Двери всегда открыты (СИ)

— Что говорит эта шлюха?! — выкрикнула Лола.
— Шлюха говорит, что вы никогда раньше не стреляли, — миролюбиво ответила Алиса по-испански и двинулась вперед.
— Не подходи! — Лола перевела пистолет на нее.
— Лола, не надо! — теперь уже завопил Чиро.
— А почему не подойти? — спокойно спросила Алиса, подходя вплотную. — Вы неправильно держите оружие. Вы не взвели курок. Оно не выстрелит сейчас.
— Ты будешь учить меня, как стрелять?! — прошипела Лола.
— Ну кому-то же надо.
Алиса шагнула в сторону и встала рядом с девушкой. Лола смотрела на нее с недоумением. Вообще-то она достала пистолет просто так, от отчаяния. Обида и гнев бушевали в ней и требовали какого-то выхода. Сейчас она понятия не имела, что будет делать дальше. А что делает эта странная русская?
— Во-первых, руки нужно держать вот так, чтобы затвор вас не поранил. — Алиса поправила пистолет в руках Лолы. — Правильное положение указательного пальца на спусковом крючке вот такое. Во-вторых, надо все-таки взвести курок. Чиро, отойди от фонтана. И ты, Дима тоже. В третьих, надо правильно прицелиться, если вы хотите попасть. Смотреть нужно сюда, совмещая прицел и мушку, пистолет держать твердо. Давайте попробуем для начала попасть в хвост этой русалки.
Алиса направила дуло пистолета на фигуру в центре фонтана. Не то, чтобы у нее был какой-то определенный план, но она была уверена, что по людям Лола стрелять не будет, несмотря на весь свой гнев и ревность. Не так-то это просто — выстрелить в человека. А вот пар выпустить можно.
Лола озадаченно смотрела на Алису, потом перевела взгляд на покрытый серебряной краской силуэт из сказки Андерсена, подсвеченный светодиодными лампами.
— Стреляй!
Девушка набрала полную грудь воздуха, зажмурилась, постояла так с минуту и… опустила пистолет.
— Давай покажу, — Алиса забрала у нее оружие, навела на русалку и выстрелила.
Хвост отделился от остальной части скульптуры и плюхнулся в воду, хотя плеска не было слышно — из- за грохота выстрела и громкого вопля Лолы. Алиса почувствовала, как волна адреналина вскипает в крови, как это всегда бывало в критических ситуациях. Ей стало весело и захотелось продолжить представление.
— Ну вот, ничего сложного, — Алиса перевела затвор в безопасное положение и снова вложила огнестрельную игрушку в руки ревнивой испанки. — В человека, конечно, выстрелить чуть сложнее.
Она подняла руки Лолы и приставила дуло к своей груди, неотрывно глядя ей прямо в глаза. Адреналиновая буря разыгралась внутри на десять баллов из десяти, ее даже слегка покачивало от возбуждения.
— Сможешь?
— Алиса! — в ужасе выдохнул кто-то позади.
Лола несколько секунд смотрела в глаза ненормальной русской, потом отшвырнула пистолет в сторону и отвернулась. Дима мягким прыжком подскочил к тому месту, где он упал, подобрал оружие и спрятал в карман.
— С тобой поступили несправедливо, — сказала Алиса едва слышно. — Ты такого не заслужила.
Девушка развернулась и со всего размаху влепила пощечину Алисе. Та слегка пошатнулась, но устояла на ногах.
— Дай выход своему гневу, — посоветовала она. — Ты имеешь на это право.
Лола влепила ей вторую пощечину. Она была не в курсе, что Алисе, в общем-то нравились такие вещи. У нее только слегка зазвенело в ушах, но боли не было.
— Хорошо, — сказала она безмятежно. — Продолжай.
— Алис, а может хватит с тебя? — с иронией спросил Дима. — Пусть дальше бьет своего парня. Он больше виноват.
— Парня она будет колотить всю оставшуюся жизнь, а меня видит первый и последний раз.
— Ненавижу, — прошипела Лола, впиваясь ногтями в свои ладони. — Ненавижу вас обоих. Что вы со мной сделали?!
— Мы оба поступили мерзко по отношению к тебе, — согласилась Алиса. — Унизили тебя. Обманули доверие. Разрушили все, что тебе было дорого.
Лола еще несколько секунд стояла молча, пытаясь проглотить горький комок в горле, а потом опустилась на колени, закрыла лицо руками и заплакала.
Мужчины стояли в растерянности, не зная, что делать. Алиса покачала головой и, подойдя к Чиро, взяла его за плечо и подтолкнула в сторону Лолы. Он приблизился к плачущей девушке, опустился рядом с ней на колени и обнял.
 
Теперь можно было уходить. Вернувшись в ресторан, Алиса подошла к барной стойке и заказала себе коньяк.
— Тебе взять? — спросила она Диму.
— Нет, я за рулем, нам еще в Софию ехать. Алиса, какого черта ты там устроила с этим пистолетом? Она же могла тебя убить!
— Не могла. Ты же видел… Послушайте, что это? — возмущенно спросила она бармена, разглядывая свой бокал, в котором на самом донышке плескалась малая толика коричневой жидкости. — Я, что — котенок? Налейте полную, — она отметила ногтем на бокале требуемый уровень.
— Она уже взрослая кошка, — подтвердил сомневающемуся бармену Дима. — Налейте, раз дама желает. Ты хочешь напиться с горя?
— Я перевозбудилась просто, надо расслабиться.
— Алиса, вы так рисковали, — сказал Рафаэль, устроившийся рядом за барной стойкой. — Зачем? Ведь она отдала вам пистолет.
— Я ничем не рисковала. Девяносто пять человек из ста не могут выстрелить в живого человека или в животное. Это очень мощный психологический барьер. А Лола не смогла выстрелить даже по каменной русалке. В ее руках пистолет — совершенно бесполезная вещь. Для самозащиты, ну и для разборок с мужем, ей лучше электрошокер купить.
— Ты думаешь, она за него выйдет теперь?
— За него, или за кого-нибудь еще непременно выйдет. Я не знаю ни одной девушки, у которой хватило бы ума не выходить замуж. Я сама максимум способна только на то, чтобы не наступить на эти грабли второй раз.
— А ты могла бы выстрелить в человека? — с любопытством спросил Кристиан, устроившийся с другой стороны.
— Не знаю. И очень надеюсь, что никогда не узнаю. Слушай, Дима, я же русалку в фонтане разбила! Надо, наверно, заплатить за ущерб отелю. Одолжишь мне нужную сумму?
Дима махнул на нее рукой:
— Как всегда, сначала делаем, потом думаем. Ладно, не парься, я договорюсь по русалке, а ты иди собери вещи и поедем.
— Подожди, — остановил Алису Рафаэль, — а разве ты не поговоришь с Чиро, перед тем, как уезжать?
— Как ты себе это представляешь? Лола пойдет погуляет в сторонке, пока мы разговариваем? А ты ей Гранаду споешь? Нет, ему сегодня с ней надо мириться и будет лучше, если меня здесь не будет.
— У тебя ссадины на лице, — сказал Рафаэль, слегка коснувшись пальцем ее щеки. — Надо обработать антисептиком.
Алиса достала из сумочки зеркало. Тяжелая рука Лолы, с хорошим маникюром, оставила на ее щеках несколько царапин. От нервного возбуждения Алиса все еще не чувствовала боли и только сейчас, прикоснувшись в ранкам, ощутила, как саднит кожа.
— В последнее время, — с досадой сказала она, поправляя сбившийся платок, которым до сих пор прикрывала синяк на шее, — общение с испанцами наносит заметный ущерб моей коже. Пора, наверно, сделать выводы.
Быстро перемещаясь по номеру, Алиса наскоро, как попало, бросала вещи в сумку, стараясь ничего не забыть. Любая, случайно оставленная безделушка — в спальне, в ванной, вызовет новый приступ истерики у Лолы и новую ссору. Так, помада, зубная щетка, заколки для волос, кажется, все.
Дверь распахнулась.
— Уже уходишь? — холодно спросил Чиро, стоя на пороге.
Алиса замерла, озадаченно глядя на бывшего любовника. Эти дурни что, не могли его задержать в холле?
— А ты хочешь, чтобы она осталась? — зло спросила Лола за его спиной.
— Я хочу, чтобы эта лживая тварь навсегда исчезла из моей жизни, — сквозь зубы произнес Чиро, подходя близко к Алисе.
Он поднял ее сумку и резким движением выбросил в коридор. Лола, стоявшая в дверном проеме, едва успела отскочить. По полу гостиничного коридора рассыпались нехитрые Алисины пожитки.
— Убирайся, — выдохнул Чиро.
Не говоря ни слова, Алиса вышла в коридор, присела на корточки, собирая с пола разбросанные вещи. Рядом на колени опустился испуганный Рафаэль, помогая собрать тюбики помады и расчески, разлетевшиеся в разные стороны.