Ревизор: возвращение в СССР 2 (СИ)

— Только ты особо об этой истории не рассказывай, — предупредил я Мишку. — По крайней мере, пока живодера этого не найдём. А то город у нас маленький. Слухи пойдут, до него дойдут, затаится и не найдём никого.
— Я же все понимаю. Никому! — кивнул Мишка уверенно.
Так, за разговорами, мы дошли до базы. Здесь все продолжилось как обычно. Мы разделились на группы вместе с проверяющими и Никифоровной и продолжили методично проверять стеллаж за стеллажом. Товарные категории на сегодня остались в основном среднеценовые, но перечень их был довольно внушительный, так что к обеду мы основательно умаялись. Нарушений здесь было гораздо меньше и сконцентрированы они были только на некоторых товарных группах. Так, со всякими консервами типа ветчины, тушенки, рыбы, овощей проблем практически не было. В паре мест путаница с маркировкой, где-то совсем небольшая недостача, но так, по мелочи. Зато работать на проверке этих товаров было сложно. Ящики были тяжёлые, таскать их туда-сюда такое себе удовольствие. Я утешал себя тем, что подобный фитнес Пашкиному тельцу только на пользу, а к боли в мышцах я уже понемногу привык.
Потом начали проверять детское питание, и снова расчищенный для фальшивок угол стал пополняться.
В обед снова все собрались у Никифоровны. Я традиционно помогал приготовить на всех еду. В этот раз ко мне присоединились и Славка с Мишкой. Так что управились мы быстро. Во время обеда проверяющие оживлённо обсуждали подходившую к концу проверку. Мы сидели тихонько и слушали во все уши.
— Когда будем писать итоговый отчёт, товарищи, — говорил Арсений Лиле с Владом, — нужно будет проанализировать связи этой базы с поставщиками, а также с торговыми организациями в области. Уже сейчас сумма ущерба совершенно выходит за всякие рамки!
Говоря последнюю фразу, Арсений покосился на нас, пацанов — я понял, что размер ущерба ему уже примерно понятен, но точную сумму он озвучивать при нас боится, чтобы она тут же не разошлась по городу. Что же там за сумма такая?
— Ясно, что рамками города эти махинации не могли ограничиваться, здесь просто нет таких возможностей. — продолжил он.
Лиля с Владом согласно кивали.
— Вам надо у ОБХСС данные из записной книжки завбазой покойного запросить, — посоветовала Никифоровна, — они же вчера при обыске в кабинете ее нашли. Там точно должно что-то быть. Он многие вопросы по отгрузкам сам решал, никому не доверял. Явно же записывать куда-то все должен был.
— Обязательно, — согласился Арсений, — нам нужно отчёт максимально полно составить с заделом в перспективу. Нехорошо, что преступник смог годами свои схемы проворачивать, разворовывать продукцию на огромные суммы, и никто ничего не обнаружил. Надо принять меры, чтобы такое больше не повторилось. Или такие меры примут те, кто придет вместо нас.
Эк он заковыристо намекнул всем, что пострадать могут все, кто был вовлечен в проверку! Вот только зачем — я не понял. Он же главный при этой проверке. Зачем ему убеждать людей ниже его по уровню что-то сделать? Они же через его голову ничего и не могут. Или это такой стиль руководства у него, словами кидаться без толку? Просто отдал бы приказ, что делать, и люди это и стали бы делать.
После обеда нам дали еще немного отдохнуть — пришла пора оформления бумаг по итогам проверки. Я воспользовался паузой, чтобы подкатить к Никифоровне. Обратил я внимание, что поддоны, которые мы недавно во двор на снег выволакивали, сделаны из очень хороших ровных дощечек. Если их аккуратно разобрать, из этой сантиметровой в толщину доски много чего красивого и полезного сделать можно во время ремонта. Да хоть бы те же балки ими отделать коробочкой — это сразу придаст чердачному помещению жилой вид. И даже не разбирая, поддоны тоже можно использовать для новой комнаты. Я уже прикинул по размеру — точно смогу боком протащить их сквозь люк на чердак. А мне же наверху мебель нужна! Диван затаскивать наверх проблематично, только очень узкий пролезет. Да и нет у меня такого, а покупать — деньги нужны будут. И связи — в это время хороший диван без очередей или связей и не купишь, а плохой мне не нужен. А вот если положить два поддона рядом, а на них матрас, то вот мне и готовая кровать на чердаке. Из поддонов можно сделать и стол для занятий, и стулья. Я много чего в двадцать первом веке видел, сделанного из поддонов, так что общее представление имею, хотя сам этим делом и не увлекался. Поэтому мне и нужно было переговорить с Никифоровной:
 
— Анна Никифоровна, а вот те поддоны, что мы на улицу выволокли, что с ними делать собираетесь?
— Да сожжем по весне, Пашка, на кой они мне!
— А если я несколько штук себе заберу, чтобы меньше сжигать было?
— Ой, да забирай, никому они не нужны!
Поддонов на дворе скопилось чуть ли не пара сотен. Я облизнулся — выбрать будет из чего. Тут же этим и занялся. Моими действиями немедленно заинтересовались Мишка со Славкой. Они подошли ко мне и некоторое время смотрели, как я тщательно ощупываю поддоны. Наконец, Славка не выдержал:
— Мы же их недавно таскали, чуть спину не сорвали. Только не говори, что велели куда-то волочь их по новой!
— Не велели, но если по дружбе мне поможете, то буду не против помощи!
— Эх! — простонал Славка, — и куда же их надо нести?
— Мне Никифоровна разрешила несколько штук взять домой, вот в этом мне ваша помощь и понадобится.
Хотелось пацанам или не хотелось мне помогать — а выхода у них не было. Это СССР — друг попросил помочь, и ты будешь сутками что-то прибивать, пилить или тащить, не откажешься и денег за это не попросишь, тут так не принято.
Глядя на их несчастные лица, я сжалился:
— Да что вы так переживаете! Смысл их в руках переть, когда снега полно! Сходим за санками, на них и погрузим. Не с ветерком, но без большого напряга все до моего дома и довезем.
Лица пацанов просветлели.
— Нам еще надо хорошо обдумать, что мы знаем по этому убийце собак, — перевел я разговор на другую тему.
— Так ничего же и не знаем! — воскликнул Славка.
— Не скажи, кое-что мы все же установили, — не согласился с ним я. — Уже ясно, что убивает он собачек где-то с пяти утра до шести. Не раньше и не позже, если тому деду верить можно. Дальше — убивает и брехливых собак, и молчаливых — значит, он что-то имеет не против конкретных собак, а против всех собак вместе. Собаконенавистник! Третье — страдают собаки малых и средних размеров, не посаженные на цепь. Ну это и понятно — вряд ли кто полезет таким образом того же Винтика душить. Костей такой любитель тесных объятий не соберет!
Посмотрел на Славку и Мишку. Оба слушали меня пораженно, словно древние евреи Моисея. Нет, в этом времени такие аналогии неуместны. Надо срочно отвыкать от них, а то еще ляпнешь где, и будут потом проблемы. Вот неплохой вариант — словно пионеры дедушку Ленина!
— В-четвертых — у меня только недавно в голове сложился полный маршрут по всем адресам, где собаки погибли. Это же по дороге на Механический завод! Я уже у бабушки узнал — на первую смену идут к началу седьмого, в 6.15 уже и работа начинается. Так что, весьма вероятно, судя по времени и маршруту, что это кто-то из его работников, идя на работу в первую смену, по дороге собак убивает.
— Ну ты даешь! — восхищенно сказал Славка, — здорово все придумал!
— Если не ошибся ни в чем, то здорово! — пожал плечами я, — значит, что мы теперь можем сделать. Прокладываем полный маршрут по этой линии, где собаки погибали, и смотрим, в каком из домов поблизости еще есть такие же собаки — мелкие или среднего размера, что ночуют ночью во дворе, и не на цепи. Рисуем схему, где их отмечаем, а потом ищем обзорные пункты, из которых дома с этими собаками будет хорошо видно. И устраиваем поблизости засаду. Сидеть в ней будем каждый день с пяти до начала седьмого утра, и, я думаю, что сидеть придется недолго, пока результат не появится. Убийца обнаглел от безнаказанности и стал убивать чаще, чем раньше.
— Давай еще и Тимура позовем, тогда сможем устроить две засады, — предложил Славка, — разобьемся по двое в каждой. А то мало ли, убийца готов не только собак убивать, но и людей. Будем по одному, заметит, так и убьет, чтобы его не выдал. А на двоих вряд ли осмелится полезть.