Поехавшие (СИ)
- Что же, братки делать – надо магазинчик брать, - завывал Марк, прижавшись к стулу, отчаянно фальшивя. Дежурный закатил глаза, пока робот рядом фиксировал происходящее, большее напоминавшее балаган, чем реальную возможность для работы следствия. Нашли при парне улики – радовались, как дети. Вот мол, загадочный ночной художник, расписывающий здания в округе, заставивший парочку чиновников в ужасе валерьянку канистрами пить. Богатый наследник, дитя с золотой ложкой в платиновой рубашке – Марк Ярославович Тасманов, сейчас распевающий тюремные песни.
- Ничего не докажете, улики то косвенные, - руками развел, устроившись с комфортом на стуле, потрясая руками в наручниках. Девушка-стажер рядом отчаянно пыталась не смотреть на высокого красавца, строящего ей глазки между дурачествами.
- Люба, выйди, - поджал губы сержант Рамолов, грозно сдвинув брови на переносице, пока молодая выпускница школы МВД выбегала из комнаты под скучающий взор Тасманова. – А вы, молодой человек…
- А я что? – пожал плечами. – Жертва полицейского произвола, между прочим. Ой. Как будут недовольны все, когда про вас правду матку расскажу. Голодом морите…
- Вы ели час назад! – возмутился мужчина, стукнув кулаком так, что ручка упала, экран моноблока дернулся.
-…пытаете тут, добиваясь признания, - вздохнул горестно, вытянув длинные ноги, оглядывая светлый просторный кабинет с недавним ремонтом. – О, гляжу стены подшпаклевали, - отметил, разглядывая софиты на потолке, темно-коричневый стол и всплывающие то и дело 3D портреты разыскиваемых преступников.
- Всего лишь после сон-часа разбудили! – возмутился окончательно Радион Рамолов. Темные ресницы дрогнули, а сам полицейский фыркнул, добавив после замечания о стенах:
- Да, наконец-то обновили здание. Три года бюджет копили. Не то что ФСБ, для них новое современное отстроили, - ревниво заметил, пока наследник Тасмановых кивал понимающе.
- Кошмар просто. Дяде Стасу скажу, стыдно мол, что полиция в такой развалюхе сидит. Это же просто ужас. Не забор, а картонка. А сигнализация у вас какого года? 2030? Старье древнее. На дворе 2042 год – позорище просто, - вздохнул печально. – Люди начали осваивать Марс, на Луне картошку в кратерах пытаются вырастить, а тут сигналка вековой давности.
- Вот-вот!
- Главный прокурор как такое допустил? Стыдно господину Морозову должно быть. К дедушке на тортик как придет, обязательно напомню!
- Да-да, еще скажи… Так стоп, это что попытка подкупа должностного лица?! – взвился сержант, пока робот записывал информацию. Марк вскинул брови и ловкостью рук освободившись от наручников под изумленный взор мужчины, наклонился, найдя кнопку отключения. Старая версия, легко вырубить на панели, а отделения полиции никто особо не проверял, уповая на честность служителей закона. Иногда этим пользовались сотрудники, обходя столь раздражающие запреты, если требовалось немного надавить на преступника. Карты памяти у них с всего на несколько тирабайтов – ерунда для таких объёмов информации, да и дело на Тасманова явно никто заводить не собирался. Час сидели - без толку, больше пугали статьей за хулиганство, от которой он легко мог отбиться великолепным знанием законов.
- Ненадолго, а то бесит шумом своим в процессоре. Когда уже дроидов нормальных закупят? – задумчиво потянул Марк, пока Радион стучал кончиком ручки по столу, достав ее с пола. Короче, отпускайте. Ясно дело, что ничего пришить вы мне не сможете, - развел руками, кладя на стол наручники под пристальным взором.
- Дедушка научил, - подмигнул, заметив интерес на лице дежурного, наклонившего голову. Радион вздохнул, откидываясь в кресле и сжал переносицу, отодвинув рукой портрет президента на цифровом фото, которого периодически сменяла семья.
- Между прочим, это самое настоящее хулиганство, - устало проговорил, разглядывая ухмыляющегося блондина с ног до головы. Что ему он пришить может? Главный прокурор в близком общении с его семьей, крупные бизнесмены вроде Канарейкина и Радова тут же пришлют адвокатов зубастых, это если не брат его семью в расчет. А там тоже: отец большая знаменитость, мать известный филантроп и тоже из «своих». Дедушка ушел в отставку полковником, а сам парень не в пример давным-давно на глянце светит красивым личиком, радуя периодически постами в соцсетях с сотнями тысяч фанаток. Да стоит только заикнуться о тюрьме, вокруг отделения толпа с вилами встанет.
- Еще раз: доказательства? – потянул Марк, небрежно стряхивая невидимую пылинку с рукава рубашки.
- Сумка с пустыми баллончиками, маска, одежда, - начал перечислять сержант, но Тасманов его перебил.
- Ничего удивительного. Я же художник, мой отец художник, бабушка художница, - снова пожал плечами.
- И художествовал подле офиса Заборина? – вскинул брови. – Вроде у вашей семьи с ними конфликты были в прошлом году.
- Да какие конфликты, господин дежурный? Так буря в стакане. А насчет художеств – там же галерея семьи Немцовых – хороших друзей моих родителей.
- Господи, еще одни, - буркнул дежурный, добавляя к многочисленному славному списку защитной стены парня очередную партию именитых фамилий. На него даже дышать нельзя, вдруг решат, что он его тут обижает. Хотя сам Тасманов выглядел расслабленным. Всего-то восемь часов в одиночной комфортабельной камере на мягкой кушетке с пледом – новые правила по заключенным, как в Европе. Убрали жесткие скамейки, сотрудники исключительно вежливы. Гостиничный сервис, а не тюрьма, потому мужчина порой грустил, что не родился хотя бы лет на тридцать раньше, когда места, не столь отдаленные были похожи на карцеры.
- Бросьте, сержант, - поставив локти на стол, устроился с комфортом, пинком ноги включая робота, со скрипом пытающегося вновь фиксировать процесс составления протокола. – Согласитесь, никакого смысл из мыльного пузыря воздушный шар дуть.
Проведя нервно ладонью по коротким темным волосам, убрал наручники в стол, не видя в них смысла. Вот уж забавлялись ребята, когда парня нашли пристегнутым к собственному рулю. Интересно, почему не отстегнулся? Все же задал этот вопрос Тасманову, получив в ответ ленивую улыбку.
- Зачем? Ведь так интереснее. И моя Принцесса довольна.
Кто такая Принцесса уточнять не стал, хмыкая негромко. Собрался уже бросить бесполезное дело фиксировать на парня все детали, когда двери комнаты распахнулись, а внутрь ввались двое молодых людей, в которых признал наследников семьи Канарейкиных.
- Молодые люди! – пищала неуверенно за их спинами Люба, бросая испуганный взгляд на сержанта. Остановить не могла - запрещено правилами. По считанной информации с электронного паспорта даже не стали спрашивать кем они приходятся Тасманову. Особенно старшего сына Канарейкиных, так часто самого попадавшего сюда за драки.
- Ааа, ну я так и думал, что сейчас сюда делегация придет, - потянул Радион, пока Елисей снимал на Айфон комнату, в том числе поморщившего Марка.
- Тасманище, сиди ровно, дай запечатлею тебя для истории, - хохотнул парень, делая несколько фотографий. – Эх, жаль не успели к моменту, когда ты в обезьяннике прохлаждался. Тасманов в камере – это ж вековая сенсация. Журналисты слюнями изошлись бы.
- Чего ехали так долго, идиоты? – буркнул Марк, поднимаясь со стула и расписываясь в очередной бумажке на экране планшета, что не имеет никаких претензий к полиции. – Я уже поспать успел и поужинать.
- Зачем же торопиться? – потянул Антон, прислонившись к стене, оглядывая парня. – Тем более вижу не скучал, прямо пышешь весь радостью и довольством.
- Татоха опять ленился, - фыркнул Елисей, перебив брата.
- Ниче не ленился, сам же орал, мол давай до утра его оставим, а то всех девчонок в клубе снова уведет, - возмутился в ответ его брат, затем перевел взгляд каре-зеленых глаз на Марка, поправляющего одежду. – Отец твой звонил. Просил передать, чтоб ты в зоопарке ночевал.