Поехавшие (СИ)

- Одолжить что-нибудь? – спросила, подходя ближе и Алиса, вздрогнув, покосилась на Настю с какой-то опаской в глазах.
- Н-нет, не надо, - выдохнула с трудом, потянувшись к своей небольшой сумочке, принимаясь в ней рыться. Чем больше Ежова копошилась, тем подозрительнее становился взгляд Канарейкиной. Она поддалась вперед, вдохнув цветочный аромат духов подруги, прищурив глаза точно кошка.
- Что? – испуганно бросила на нее взгляд девушка, дернувшись в сторону, ударившись бедром об угол стоящей в коридоре тумбы. Несколько маленьких безделушек упали в свободное пространство между ней и антресолью, отчего Алиса дернулась, сжав расшитый серебристыми нитями бархатный клатч.
- Ты же была с Елисеем? – сложив на груди руки, поинтересовалась, сверля Ежову тяжелым взглядом. Послышался тихий вздох, а в ответ прозвучало нервное.
- Была. Когда ему плохо стало, - уточнила Алиса, отодвигаясь по стеночке от Насти подальше.
- А до этого? – почти агрессивно нависла, вновь оглядев ее с ног до головы. – Была, или нет?
- Я…, - запнулась девушка, в отчаянии закусив без тог припухшую губу. Именно этот факт привлек Настю, открывшую рот, затем тут же закрывшую его обратно и оглянувшуюся на комнату Елисея. Хотела выразить свои мысли в словесной форме, однако Ежова вдруг вцепилась с силой в ее руку, в отчаянии взвизгнув почти истерично:
- Не смей! Просто забудь, ясно? Ничего не было и быть не могло!
Попыталась освободиться, однако Алиса неожиданно крепко сжала пальцы, с отчаянием в голубых глазах смотря на подругу. Страшная догадка промелькнула видимо не только в голове Насти, но еще и глазах, написав на лице безмолвный вопрос, повисший в воздухе. Лишь качание головой, а затем яркие пятна на бледной коже от стыда заставили Канарейкину облегченно выдохнуть.
- Ну, хоть по согласию, - пробормотала, услышав тихий рык в ответ:
- Ни единой душе не говори. Особенно ему.
- Чего это? – озадаченно наклонила голову Канарейкина, возмущенно засопев. – А вдруг вы без предохра… - ладонь легла ей на губы, не давая произнести фразу до конца. Алиса дернула Настю к себе, зашипев в ухе, когда послышались голоса родителей девушки и Марка, разговаривающего с Павлом где-то в глубине квартиры.
- Убью, я серьезно! – и отпустила Канарейкину, снова прислонившись к стене и прикрыв устало глаза. С минуту они молчали, пока Настя, измученная любопытством, переживаниями и волнением, вновь не задала вопрос:
- Понравилось хоть?
- Настя!
- Да молчу я, чего орешь. Вот если бы не понравилось, я бы начала в умениях своего брата сомневаться, запросила бы лицензию на профпригодность…
- Канарейка, - прорычала подруга и в ответ получила широкую улыбку с очередным вопросом:
- А племянники у меня с каким цветом глаз родятся?
- Боже, я тебя реально убью.
Справочная информация*:
Бомбочка - наркотик нового поколения (в будущем), распространяемый в основном среди молодежи разных слоев населения. Существует в капсульной форме для рассасывания, и в виде быстрорастворимых таблеток. Не имеет окраса, запаха или вкуса. Во время приема наступает "эффект взрыва". Человек становится невероятно возбудимым, веселым и дезориентрованным на продолжительный период (от получаса до суток в зависимости от принятой дозы и самого организма). Механика движений нарушена, зрение слабеет, мозг начинает лихорадочно работать. Применяется для повышения активности в учебный период при большой нагрузке студентами, а также на закрытых вечеринках.
Распространение - незаконно. В малых дозах после полного растворения в крови человек становится вялым и сонным.
Симптомы передозировки: тошнота, рвота, повышенная температура тела, головокружение, потеря сознания, эпилептические приступы в случае тяжелой формы отравления. 
Симптомы человека, принявшего наркотик: резкие перепады настроения, расширенные зрачки, нарушенная моторика, дезориентация в пространстве. Некоторые пациенты жалуются на "туман в голове" и легкую форму амнезии. 
 
Крайне редко вызывает привыкание, плохо сочетается с алкогольными напитками градусом выше вина или слабоалкогольных коктейлей. 
  
Глава 22 - Все девочки любят делать ЭТО
 
Вадик Миронович Николенко с трудом сделал вдох, пытаясь прийти в себя после падения. Под собой он ощущал только жесткий пол спортивного зала, куда пришел пятнадцать минут назад с намерением немного потренироваться. Хорошо, что прошлое предприятие оплатило ему абонемент на год, правда в последнюю минуту был этому не рад совершенно.
Из ресторана «Баболовский дворец» его выгнали за неподобающее поведение по отношению к женщинам, хотя, по его мнению, вина была лишь в том, что он посмел коснуться «золотой девочки» - дочери Павла Канарейкину, которую принял за одну из работниц. Знал бы кто она, в жизни не подошел. Хотя думать не надо, эти девчонки еще более отвязны, чем самые дешевые девицы заниженной социальной ответственности. Просто стерве захотелось поиграть в недотрогу и посверкать властью, даже будучи в переднике – он лишь под раздачу попал.
Резкий подъем – зал вокруг закружился вместе со спортивным инвентарем. Казалось, даже велосипеды вокруг поехали куда-то в сторону тщательно уложенных в углу гирь и гантелей. Вокруг никого, робота-помощника убрали за ненадобностью вместе с парой тренеров. Всего пара сверкающих купюр, упавших на счет сверх положенной суммы для аренды помещения и можно остаться с кем-то наедине для разговора.
- Итак, - потянул мягкий голос у него над головой, едва Вадик сумел сфокусировать взгляд на холодных голубых глазах, смотрящих прямо на него. Наверное, в эту секунду его Павел Канарейкин так не напугал бы, как тот, что спокойно удерживал одной рукой за футболку.
- Не знаю я, - прохрипел с трудом, пытаясь собрать путающиеся мысли и оттолкнуть от себя Марка Тасманова, нависшего над ним точно коршун.
– Просто пацану заплатил, чтоб тачку испортил! Про джип, про наркоту, все к Фирсову, у него бабло было и зуб на вашего дружка! – заскулил отчаянно, переведя взор на стоящего неподалеку Антона Канарейкина. Из этой парочки он сейчас казался ему более разумным человеком, способным остановить этого беловолосого дьявола. Кажется, еще пара ударов, ему попросту не жить. Тасманов бил точечно, сильно, рассчитывая удар так, чтобы не только следов, но и видимых повреждений не осталось. Зато боль почувствовал в полной мере.
- Ладно-о-о, - потянул Марк, улыбнувшись, отпустил парня, тяжело дышащего и привалившегося к одной из штанг. Неспешно шагом прогулявшись до стойки с дисками, которые в простонародье звали «блинчики», скользнул пальцами по металлической поверхности, оценивая их тяжесть в руке. По одному брал за раз, прикидывая вес и разглядывая пристально. Кивнул прямо силовую скамью ошарашенному Вадику, переведшему испуганный карий взор на Антона.
- Ложись, - подтвердил тот его опасения, прикуривая сигарету, наблюдая за тем как Марк также медленно возвращается, держа в руке один из «блинчиков» в пару десятков килограмм. Вадик опасливо опустился на скамью, ощущая струящийся холодный пот по позвоночнику, отчего белая хлопковая майка прилипла к телу. Раз десять проклял Фирсова Андрея за его идиотский план по отмщению зарвавшемуся семейству Канарейкиных. Теперь из-за машины девчонки у него болело все, а руки тряслись, стоило коснуться гладкой поверхности грифа и Тасманов оказавшийся рядом, закрепил один дисков с левой стороны, а затем с правой.
 
- Ну-ка, давай, сделай первый заход, - мурлыкнул он, наблюдая за тем, как напрягаются мышцы парня. Тот неуверенно, чуть дрожа приподнял первые тридцать килограмм, задыхаясь от тяжести и боли в местах ударов.
- Татошка, принеси-ка еще на пару десятков, - потянул Марк скучающие, устроив ладони на перекладине и следя внимательно за дрожащим от перенапряжения парнем.
- Марк, - попытался предупредить его Антон, но тот лишь мазнул по другу холодным взглядом.