Восьмой (СИ)

— Блин, неловко всё это выходит, — высказалась она.
— Неловко это когда соседские дети на тебя похожи. Пойдем, просто пройдемся по лесу. А то в машине засиделись.
Они шли по тропинке, время от времени под ногами хрустели ветки, наверху пели что-то птицы. Алла убедилась, что в случае чего сможет вызвать помощь, связь здесь отлично ловила. Посмотрела на идущего рядом парня. Наконец решила задать вопрос, который давно интересовал.
— Аркадий, а твоя девушка не против того, что ты выходной день не с ней проводишь, а вот меня сюда привез?
— Была бы у меня девушка, я бы сразу отказался от того, чтобы играть роль твоего парня. Несколько это было бы похоже на измену, не находишь? А то ведь мало ли до чего может зайти такая игра.
— Да, вдруг бы застала в ресторане тогда, когда ты лез с поцелуями? Вот что бы тогда?
— Я бы тогда подумал, наверно, а какого она сама забыла в ресторане! Изменница коварная!
Не выдержав, Алла расхохоталась. Посмотрела на парня, покачала головой.
— И как такое сокровище до сих пор и на свободе?
— Не сложилось пока серьезных отношений. В институте встречался с девушкой, но после выпуска она уехала. Так что пока один. А у тебя, Алла, как?
— Это слишком личное, — отрезала она.
— Ну так я тоже о личном сейчас рассказал.
— У меня было семь неудачных романов, — вздохнула она. — До первого брака в двадцать два года было два парня, после развода встречалась с одним художником, потом второй брак в двадцать пять, развод в двадцать семь, встречалась с мужчиной, но разошлись, потом третий брак в двадцать восемь, который закончился быстро, когда мне исполнилось двадцать девять, муж потребовал развода, а потом вдруг обнаружила, что на мне висит оформленный им кредит, пришлось продать квартиру, чтобы рассчитаться с ним.
— Мда, что-то я действительно не туда залез, — пробормотал Аркадий. — Извини, Алла, не знал.
Она хотела сказать ему что-то такое, раз затронул такую болезненную тему, но, ещё раз глянув на него, передумала. Слишком он молод, наверно, чтобы понимать, что не стоит даже касаться таких ран. Да и извиняется искренне.
— Пойдем обратно уже, а то так и остынет всё, — решил разбить неловкое молчание парень.
  
Часть 3
 
Вернувшись к машине, Аркадий снова залез на заднее сиденье и извлек пакет с огурцами, помидорами, зеленью.
— Прихватил вот, салат сделать.
— Давай помогу? — Ей не хотелось быть просто наблюдателем, хотя, конечно, и говорят, что на три вещи можно смотреть бесконечно: как течет вода, как горит огонь и как кто-то работает.
Он отдал ей пакет, также протянул пару объемных бутылок воды, складной нож и рулон бумажных полотенец.
— А посуду? Или будем так есть, прямо со стола?
— Да, сейчас, слишком глубоко запрятал.
Добавились ещё пара разделочных досок, глубокая миска, пакеты для мусора. И пара циновок.
— У тебя тут ну прямо всё предусмотрено! — Восхитилась Алла. — А если дождь пойдет?
— Придется тогда в машине сидеть, такого большого зонта взять уже не смог, не влез бы в машину.
Сидя по-турецки вокруг столика, они вместе строгали салат, точнее занималась им Алла, Аркадий же мыл водой из бутылки огурцы, помидоры, протирал бумажными полотенцами и отдавал ей.
— Давно на природу не выбиралась, — сказала она, когда салат уже был готов, посолен и заправлен подсолнечным маслом. — Да и не с кем.
— А Павел с Ольгой? Не берут на природу или сами не ездят?
— Мы с ними последние годы не так часто и видимся, — вздохнула, перемешала салат. — У Павла работы с его мастерской да и магазином много, Ольга его поддерживает как может. А ещё филиал хотят открыть. Наверно, не скоро и пообщаемся после острова.
— Если так, то ехать нужно, чтобы было потом что вспомнить. Да и сегодняшнюю поездку тоже ведь можно будет потом вспоминать, как что-то приятное в прошлом. Ладно, достану сейчас "шашлык".
Он поднялся, нацепил на руки перчатки, открыл термосумку и извлек один из контейнеров.
— Под чутким руководством Крота приготовлено, — известил её Аркадий, — правда, руководил он по телефону. Мясо вчера замариновал, а с утра запек в духовке.
 
На длинные деревянные шпажки было нанизано мясо вперемешку с аккуратно нарезанными кружочками помидоров, шампиньонов и колец лука. Часть присыпана сыром.
— Выглядит аппетитно, — Алла осторожно вытащила из контейнера одну порцию.
Аркадий разлил по кружкам из термоса чай, достал одноразовые тарелки, на которые выложил мясо.
— А довольно вкусно, — она успела попробовать шашлык. — И это всё в духовке было приготовлено?
— Да, замариновал вчера, — повторил парень, — с раннего утра созвонился с Кротом, он всё равно привык рано вставать, даже по выходным. Под его руководством резал мясо, отбивал его молоточком, потом на шпажки нанизывал, чередовал с луком, помидорами, грибами.
— И не лень же было, — усмехнулась она. — И ещё кого-то напрягать для помощи.
— Крот любит готовить. И руководить готовкой, — с улыбкой ответил Аркадий. — Да и у него на сегодня тоже планы, оказывается, были, он свою девушку на свидание к себе домой пригласил, готовил пиццу, лазанью, минестроне, итальянский овощной суп. Решил прикинуться итальянцем.
— И удачно?
— На счет этого не знаю, он говорил, что она должна будет прийти к вечеру. А пока он будет упорно пытаться сделать всё идеально. Упоминал, что несколько неудачных порций лазаньи отдал брату, который заскочил как раз за тем, чтобы попросить его что-нибудь отдать ему из еды, у него там какая-то сходка с друзьями. А в понимании Крота неудачные порции — это если не по феншую оформлено блюдо.
— Если он так хорошо готовит, мог бы стать шеф-поваром, — предположила Алла, доедая первую порцию шашлыка и отпивая чай.
— Мог бы, если бы он хотел. Превращать хобби в профессию не стремится, — Аркадий положил ей на тарелку вторую порцию, подсыпал салата.
— Я так объемся, — попыталась запротестовать она, но неудачно, парень не стал ничего убирать.
— Потом ещё, может, пройдемся, прогуляемся. Наверно, раз в неделю можно позволить себе немного вредной еды. А потом всю неделю питаться невредной, полезной и здоровой, но невкусной.
Отказаться она не смогла, аж жмурясь от удовольствия, съела вторую порцию. Но от третьей уже решительно отказалась, уселась в шезлонге, отпивая из кружки чай с лимоном. Аркадий налил из второго термоса себе острый кофе, сел в свой шезлонг.
— Всё-таки интересно, — решилась она, — зачем ты меня сюда пригласил?
— Сам точно не знаю, наверно, просто извиниться за ресторан. С этими поцелуями перегнул палку, если бы не было свидетелей, пострадало бы моё лицо от тех роз.
— Это да, — усмехнулась она. — Была такая мысль. В следующий раз предупреждай хоть.
— В следующий раз — это на острове? — Уточнил он. — Всё таки думаешь поехать?
— Придется, Паша с Олей мои друзья, много раз приходили мне на помощь в трудные времена. А их было немало…
— Друзей надо держаться, как там говорится, не имей сто рублей, а имей сто друзей. А вот у каждого можно уже по рублю занять, а то и два. Правда, и они тоже могут попросить занять.
Алла улыбнулась, отставила кружку, удобнее улеглась на шезлонге. Смотреть на чистое, совершенно безоблачное небо было приятно. Окутывали тихие и мягкие звуки джаза. Она встрепенулась, увидела что Аркадий достал портативную колонку и воткнул в неё флешку.
— И зачем это?
— Люблю тихий джаз, — ответил он. — Главное, флешки не перепутать, а то когда за рулем, можно и уснуть от него. Не нравится джаз?
 
— Нравится, просто не ожидала.
Не зная, что ещё сказать, она снова легла обратно, под звуки джаза смотря в небо. Надо же, а их с Аркадием вкусы в музыке совпадают. Хотела о чем-то подумать, но после столь сытного и вкусного почти уже обеда ни одна мысль не лезла в голову.
  
Часть 4
 
Потянувшись, она вдруг обнаружила, что укутана в плед, голова покоится на подушке. Что ещё за ерунда? Получается, уснула, а плед с подушкой откуда взялись? И почему она не в кровати своей, а на каком-то шезлонге, да и кто потолок спер, вместо него небо поставил?