Плохиш для Апельсинки (СИ)

— Фу. Лерка, это уже диагноз, — поддела меня Аня.
У Вари зазвонил телефон, и она вышла из кухни.
Я не могла понять, почему подруги так были против. Неужели от зависти? Варя и Аня не с кем не встречались и вроде даже не были влюблены. Ну, или, по крайней мере, я об этом ничего не знала. Нет. Не зависть — это точно. Они обе — красивые девушки. У Вари были шикарные блестящие волосы и глаза интересного цвета ореха. А Анютка, вообще, была как модель, высокая и стройная. Здесь явно причина в другом. Может они что-то знают про него?
— Эх. Любовь — морковь, — сказала Аня. — Честно скажу, он тебе не пара! Сама посмотри, кто он и кто ты. Вы же разные, как простой карандаш и ручка Паркер. Ты отличница, он прогульщик. Ты скромная, он наглый.
— Он карандаш что ли? — я улыбнулась.
— Да. Ну не ты же.
Я засмеялась.
— Ну, Ань, ты даешь. Рассмешила ты меня.
— Девчонки, давайте тему уже сменим, — предложила Варя, появившаяся вновь на кухне. — У бедного Тёмы уже уши наверно красные.
— Давайте, — согласились мы.
— Варь, а ты чего будешь делать? С Максимкой гулять? — спросила Аня.
— Ага. Родители только что звонили, по магазинам поедут, а мне с ним опять водится.
У Вари был маленький брат. Ему всего-то было пять лет, и подруга часто с ним водилась. Да что говорить, мы все водились. Очень часто брали его с собой гулять.
— Хочешь, вместе пойдем? На набережную сходим, — предложила ей Аня.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍
— Конечно. Давай собираться.
— Я с вами не смогу, — я чувствовала себя каким-то предателем. Ведь всегда мы были вместе, и знали друг о друге все.
— Да понятно, — немного с обидой произнесла Аня. Мне стало даже не по себе.
— Ладно, девчонки. Не обижайтесь. Вечером созвонимся и сходим, погуляем. Давайте?
— Хорошо. Я лично не обиделась. Просто мне он не нравится, — уже наверно в десятый раз повторила Аня.
Я промолчала.
Мы посидели еще немного, и я поехала домой.
Мамы дома не оказалось, был только папа. Застала его на кухне за чашкой чая и газетой.
— Привет, пап, — поздоровалась я и чмокнула его в щеку, — А где мама?
— Привет. Уехала куда-то. Сказала по работе. Как погуляли?
— Да обычно. Мы не гуляли, а у Ани дома были. Так фильм посмотрели. И Все.
— Ясно все.
Папа был ненавязчивый и малообщительный. От него редко можно было услышать длинную речь. Он отвечал коротко и по делу.
Я налила себе сока и ушла к себе в комнату. Даже не верилось, что через каких-то несколько часов, я увижу Артёма. Я нервничала и каждые пять секунд проверяла время, будто тем самым могла его поторопить.
Я тоже любила жить по расписанию. Наверное, это передалось от мамы. На каждый день я составляла список дел практически по минутам. Я редко опаздывала, практически никогда не просыпала и очень старалась следовать своему собственному плану. Я уже прикинула, сколько времени уйдет на дорогу до центра. У меня оставалось еще полтора часа на то, чтобы выбрать одежду и собраться.
Я и Артём. Господи. Мне все еще не верилось в это.
Я выпила сок и пошла на кухню отнести стакан. Папа все еще сидел и читал. У меня возникла мысль спросить его о том, чего я не знала. Почему-то никогда меня это раньше не интересовало.
— Пап, а как вы с мамой познакомились?
Папа замер. Его плечи напряглись, и он удивленно посмотрел на меня. Кажется, я спросила что-то не то.
— Ээ… Дак на свадьбе у друга. А зачем тебе?
М-да. Не у того я спросила. Из папы ничего клещами не вытащишь. Конечно, он не станет рассказывать лирическую историю любви и во всех красках описывать их отношения. Нужно попозже спросить у мамы.
— Понятно. Да незачем. Просто интересно стало. Вы никогда не рассказывали.
— Ммм.
— Эм. Ладно, пойду я собираться. Скоро тоже ухожу.
— Хорошо. Пока, — только и ответил он.
Ну, прямо мастер общения. Но я уже привыкла, поэтому не расстроилась.
Вскоре мне позвонила моя двоюродная сестра Ксюша. Это еще один родной и близкий человечек в моей жизни. У нее в отличие от меня, все шло кувырком. И все это она рассказывала мне.
 
То она блузку сожгла утюгом, то покрасилась в розовый цвет, то подралась в автобусе. Однажды она оказалась перед закрытой дверью собственной квартиры без ключа в домашнем халате и тапочках. Ей пришлось идти через весь город к маме на работу за ключом прямо так, в домашней одежде. Хорошо, что было лето.
В этот раз она позвонила вновь рассказать о своих приключениях. Как сняла кота с дерева и зачем-то взяла его домой.
— Ксюшка, тебя мама не заругает? Зачем ты его домой то принесла?
— Не знаю, Лер. Ты бы видела его. Он такой лапочка. Серенький такой, маленький, но шустрый. Ой. Не знаю. Я его хочу себе оставить. Мне его жалко.
— Ой, Ксюш, с тобой не соскучишься, — засмеялась я. — Представляю, что тетя Тамара скажет.
Моя мама и тетя Тамара были родными сестрами. Наши семьи были дружны, и мы часто выделись.
— Посмотрим. Ой, мне Никитка звонит. Пока. Целую.
— Пока, пока.
Завершив разговор, я стала собираться. Скоро надо было выходить.
  
5 глава
 
Тёма
Черт. Я опаздывал. Уже на двадцать минут. Виноват, конечно, не автобус, и не будильник, а я сам. Я так крепко уснул, что еле встал.
Только бы она не ушла. Ведь я даже телефон у нее не взял, и не знаю, где она живет. Занятия закончились, а значит, что и в университете я ее не найду.
Вот же я кретин. Из-за своей же безалаберности сейчас упущу такую возможность.
Я бежал на всех парах на место встречи. Только бы не ушла. Главный вход, памятник, фонтан. А вот и аллея со скамейками.
Лера сидела на одной из кованых лавочек и смотрела в телефон. Фух. Хорошо, что она еще ждет. Я поспешил к ней, на ходу придумывая себе оправдание.
— Привет, Апельсинка, — я встал напротив нее, закрывая спиной солнце.
— Привет, — ответила она и взглянула на меня, слегка прищуривая большие глаза.
— Прости, что опоздал. Я проспал. Бежал к тебе, но все равно не успел.
— Да ничего. Я все равно сижу — гуляю. Не на морозе же.
Она что святая? Другая бы истерику закатила, не меньше.
— Умгу. Лер, пойдем, что ли прогуляемся?
— Пошли, — она встала, и я краем глаза посмотрел на нее.
Юбка ниже колен и скромная блузка под горлышко. Что-то не так. В клубе то она выглядела по-другому. Но я не стал ей задавать этот вопрос. Мне в принципе было не важно, как она выглядит. Мне нужно было от нее совсем другое. Она — мой деловой партнер. Я же не собирался с ней встречаться.
— Лер, мне нужна твоя помощь, — начал я. — Дело в том, что меня хотят отчислить. И я не могу сдать один чертов предмет. Было уже три пересдачи. И последнюю с комиссией я благополучно завалил.
Мы шли не спеша по дорожке в сторону смотровой площадки. Она молчала, и я решил продолжить.
— Так вот. Этот предмет ведет твоя мама Ст… Елена Степановна.
— Как? Моя мама? Ты не сдал у нее? — Лера изумленно посмотрела на меня.
Я, наконец, разглядел цвет ее глаз. Что-то средне между голубым и зеленым. Они смотрели так открыто, что я, сбитый с толку, не сразу смог ответить.
— Эмм. Ну да. А что? — я отвел взгляд и теперь смотрел прямо перед собой. Красивые глаза Апельсинки сильно отвлекали.
— Дело плохо, — вздохнула она. — Сочувствую. Если не сдал, значит уже вряд ли.
Ого. Вот это новость. Хотя дочка, наверное, лучше знает свою маму и говорит без шуток.
— Нет, нет. Почему сразу вряд ли? А если я все выучу?
— Тогда сдашь. Только как я тебе смогу помочь? Репетиторство?
 
— Эм… Не совсем, — я вновь посмотрел на нее.
Сегодня ее волосы свободной волной спускались по спине. Легкий ветер подхватывал, медные пряди и играл с ними. Лера убирала их от лица свободной рукой, но они вновь выбивались и шаловливо блестели в солнечных лучах.