Залог 2. Не подлежит возврату (СИ)

У меня в голове все не укладывалось.
— Ты думаешь, что Таня способна сделать мне что-то плохое? Да она же мухи не обидит, — возмутилась я, доставая из холодильника индейку, сыр и салат для сэндвича.
— Ты узко мыслишь, Ань, — переплетя пальцы рук, произнес Тимур. — У Тани есть своя семья, и если ей поставят выбор: ты или ее дети, то не сомневайся, что выберет она не тебя, как бы предана она мне не была.
До меня, наконец, дошло. Тимур опасается давления на работников, которое может привести к печальным последствиям.
Я кивнула, собирая бутерброд. Из-за меня еще и люди лишились работы.
— Не переживай, я выплатил им неплохую компенсацию, — словно прочитав мои мысли, ответил Тимур. — Так же приходящий персонал теперь будет тщательно досматриваться. Это касается клининговой компании и доставки продуктов и еды из ресторана.
— Я и сама могу готовить, — несколько обиженно произнесла я.
— Зачем? На это есть специально обученные люди.
Я недовольно запыхтела, но ничего не сказала.
Тимур, позавтракав, уехал, оставив меня совсем одну. Раньше я хотя бы с Таней болтала обо всем, а теперь я могу рассчитывать только на книги, интернет и телевизор.
Решив, что не стоит прожигать зря время, я нашла в интернете онлайн уроки испанского языка, вспомнив, что я давно хотела начать его изучать. Но через минут пятнадцать я поняла, что выбрала неправильное время для саморазвития. Все мои мысли занимал ночной разговор с Тимуром. Я прокручивала его и так, и этак, ища в нем что-то, чего я не заметила вчера. И каждый раз замирало сердце при воспоминании о том, как он остался у меня в комнате, чтобы я не боялась засыпать. Глупо, знаю. Возможно, мне просто не хватает сейчас поддержки, и любое проявление внимания так остро действует на меня. А, может, дело в том, кто оказывает это внимание.
Я еле дожила до вечера. Затем, вопреки словам Тимура, приготовила ужин. В восемь я его поела в одиночестве, а после, разочарованная, ушла в комнату, пообещав себе не спускаться, когда местный трудоголик вернется домой.
Тимур вернулся около десяти. Через какое-то время я поняла, что подниматься наверх он пока не собирается. Видимо, опять засел в гостиной с любимым виски.
Я ходила из угла в угол. На моем плече словно сидели дьявол и ангел. Один говорил, что не стоит выходить из комнаты, что мы живем каждый своей жизнью, просто в данный момент они пересеклись; а второй твердил, что нужно спуститься, поздороваться, предложить поесть. А вдруг, он голодный?
Плюнув на собственное чувство достоинства, я все же пошла вниз. Тимур, как я и предполагала, сидел на кресле в гостиной, а рядом на столике стояла початая бутылка крепкого алкоголя.
— Привет, — произнесла я, входя в комнату. В гостиной царил полумрак, была только включена подсветка возле пола и торшер рядом с креслом, где расположился хозяин дома.
Тимур поднял голову, скользнув по мне взглядом.
— Привет.
— Ты голодный? Я ужин приготовила, — тихо произнесла я. О том, что принесли еще и ресторанную еду, я умолчала. Хотела, чтобы он поел именно мою стряпню.
— Нет. Я не голодный, — произнес мужчина, стягивая с шеи галстук и отбрасывая его в сторону. Затем он расстегнул первые пуговицы ворота рубашки, словно избавляясь от давящего ошейника.
— Ясно, — я замялась, стоя в дверях. — Тогда, спокойной ночи?
Тимур неуверенно кивнул, а мне ничего не оставалось, как развернуться и пойти к себе.
— Аня. — Застал его голос меня, когда я уже вышла из гостиной. Я обернулась, ожидая, что он мне скажет. — Составишь компанию?
Я кивнула, нервно сглотнув собравшуюся во рту слюну. Вернувшись в комнату, я села на диван, избегая изучающего взгляда мужчины.
— Хочешь выпить? — спросил меня Тимур.
Я подняла голову, бросая взгляд на бутылку виски.
— Я не люблю крепкий алкоголь, — ответила я.
— Я знаю, — усмехнулся хозяин дома, после чего встал и подошел к бару. — Мне тут презент подогнали, коллекционное французское вино. Попробуешь?
— Не надо, — резко запротестовала я, — зачем его открывать просто так?
 
— А что с ним делать? — снова усмехнулся мужчина. — Хранить до торжественного случая?
— Ну да, — неуверенно произнесла я, наблюдая, как пробка в ловких руках Тимура покидает бутылку.
— Аня, вино нужно для того, чтобы его пить. Ну и порой это неплохое вложение средств.
Мужчина налил мне в бокал напиток темно бордового цвета. Я приняла бокал из рук Тимура, ожидая, когда он сядет обратно в кресло, но он, к моему великому удивлению, присел ко мне на диван, оказавшись очень близко со мной. Я подавила в себе первый порыв подвинуться, решив не проявлять эмоций по этому поводу.
— Вкусно, — попробовала я вино. Встретившись взглядом с Тимуром, я тут же отвела глаза, уткнувшись в бокал.
Мужчина же прикрыл глаза, откидываясь головой на спинку дивана. Я втихаря начала рассматривать его лицо, пока появилась возможность сделать это так близко. Ему всего тридцать два, а на лице уже пролегли морщины. Он выглядит так, словно вообще не отдыхает, хотя, так, наверное, и есть. Как так можно?
Тимур неожиданно открыл глаза, поймав меня за подглядыванием.
— Выглядишь усталым, — произнесла я в свое оправдание, чувствуя, что начинаю краснеть. Хорошо, что здесь такое освещение, что это не очень заметно.
— Я не просто выгляжу усталым, — усмехнулся он, — я на самом деле устал.
— Ты очень много работаешь, — произнесла я, пытаясь сказать это как можно мягче.
Тимур ненадолго замолчал, затем спросил меня:
— Тебе нравится мой дом?
— Да, — ответила я не задумываясь.
— Мне тоже, — произнес Тимур, — а еще мне нравятся хорошие машины, дорогое вино и богатые курорты. Понимаешь, к чему я?
Конечно, но понимает ли он, о чем я говорю?
— Понимаю. Но ты же практически живешь на работе, для чего тогда все это нужно? — обвела я гостиную рукой.
— Для того, чтобы было, — гениально ответил Тимур.
Я хмыкнула, делая еще глоток вина.
— А ты довольная своей жизнью, Аня? — спросил у меня мужчина.
Я ненадолго задумалась, пытаясь сформулировать ответ.
— До того, как ты пришел в мой дом, да, была довольна, — ответила я, понимая, что звучит это грубо и нагло. Но я действительно не могу избавиться от мысли, что именно тот день стал началом конца, хотя мозгом и понимаю, что это не так.
Тимур удивленно улыбнулся, делая глоток.
— Прости, — произнесла я, виновато улыбаясь в ответ, — я имела в виду, что до того момента, как все произошло с Юрой, меня все устраивало.
— Тебя устраивало то, что ты не можешь нормально учиться, потому что тебе приходится пахать в сомнительном заведении? Что ты не можешь позволить себе дорогую одежду, машину, отдых?
— Да, — кивнула я, ни капли не сомневаясь в своих словах. — Конечно, мне всего этого хотелось, но и без всех этих прелестей жизни я чувствовала себя счастливой.
Тимур на какое-то время замолчал, разглядывая меня.
— Ты же красивая девочка, Аня, — наконец, произнес он, — ты бы могла найти того, кто смог бы тебе все это обеспечить.
— И стать никем? — тихо спросила я. — Игрушкой в руках богатенького буратино? Нет, я так не хочу, я хочу чего-нибудь стоить.
Мы оба замолчали. Напряжение, вкупе с предвкушением чего-то нового, обволакивало меня. Я чувствовала холодок по позвоночнику, и даже не поднимая глаз, я знала, что Тимур смотрит на меня.
— Ты меня боишься? — задал неожиданный вопрос мужчина. Я почувствовала, как сердце стало биться сильнее, а по спине побежали мурашки.
— Нет, — ответила я, смело заглядывая в глаза Тимуру. — Точнее, не совсем. Я тебя… остерегаюсь. Я не знаю, чего от тебя ждать, и не совсем понимаю твои мотивы в помощи мне.
Тимур молча смотрел на меня, и я решилась задать вопрос.
— А ты можешь гарантировать, что ты меня не обидишь?
— Нет, — ответил мужчина, — но я могу гарантировать, что я буду делать все возможное, чтобы этого не произошло.