Репо (ЛП)

Но это была история для другого дня.
Я выгнала клуб девочек из своей комнаты за пять минут до церемонии, пытаясь привести себя в порядок и привести в порядок волосы. У меня все еще были фиолетовые волосы, потому что, ну, к черту людей, которые думали, что это будет выглядеть безвкусно иметь фиолетовые волосы в день свадьбы. Я выглядела как долбаная фея, когда все это было прямо и вокруг моих плеч, белая, сдержанная цветочная корона сверху, чтобы связать ее с моим платьем.
Мой макияж был едва заметен, и меня убедили пойти с ним.
Никакого лифчика.
Никаких трусиков.
Никаких границ.
Я приставала к Репо по поводу того, где должна была состояться наша первая брачная ночь, но он держал это в секрете. Я полагала, что наличие легкого доступа упростит ситуацию на случай, если место, которое он выбрал, рискует быть обнаруженным, если мы задержимся слишком долго.
В дверь постучали, и, решив, что за мной пришел Кей, я велела ему войти.
Я увидела в зеркале, как у меня отвисла челюсть, когда я увидела, как ко мне приближается чье-то отражение.
— Котёнок, — сказал Руслан, мило улыбаясь мне и прижимая руку к сердцу.
— Рус? — спросила я, внезапно встав и повернувшись к нему лицом. — Что ты здесь делаешь?
— Ты думаешь, ты выйдешь замуж, а я не буду скучать по тебе?
— Я не видела тебя больше года, — сказала я, качая головой, увидев его в настоящем костюме. Он был темно-серым и идеально сидел на его широкой, сильной фигуре.
Это было правдой.
В последний раз мы видели Руслана, когда он приезжал в лагерь год назад, чтобы сообщить нам, что он официально закончил с Майами и возвращается в город. Кей нашел российского импортера и связался с ним в течение недели после возвращения в город после того, как спас меня. Скажем так, Виктор встретил достойный конец. Это было то, что любой ожидал бы от русского гангстера: насильственно, жестоко.
Затем он и сказал, что русские объединились, чтобы вытащить Иллиану из ее устроенного брака.
Последнее, что я слышала, она отказалась возвращаться домой со своим братом и решила, наконец, жить своей собственной жизнью в городе. Кей следил за ней. И, ну, скажем так… она была из тех личностей, которые могли дать Джейни, Алекс и Ло шанс заработать свои деньги.
Но с тех пор Рус был почти без нас. Он время от времени переписывался по праздникам. Вот и все.
Увидеть его в моем номере в день свадьбы, несмотря на приглашение, было полным шоком.
— Да, у меня было много работы, чтобы наверстать упущенное, Мэйси. Но я никогда этого бы не пропустил. Я был там, когда этот человек думал, что спасает тебя от меня. Я подумал, что должен быть здесь, чтобы посмотреть, как ты будешь жить долго и счастливо. Ты заслужила это, котёнок, после всего, через что тебе пришлось пройти, — сказал он, пересекая комнату и опускаясь передо мной на колени. Протянув руку, он взял меня за руки и провел большим пальцем по моему обручальному кольцу. — Возможно, я всегда буду сожалеть, что не начал действовать раньше, но я рад видеть тебя счастливой.
— Прекрати, — потребовала я, глядя в потолок и яростно моргая. Я не была, не собиралась быть такой сентиментальной, потому что это был день моей свадьбы.
— Ты похожа на фею, — сообщил он мне, и я почувствовала, как улыбка стала шире, заставив одну случайную слезинку скатиться по моей щеке. Он отпустил мои руки, чтобы осторожно смахнуть ее. — У тебя есть кто-то, кто тебя поведет?
О, господи.
Я моргнула сильнее.
Все мужчины вокруг меня знали, что у меня нет отца.
И до сих пор не только Кей и Рус предложили проводить меня, но и Кэш, Шотер, Ренни и, без лжи, долбаный Дюк.
Их было просто… слишком много.
— Кей, — прохрипела я, мой голос был хриплым от непролитых слез.
— Отлично, — сказал он, одарив меня теплой улыбкой, и поднялся на ноги. —Увидимся там, котёнок. Наилучшие пожелания.
Я снова повернулась к зеркалу, подкрасила щеки и глаза, а затем встала как раз в тот момент, когда Кей вошел в дверь, чтобы отвести меня на церемонию. Один взгляд на него и снова навернулись слезы.
 
Он с трудом сдержал улыбку и стал серьезным. — Ты собираешься смириться с этим и сморгнуть слезы. Потом ты возьмешь меня за руку, и я провожу тебя вниз по лестнице, чтобы ты не сломала шею в этой юбке. Затем я поведу тебя к алтарю в окружении людей, которые любят и уважают тебя, и отдам тебя мужчине, который снова и снова доказывал, что достоин тебя.
Я тут же почувствовала, как мои плечи расслабились. Я почувствовала, как слезы отступают.
Старый добрый Кей.
Он всегда знал, что делать.
— Хорошо. Давай поженимся, — согласилась я, беря его за руку и позволяя ему следовать плану.
Внутри зал, оплаченный Рейном и Саммер, оформленный Амелией и Элси, был, ну, чертовой мечтой, воплотившейся в жизнь. Все было в мягких кремовых и белых тонах, сдержанном мерцании огней и безупречных цветах.
Честно говоря, это было похоже на зал, в котором Золушка вышла бы замуж.
Да, это было так хорошо.
Я была в неоплатном долгу перед Рейном, Саммер, Амелией и Элси.
— Глубокий вдох, — сказал Кей, пока я секунду осматривала помещение, наблюдая за улыбками всех присутствующих. Затем заиграла музыка, и мой взгляд нашел Репо, и все остальное исчезло.
Репо
— Дрожишь? — спросил Дюк в комнате перед церемонией, подняв бровь, ясно давая понять: ему было слишком весело быть молодым и свободным, чтобы даже подумать о том, что в день моей свадьбы для меня не было ничего нервирующего.
— Он не нервничает, — поправил Ренни, пожимая плечами. — Он встревожен.
— Прекрати, черт возьми, анализировать моих людей, Ренни, — сказал Рейн, качая головой. Лучшие способности Ренни также были настоящей занозой в гребаной заднице, с которой приходилось жить изо дня в день. Он загнал половину людей в угол. Не было ничего необычного в том, чтобы узнать, что он был в другой драке, очень похожей на ту, в которой он был с Дюком, когда они были кандидатами. Просто он был таким, каким был. Он был свидетельством пожизненных последствий, которые вызывало плохое воспитание.
— Тебя уже ждут, — сказал Кэш, прислоняясь к двери.
Я кивнул, вставая, костюм казался чужеродным на моей коже. Не могу сказать, что я мог припомнить ни одного случая за исключением похорон моего дяди, чтобы мне довелось надеть его. Но Саммер и слышать не хотела, чтобы я носил что-то другое. Она так же получила Рейна, Кэша и Волка в костюмах.
Когда заиграла музыка и все повернулись, чтобы посмотреть на Мейз, я почувствовал, как мой желудок сильно сжался, когда я повернулся, чтобы сделать то же самое. Это был не страх. Это было что-то еще, что я не полностью осознал, как волнение и нервы, смешанные вместе.
И, черт возьми.
Я был почти уверен, что ничто в мире не сравнится с тем, как она идет по проходу в этом белом платье, с дрожащей улыбкой на лице, с фиолетовыми волосами, рассыпавшимися по плечам, с рукой, обернутой вокруг руки Кея, с одним из моих колец, и направляющаяся ко мне, чтобы взять другое, то, которое обещало все, что я мог предложить… на всю оставшуюся жизнь.
Кей пожал мне руку, притянул меня ближе и сказал тихо и угрожающе мне на ухо: — Ты поимеешь ее, я поимею тебя. — Он хлопнул меня по спине и широко улыбнулся, вручая мне мою женщину, значимость которой была почти ошеломляющей. Он отдавал ее мне. Он надеялся, что я подойду, сделаю все необходимое, чтобы она была в безопасности и счастлива, как сделал бы он. И эта улыбка, которую он мне подарил, ничего не значила. Его слова не были пустой угрозой. Если я облажаюсь, я знал, что могу рассчитывать на то, что Кей появится на моем пороге.
 
— Я знаю, что теперь ты в безопасности, — сказал Кей Мейз, одарив ее теплой и открытой улыбкой, — так что просто продолжай надирать задницу, любимая.
Затем он поцеловал ее в щеку, и мы повернулись к проповеднику.