Поехавшие (СИ)
К нему уже спешили остальные родственники и друзья. Первыми родители. Отец так крепко обнял его, что Марк едва не задохнулся. А потом вздохнул, вдыхая аромат знакомой туалетной воды, невольно утробно урча от удовольствия, перетекая из объятий отца к матери. Раиса громко всхлипнула, поглаживая его то по щекам, то по грязным слипшимся волосам, стирая грязь с кожи. Прижалась лбом к его лбу. Слыша заверяющий шепот, что с ним все в порядке, он не пострадал, нисколько не испугался и все будет хорошо. Слушала, но не реагировала.
- Мальчик мой, - выдохнула, снова обняв крепко. Марк вздохнул, уткнувшись в материнские волосы, прикрывая глаза, покачиваясь на месте, ощущая теплоту в душе и невольную радость от того, что все так благополучно закончилось. А где там гуляет Заборов, его волновало меньше всего.
- Гаденыш, - потянул Паша, едва Раиса отпустила его, прижавшись к мужу, все еще всхлипывая. Канарейкин больше ничего не сказал, молча раскинул руки и обнял крестника крепко, похлопывая по плечу, задав всего один вопрос:
- Ты в порядке?
- Да, - выдохнул, перебираясь в объятия Киры, которая сама не сдержав слез, погладила парня по груди, шепнув:
- Больше так не делай. Мы очень волновались.
Затем Сергей и Кристина Радовы, не скупившиеся на эмоции, крепкие короткие дружеские объятия друзей. Елисею понадобилось даже несколько раз его потрогать, чтобы убедится, что с ним правда все хорошо. Марк прямо расплылся от всеобщей любви, особенно, когда суровый с виду главный прокурор, крепко сжал его руку, а затем ойкнул, получив ощутимый удар по голени от деда, стоило подойти к стоящему чуть дальше Степану Ерофеичу, дожидающемуся своей очереди.
- Дедушка!
- Внук! – гаркнул бывший полковник разъярённо, потрясая кулаком. – Чего творишь, поросенок?! Бабка с дивана упала, когда новости узнала, - снова замахнулся, отчего Марк, защищаясь, отскочил, возмущенно сопя. – Она аж сериал не досмотрела!
- Чего опять я? Меня вообще похитили!
- Надо было быстрее бегать! Я тебе что говорил? Стометровку за тридцать секунд, надо слушать дедушку, бездельник, - рявкнул, а затем прижав ладонь к груди, громко застонал под всеобщие ахи и охи. – Ой, не могу. Все, довел старого человека, умираю. Раечка, Раечка-а-а, - протянул дрожащую руку, хватаясь за руку подскочившей к нему дочери, мгновенно прекратившей плакать. Позволил себе опереться на зятя, едва Ярослав оказался рядом и заскулил:
- Внемлите моим последним словам, дети мои, помру скоро. Потому гараж мой, ну где банки с огурцами лежат, обязательно охраняйте, у меня сосед пронырливый…
- Дедушка. Ты не умираешь, - раздраженно потянул Марк, на всякий случай отодвигаясь, едва Степан Ерофеич поднял ногу, чтобы пнуть его в голень. Пока полиция брала показания у Владимира, все остальные сконцентрировались подле стонавшего громко дедушки Марка, натурально захрипевшего в предсмертных муках.
- Монетки мои, ценные, что в сейфе лежат, - заунывно продолжил, прикрыв глаза, - заройте со мной в могилу.
- Степан Ерофеич, прекратите ломать комедию, - буркнул Ярик, слыша, как рядом ржет Паша.
- Ой, не могу. Можно я в старости такой же буду? – захихикал, пока всеобщее напряжение медленно рассеивалось.
- Нет, с тобой и так невозможно, - поджала губы Кира.
- Чего?!
- Так, а ну замолчи, муж моей дочери, - гаркнул на Ярослава Степан Ерофеич, не обращая внимания на Канарейкиных. – Единственный толк от тебя – внука родил боле-менее приличного.
- Папа, - вздохнула Раиса.
- Что папа? Правда же. Хороший пацан вышел. Туповат, но оно лечится. Лучше, чем у этих птичьих. Ты вот на друга своего посмотри, Ярослав, а не на меня сопи. Дураки же дураками, наш хоть ничего получился. Девка у него приличная, умная. Идеально же. Он красивый, она умная. Баланс.
- Это у кого тут дети тупые, а?!
- А что ты орешь на старика вообще? Нет, вы только послушайте, всегда говорил, Тасманов. Сам ты странный, и друг у тебя тоже того.
- Папа!
- Степан Ерофеич!
- Почему это мы тупые, а Марк нет?! Че за дискриминация?
- Елисей, он сказал, что наша сестра умная.
- Так все, дедуля, я вас сейчас прямо тут похороню.
- Паша, прекрати!
- Эй, я вас сейчас всех по бобикам рассажу, будете в управлении отношения выяснять, семейка Дурковых!
- Ой, все. Закончен мой путь земной. Помирает дедушка. Белый свет вижу. Бабке моей скажите, что любил ее безмерно. Пусть сильно не рыдает. Ох, вот щас. Почти. Да, уже... Зять, что ты стоишь как баран у новых ворот, помоги дедушке.
- Нет, умирайте. Вы меня достали.
- Ярик!
- Да что Ярик опять?!
Марк почувствовал, как кто-то дернул его за рукав, оттаскивая в сторону одной из патрульных машин. Едва они оказались вне поле зрения ругающейся семьи, пока спецназ прочесывал территорию леса. Прижался спиной к крылу автомобиля, обнимая руками тонкую талию, почувствовав, как Канарейкина обвила его шею, приподнимаясь на носочках.
- Нагулялся? – мурлыкнула озорно. Судя по покрасневшим немного припухшим глазам, она успела пережить многое. Возможно надумать кучу кучную страстей, пока добиралась сюда. И этот ее взгляд сказал гораздо больше, чем все слова на свете взятые.
- На годы вперед, - вздохнул Тасманов, утыкаясь носом в ее шею, вдыхая аромат духов. – Домой хочу, в душ и в кровать.
- Спать?
- Спать, - подтвердил, прижавшись губами к уху девушки, слыша тихий вздох удовольствия. – Хотя может и не спать.
- Тасманов?
Настя прикрыла глаза, едва его губы вновь заскользили по шее. Неожиданно все накопившееся внутри напряжение спало. Будто пружина исчезла, позволяя без опасения задать самый важный в мире вопрос, который она так долго не решалась озвучить вслух. Обхватила ладонями лицо, почувствовав царапающую пальцы светлую едва заметную щетину, заглядывая в самые красивые в мире посветлевшие от переизбытка эмоций глаза, выдохнув:
- Ты любишь меня?
И едва коварная улыбка коснулась губ, облегченно вздохнула, улыбаясь в ответ.
- Наконец-то. Как же долго ты добиралась, - мурлыкнул Марк, коснувшись кончиком носа ее и опуская ресницы.
- Бывает, немного подзадержалась в дороге. Пробки.
- Да, Канарейкина, - выдохнул ей в губы, крепко обнимая. – Конечно, я люблю тебя, поехавшая.
- Отлично, тогда не стой столбом. Погнали домой, ты мне задолжал прекрасный вечер.
- А родители?
- Всех в сад. У нас с тобой долгое выяснение отношений. Будешь слушать, как сильно я тебя люблю.
- Страшная женщина.
- Еще какая.
* * *Где-то в лесу, тем временем, в очередной раз запнувшись о корягу прямо в грязь рухнул Марат Заборов. Его костюм был перепачкан, куртки тащил усталый охранник, а измученные, заблудившиеся в лесу люди то и дело кричали: «Караул, ау, спасите нас. Есть здесь кто-нибудь?».
В какой-то момент за мелким Тасмановским отпрыском они просто сбились со следа и потеряли его в зарослях. Вроде не лето, большая часть деревьев уже сбросила листья, да и кустарники не пышили обилием зелени, однако стоило отойти дальше от дороги, мгновенно заблудились. Надо было просто ехать в машине с остальной группой, которая прочесывала трассу, но нет же, он ведь лично хотел убедиться в поимке мальчишки!
- Не могу больше, - запыхтел, обливаясь потом, слыша в отдалении какой-то шум и крики.
- Марат Арсеньевич, - заскулил рядом охранник Гоша, падая на землю, пока остальные пытались перевести дух. – Может ну его?
Заборов закряхтел, засопел, сделал пару пробных движений, пытаясь ползти, сжимая в руках хрупкие листья.
- Не-е-е-е-т, мы должны его найти, - пропищал, когда совсем рядом раздался голос:
- Полиция, никому не двигаться!
Глава 28 - Дайте мне бегемота
- В наше время без вообще никуда не пробиться. Вы же меня понимаете, с вашими-то родителями… - сотая попытка Алисы одернуть своего нового бойфренда рушилась прямо на глазах.