Плохиш для Апельсинки (СИ)

— Да какой фестиваль? Он на треньки не ходит. В клубе давно не появлялся. Дел много накопилось, а он шастает где- то, — сердито пробурчала она.
— Хорошо. Я позвоню, — пообещала я.
— И мне сообщи сразу, ладно? — обеспокоенно попросила Женя.
— Эмм. Договорились.
Женя положила трубку, а я сразу нашла в списке контактов заветное имя.
Что у него произошло? Видимо стоит позвонить! Я решительно нажала на зеленую кнопку.
Ту — у — у, ту — у — у. Послышались длинные гудки.
Я ходила из стороны в сторону, жутко нервничая перед разговором с парнем. Он долго не поднимал трубку. В последний момент, когда я уже хотела сбросить вызов, послышался озадаченный голос Артёма.
— Лера? Привет.
— Привет. Тём, я звоню, — я замялась на полуслове, соображая, что ему сказать. — Я просто хотела узнать… Как твои дела?
— Если честно, то не очень. Как ты? — кашлянул он.
Почему не очень? Где он сейчас и что делает? Эти и еще множество вопросов пролетели передо мной, и я хотела их задать. Но от любимого голоса с легкой хрипотцой я совершенно растерялась и ответила не то, что хотела.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍
— А? Я? Нормально, — вранье скомкано слетело с губ.
— Хм… Эм, Лера нам нужно встретиться. Я приеду сегодня вечером в город, и очень хочу тебя увидеть. Ты сможешь прийти? — неожиданно предложил он.
— Вечером? Нет, — сердце подпрыгнуло в груди, будто я уже видела перед собой парня. В город? А где он тогда сейчас? — Я не смогу. Не сегодня. Я сегодня на семейном празднике буду в ресторане с родителями. Так что…
— Какой ресторан?
— Что?
— Как ресторан называется?
— Черный агат. А что?
Артём немного помолчал, словно что-то обдумывая.
— Хороший выбор. Может тогда завтра? — спросил он.
— Да. Давай завтра.
— Отлично. Завтра позвоню, и обо всем договоримся.
— Ладно, — с улыбкой произнесла я.
— До встречи.
— Пока.
Сразу после разговора я позвонила Жене и пересказала наш разговор с Тёмой. Девушка поблагодарила меня и пожелала удачи.
  
16 глава
 
Лера
В ресторане было не очень людно, но и не пусто. Здесь было очень спокойно и уютно. Живая музыка, красивая сервировка стола, качественное обслуживание — добавляли лоска и шика этому заведению.
Праздник плавно протекал в традиционной манере. Торжественная часть, поздравления и подарки, немного танцев. Сейчас обстановка стала более непринужденная. Даже свет в зале стал более тусклым и мягким, напоминая, что время близится к ночи.
Мы с Ксюшей сидели рядом и тихо разговаривали. Гостей было немало, стол длинный, от родителей мы были далеко. Поэтому я спокойно пересказала ей наш разговор с Тёмой, и она похвалила меня за смелость. За то, что я все же позвонила ему.
Спустя какое-то время музыка стала громче. Ксюша разговаривала с Никитой, своим молодым человеком, которого тоже пригласили.
Я осталась наедине со своими мыслями. Раздумья затягивали меня все глубже, и я не сразу услышала, что меня кто-то зовет. Точнее сказать, зовет Артём. Это точно был его голос.
— Лера? — снова послышалось за спиной.
Я поняла, что это точно он. Но, что он здесь делает? Быстро кинула взгляд в сторону мамы. Она смотрела на того, кто стоял позади меня.
— Апельсинка! — прозвучало так громко, что на мгновение за столом все затихли и посмотрели в упор на меня.
Я повернулась и увидела его. В белой, идеально отутюженной, рубашке и черных укороченных джинсах.
Его глаза смотрели на меня, но не так как раньше. Грусть и тоска читалась в них. А еще что-то такое, что я не успела разглядеть, потому что он прикрыл глаза и произнес.
— Привет. Приглашаю тебя на медленный танец, — и протянул раскрытую ладонь.
И правда, мелодия звучала медленная и манила танцевать. Мне стало не важно, что кроме нас никого нет на танцплощадке. Не важно, что на нас в удивлении смотрела вся моя родня. Не важно, что новые туфли уже успели натереть правую ногу, и теперь она болела.
 
Я согласилась. Слегка кивнула головой и с улыбкой подала ему руку. В ответ он тоже чуть приподнял уголки губ, но глаза остались серьёзными.
Мы вышли в центр зала. И начали медленно кружиться в танце. Одна его рука крепко обнимала за талию, а другая по-прежнему нежно сжимала мою ладонь.
— Апельсинка, после танца я уеду, — начал он. — Но сначала хочу сообщить важную новость для тебя. Песня не очень длинная, поэтому я прошу не перебивать и дослушать до конца. Начну с того, что задам тебе один вопрос.
— Я слушаю, — я была натянута, как струна. Буквально дрожала от переизбытка эмоций, еле передвигая ватными ногами. Что вообще между нами происходит?
— Лер, почему ты не сказала, что переезжаешь в другой город после каникул? — на одном дыхании произнёс он тихо и сильнее прижал меня к себе.
— Что? Хм.… Не сказала, потому что я никуда не уезжаю, — ответила я.
— Как это? — он остановился на секунду, чтобы заглянуть в мои глаза. Его рука на моей талии по ощущениям сжалась в кулак.
Мысли сбились. Ладошки загорелись. Я чувствовала, что это не к добру.
— Так. Не уезжаю. С чего ты это взял? — стараясь успокоиться, ответила я. Сделала шаг, потянув его за собой. Все-таки мы танцуем.
— Ясно, — он шумно вздохнул. — Это мне сказала твоя мама.
— Мама? Ты разговаривал с ней?
— Да. И она не только это сказала.
— А что еще? — осторожно спросила я, предчувствуя наступающую беду.
— Лер, прости. Я знаю, что после того, как ты услышишь, что я хочу сказать, ты возненавидишь меня и не захочешь больше видеть. Поэтому танец это в каком-то смысле последний шанс обнять тебя.
— Я не понимаю, — беззвучно прошептала я.
— Лер, твоя мама все узнала, — со злостью произнес он. А я в ответ лишилась дара речи и лишь ахнула.
Не может быть? Откуда? Господи, она меня убьет.
Я как раз повернулась лицом к нашему столу и взглянула на маму. Ее глаза метали молнии. Она непрерывно смотрела на нас. Все. Это конец.
— Про билет. Она все узнала, — продолжил он, отвлекая меня.
Я молчала, не в силах выдавить слово. Как же тогда он сдал экзамен?
— А еще она предложила мне сделку… И я согласился, — обреченно грустно, на выдохе произнёс он, при этом слегка касаясь губами моего уха.
— Какую? — осмелилась задать вопрос.
— Успешно сдать экзамен, взамен на то, что оставлю тебя в покое, — Артём сильно сжал мою руку и теснее прижал к себе так, что я сквозь одежду ощутила жар его тела.
Но что он сказал? Кажется, я не уловила смысл…
— Я не поняла, — тихо пробормотала ему в шею.
— Черт, — встрепенулся Артём, — Стальная заставила бросить тебя! — воскликнул он.
Моя мама? Что? Как? Когда? Неужели?
И тут я все поняла. Мозаика сложилась живописной картинкой перед моими глазами, отчего мне стало дурно. Голова немного заболела в висках, и жутко захотелось пить.
Вот значит, как все было! Вот из-за чего он бросил меня! Просто, чтобы его не отчислили.
Господи, боже мой! Но этого не может быть? Зачем это маме нужно?
— Я не верю. Это глупо. Зачем моей маме запрещать нам встречаться? — зашептала я, сама опровергая слова парня.
— Зачем, зачем? Не знаю! Чокнутая она видимо. Вот и запрещает, — вспылил он в ответ.
— Что ты говоришь? — тут же возмутилась я. Мне стало неприятно от его грубых слов, и я попыталась слегка отстраниться от него. Но он крепко держал меня. Впервые за все время мне захотелось убежать от него.
— У мамы своей спроси. Стальная все расскажет. Раз мне не веришь, — фыркнул Артём. Он был не просто злой. Нет. Он был в бешенстве.
 
— Не называй ее так, — строго попросила я.
— Апельсинка, не заводись. Но ее все студенты так называют.
— Не все! Это моя мама. Как ты можешь? — разозлилась я. — И меня так больше не называй. Ясно? — меня уже было не остановить. Я закипала и не могла контролировать это чувство ненависти.