая мне документ. — Вы только что стали старшим партнером в “Вертисов и партнеры”. Хотя я, по правде сказать, думал, что вы поставите фамилию Вертисов, но это не играет большой роли. В будущем вы можете легко сменить название своего предприятия на любое другое. 
Я благодарственно кивнул. 
— Раз мы с этим делом разобрались, то я хотел бы предложить вам другое. Мы уже работаем над вашим рестораном, вернее сразу тремя, в разных частях города. 
— Тремя? Вот так сразу? 
— Скажем так, я вложился в два других, но вы будете иметь с них пять…
— Двадцать. 
— Господин Инвестор, прошу вас, два других ресторана будут финансироваться исключительно за мои деньги. Даже пять процентов от прибыли это…
— Двадцать. Это не торги Золотник. Либо так, либо никаких ресторанов, а попробуешь открыть их за моей спиной, то при нашей следующей встрече мой меч откусит тебе голову. 
— КРОВИ-И-И-ИЩА! — завизжало оружие, на пару секунд приняв боевую форму в моей руке, но затем вновь вернулось в форму часов. 
— Двадцать… Я понял… 
— Это всё?
— Нет. Эти рестораны — лишь начало. У меня есть нечто вроде чутья на успешные начинания, и ваша идея, она… хороша. Действительно хороша. Вкусная и довольно простая в приготовлении еда, немного отличающаяся от того, что народ привык есть. Я уверен, что она будет пользоваться популярностью. И уверен, что до конца года мы сможем открыть новые рестораны. Много ресторанов. Петроград, Новгород, Смоленск, Владимир. 
— Да у вас ненасытные аппетиты, как я погляжу, — ухмыльнулся я. И мне это было даже на руку. Открытие даже одного ресторана вызвало целую кучу проблем, но если на себя эту работу возьмет кто-то другой, это здорово облегчит мне жизнь. Да, доходы будут меньше, но и я разгружу себя. Патент на блюда я уже организовал, как и собственную торговую марку. Доверенность на ведение дел от лица себя самого я сделал ещё в Ильинске. Правда имени там не было, но теперь я легко могу это исправить одним росчерком пера. 
 
— Я сам своего рода инвестор, — усмехнулся Золотник. — И когда я вижу удачное вложение, то не могу удержаться и не вложиться. 
Выгодная сделка, как ни посмотри. Все риски и проблемы Золотник берет на себя, а я просто получаю свои двадцать процентов ничего не делая. Предложение даже слишком хорошее. Что-то тут не так. 
— А теперь давай начистоту, — сказал я.
— Не понимаю, о чем вы, — мужчина изобразил недоумение, и надо сказать, очень умело. Но было в его эмоциональном фоне что-то… Мне сложно читать другие эмоции, но порой, если настроится, я могу уловить их дуновение. Как легкий порыв воздуха с ароматом. 
— Предложение слишком хорошее, и я хочу услышать, в чем подвох. Немедленно. Иначе моя доля станет девяносто процентов, а дальше крутись как хочешь. 
— Кхм… Это лишнее, господин…
— Ты так и не ответил мне, а я очень не люблю, когда передо мной юлят. Говори. 
Золотник нервно дернул щекой, покосился на мои часы, а затем сокрушенно вздохнул. 
— Вы знаете, какой наш основной источник дохода? — уточнил он. 
— Азартные игры, продажные женщины, обман туристов…
— Специи, — его ответ меня ошарашил. 
— Специи?
— Специи, — кивнул он. — Да, это может показаться глупым, но чуть больше десяти лет назад Император ввел пошлину на специи из Тримурти и Небесной Империи, чтобы хоть немного подлатать экономику после прошлой османской войны. И пошлина вместо двух процентов от стоимости стала составлять от двадцати пяти до тридцати процентов. И как вы понимаете, это рождает крайне выгодное, но рискованное предприятие. 
— Контрабанда специй, — понял я. 
— Да, из Тримурти. И Черноморск — одна из главных контрабандных точек, сюда прибывают специи, а затем расходятся по всей стране. Мы распространяем их через сеть пекарен, но они… как бы это сказать, убыточны. Если бы не специи, то их содержание, загнало бы нас в существенные долги. Под видом муки мы транспортируем специи и доставляем их в пекарни, откуда они уже идут доверенным торговцам. 
— Любопытная схема. И я так понял, вы хотите заменить ваши убыточные пекарни на мои рестораны.
— Именно, — улыбнулся Золотник. 
Теперь мне всё стало ясно. Понятно, почему он после легкого нажима не стал торговаться и легко согласился на двадцать процентов. Специи принесут гораздо больше. Вот и выгода, но и риски… 
— Мы переделаем эти пекарни, немного обновим и превратим в ваши… Как вы их называли…
— Бургерные.
— Бургерные, верно. Совместим приятное с полезным, так сказать. Заведения начнут приносить прибыль, 
— А если это вскроется? 
— Не вскроется. Со специями работают проверенные люди, да и в полицмейстерстве на местах есть свои прикормленные. Мы не расширяемся, не прощупав почву и не убедившись в безопасности новой точки. 
— В таком случае ты же понимаешь, что я захочу долю и от специй?
Золотник нервно дернул щекой. Было видно, что не хотел он привлекать меня к специям, но я не оставил ему выбора. 
— Понимаю, но и вы должны понять, что ни о каких двадцати процентах и речи быть не может. Иначе этот бизнес полностью потеряет рентабельность. Я могу предложить вам один…— он тут же поправился, увидев мой взгляд. — Полтора. Полтора процента. Больше просто не получится. Нужны взятки, нужно хорошо платить своим людям, чтобы им в голову не лезли дурные мысли, и все в таком духе. Не говоря о том, что ваши рестораны ещё даже не открыты, и на переделку уйдут существенные суммы. Мои суммы, господин Инвестор, не ваши. 
— Хорошо, — не стал спорить я. — Полтора процента в ближайший год. За это время, думаю, заведения смогут встать на ноги и начать приносить доход. После этого ставка за специи вырастет до двух процентов. И повторюсь, я не торгуюсь.