В такт твоей музыке (СИ)

Вижу, как глаза Насти округляются от услышанного.
— Это вообще возможно? — говорит она не в силах удержать свой шок в тишине.
— Как выяснилось да. Дальнейшие консультации по этому вопросу можно получить у Жени. Кстати, ещё об одном задании. Нужно проверить все утечки по внутренним системам, журналы списания компонентов и прочее. Это вы разделите вместе с Женей и Мариной. Так как каждый может взять информацию из своих каналов.
— Ещё задания? — подает голос Марина.
— Для тебя да. Есть ещё одно. Если допуск мой отец не даст мне скажешь. Настя тебе в помощь. Проверь пару-тройку последних дел моего брата и любую его активность внутри компании.
— Думаешь он причастен? — занервничала в ответ напарница.
— Не думаю. Просто вдруг тут есть зацепки и перед смертью он что-то узнал. Это важно, — задумчиво говорю, глядя в сторону, затем возвращаю своё внимание ребятам и продолжаю. — Поговорим о целях нашего задания. Первое: тихо урегулировать конфликт с Марком, до того, как его отец всё узнает и угроза по отношению к нам станет гораздо выше. Второе: узнать кто стёр Лие память, украл разработки и почему. Что самое главное — это точно не Марк. Так как он думает, что Лия всё знает и помнит. Поэтому её и ищет. Есть ещё одна сторона конфликта, о которой мы не имеем ни малейшего понятия. Но чую пропавшие грузовик и чемодан интересовали как раз эту сторону. Почему Лия вела себя подобным образом мысли есть. Возможно, это шантаж или что-то ещё. И третья сторона как раз её на это склонила.
— А кто будет работать в поле? — уточняет Марина.
— Знаю, что это твоё любимое и тебе не терпится, но пока нет, — мои губы расплываются в улыбке, я ждал этого вопроса. — На данный момент эта работа чисто моя и Лии. Тебя буду подключать при необходимости.
Вижу, как Марина меняется в лице. Явно не довольна моим решением.
— Не переживай. Ты мне понадобишься и не раз, — пытаюсь успокоить её.
— Продолжим. Что же может находится в чемодане. С учётом что внутри встроена холодильная камера, скорее всего там спрятана ещё какая-то биологическая разработка. Мне почему-то так кажется. Может быть та же краденная сыворотка или другая биологическая разработка. Тогда возникает ещё один вопрос. Если в конечном итоге окажется что это так, то как это связано с юридической фирмой Мельниковых и что они затевают ещё.
— Работы много я смотрю, — нервно смеется Женя.
— Всё как мы любим мои дорогие. Но и это ещё не всё. Есть самое важное задание. По возвращению отец планирует как обычно закатить официальный приём в нашем фамильном особняке. Там соберутся наши партнеры, спонсоры, клиенты и другие уважаемые люди. Ну не мне вам объяснять. В общем всё будет громко, пафосно и красиво. Если Марк не дурак, а я думаю, что всё-таки не настолько, то он явится прямо туда. Там я планирую провести с ним переговоры и постараюсь как-то урегулировать конфликт. Во всяком случае начну пытаться замять это тихо. Было бы идеально, если в этом деле мы обойдемся без жертв. На этом пока всё. Вопросы?
— А зачем я тебе нужна в поле? — подает голос Лия, явно восхищенная происходящим.
— Может вспомнишь что. И ты пока еще не в курсе дорогая, но у тебя очень хорошие коммуникативные способности. Всё-таки ты личность публичная. Думаю, они нам ещё пригодятся. Да и память расшевелим, — поясняю.
— А! То есть четких указаний для меня нет?
— Нет естественно. Откуда? Буду по ходу дела смотреть и кидать тебя туда, где будешь полезна.
Вспоминаю, что походу моей речи шла презентация для наглядности дела и отключаю проектор. Он уже не нужен.
— Всем всё понятно? — уточняю снова.
— Да, Пётр Александрович, — говорят все кроме Лии в один голос.
Мне аж не по себе стало, толи от ощущения того, что я их надрессировал, толи от духа единства.
— Лия?
— Будут вопросы, но задам их лично.
— Как скажешь, дорогая. Можете расходиться, — смотрю на часы. — Отец должен уже приехать.
Слезаю со стола, а ребята тем временем уходят. Все кроме Лии, которая останавливается прямо передо мной и медленно хлопает в ладоши выставляя оценку моей работе.
 
— А ты умеешь делать свое дело.
— Неужели? Так какие у тебя остались вопросы? — скрещиваю руки на груди смотрю ей в глаза стараясь сохранять голову в холоде.
— Почему ты так просто отпускал меня к Марку? Если любил.
Это не вопрос, а вызов. Лия все ещё меня провоцирует.
— Потому что любил. Потому и отпускал. Во-первых, был слеп. Во-вторых, боялся потерять тебя снова. В-третьих, был уверен, что у вас ничего никогда не будет и ты вернешься. Так же как уверен сейчас, что не было у вас ничего. Ты просто его морально поимела для информации и всё, а чтобы её добыть тебе не обязательно с кем-то спать. Достаточно твоей упертости и обаяния, — четко отвечаю, не показав эмоций в речи ни разу.
Вижу, как тело Лии покрывается мурашками, и она начинает потирать руки, чтобы их стряхнуть. Голосовые связки у неё точно свело. Уверен.
— Ещё вопросы будут?
Лия сглатывает слюну и медленно кивает. Молча протягиваю ей стакан воды, и она залпом его осушает.
— Тогда слушаю.
— Так зачем ты сел на стол?
— Для концентрации внимания. Настя пялилась в ноутбук, Женя витал в облаках. Для тебя это незаметно, но я всё вижу. Делаешь в начале речи что-то экстравагантное, что останется в течении всего выступления и они не то, что будут тебя внимательно слушать, да еще и запомнят, что ты говорил скорее всего. Это привычка уже. Особо хорошо видно результаты на большой аудитории и, на более специфичном подходе, — разъясняю.
— Как вообще подобные вещи можно слушать кое-как? — удивляется Лия.
— Тебе сейчас интересно только потому, что ты в этом замешана. А ребята решают такие вопросы постоянно. Для нас всех это норма и ничего особенного тут нет. Если решим дело тихо, то оно вообще окажется легким. Только я почему-то в этом не уверен. Подводных камней много и не известно кто ещё замешан в конфликте, — закончив речь наконец выдыхаю, устал говорить.
Пока Лия переваривает всё мною сказанное, получаю сообщение на телефон, о том, что отец ждёт меня у себя в кабинете. Беру все документы по делу и собираюсь на выход, но перед дверью стоит Лия.
— Пропустишь?
— Это сложно наверное, — говорит она будто меня не слышит.
— Что сложно? — в недоумении смотрю на неё.
— Так работать, — Лия бросает свой задумчивый взгляд на меня. — Сколько тебе было, когда ты пошёл на своё первое дело?
— Шестнадцать, — морщусь, но отвечаю. — Так. Стоп. Потом. Я сейчас занят, меня отец ждёт.
— Ладно, прости, — поджимает Лия губы и позволяет мне выйти. — Тебя ждать или я могу идти?
— Как хочешь. По рабочим вопросам ты мне сегодня не нужна, а если хочешь ещё поговорить оставайся, — отвечаю и ухожу в сторону лифта.
Только отец и брат расположили свои кабинеты на самом верху офиса. Я же хотел быть ближе к команде и пусть мой кабинет не такой пафосный как у них, зато уютнее в тысячи раз.
— Пётр Александрович! — слышу крик Насти, она спешит вслед за мной настолько насколько может.
— Не сейчас, — отмахиваюсь от неё не оборачиваясь.
— Ну, Пётр Александрович! — не унимается Настя.
— Что непонятного в словах «не сейчас»? — холодно бросаю в ответ и иду дальше.
— Петя!
Моё обычное имя, слетающее с её уст, режет слух, и я останавливаюсь. Что такого должно было произойти, чтобы Настя ко мне на ты обратилась? Оборачиваюсь и смотрю в её испуганные глаза. Она протягивает мне листы бумаги трясущимися руками.
— Что это?
Настенька молча пихает их мне и неотрывно смотрит за моей реакцией. Молча читаю написанное. По спине пробегает холодок и теперь руки трясутся у меня. Не верю своим глазам и перечитываю раз за разом.
— Что это, блин, твою мать?!
— Правда. Пётр Александрович, — осторожно отвечает Настя, чтобы меня не злить.
— Я точно иду к отцу! Ну я ему устрою! — пытаюсь успокоится, беру Настю за плечи и смотрю прямо в глаза. — Не переживай, тебя никто за это не уволит. А если отец попробует, то только через мой труп.