Малера (СИ)
- Лер, как дети, - ворчит мама. – Ну что сразу нельзя сказать было, шифровальщики-неудачники? Уж мне-то сразу стало все ясно, – с укоризной смотрит на меня. Молчу, оправдаться нечем. – Маш, когда Илюшку заберут? – с удивлением кошусь на маму. Оказывается, она в курсе уже. Ну естественно, теть Маша растрепала уже.
- Завтра. Ты не успела ему рассказать?
- Только начала, - уныло вздыхает. – Честно, он и слушать не стал. Сказал, что не верит. Ну ты же знаешь, что Лера для него значит. Там полная шиза! Хуже только Шахов, тот вообще ненормальный. Как Златку замуж выдавать будут, я не понимаю! Представляешь, выгнал с позором ее ухажера, Севу какого-то. Ленка чуть со стыда не сгорела.
- Да ты что! – всплескивает руками тетя Маша. – Ты подумай!
- Эй, народ! – окликаю их я на возмущении. – Что за сплетни! Я здесь вообще-то, и папа наш точно такой же!
Мама слегка краснеет и машет рукой.
- Ну ты хватила. Побесится и перестанет. Я знаю, что говорю.
- Что ты там знаешь, Лада? – подскакиваем все вместе.
- Я?... Я-а-а… Ой, а вы что, все уже?
- Все, - папа сейчас смотрит только на меня. – Подойди, - плетусь к нему. – Посмотри на меня, малыш, - смотрю на любимого и бесценного, внимаю ему. В его глазах светится строгость и бескрайняя любовь. Папа мой, папочка! Самый любимый, самый родной! – Иди к нему.
Я знала! Визжу и зацеловываю от радости щеки. Он крепится из последних сил, потом кружит и отвечает мне. На самой вершине счастью понимания, вновь слышим, как хлопает дверь и в проеме показывается незнакомая хрупкая фигура.
- Здравствуйте, а Матвей дома?
33. Последняя глава.
- Ле, а вы когда за нами приедете? – спрашивает крестник Леру, сидя у нее на руках.
- Через пару месяцев, малыш, - звонко чмокает она его в нос.
- Так долго-о-о?
- Дни пролетят незаметно, солнце! Зато вы потом навсегда в этот город переселитесь, - успокаиваю его тоже.
Еще немного времени, и они уедут. Илюха, конечно, позабудет о нас, как только вернется в садик и начнет общаться со своими друзьями. Но пока он грустит, и мы вместе с ним тоже. Одна Окси загадочно улыбается. Подмигиваю ей, и она вдруг краснеет. Дурочка, я же счастья желаю. Никуда эта дурында в тот раз так и не доехала. Так судьба распорядилась, между прочим. Она встретила прямо в поезде нормального парня и вроде бы у них все идет как надо. Я рад. Превратности судьбы, они такие. Знать бы, что случится с тобой в определенный момент да подготовится, но нет, пока осознаешь и примешь, останешься с расшибленным лбом. Уж кому не знать, как ни мне.
Подходит поезд, мы убеждаемся в том, что наши расположились нормально. Прощаемся, бросаю взгляд на Илью и у меня сжимается сердце. Если я так на него реагирую, интересно как буду жить, когда появятся свои дети. Лера с ним вон как играет, хорошая она будет… мама. От этой мысли подворачивается все внутри сжимается. Острая игла тупо скребет мое сердце от сладкого ожидания. Не удерживаюсь и сильно прижимаю Леру к себе. Хочу постоянно ее чувствовать. Это неотъемлемая часть моего теперешнего существования. Они коротко жмется в ответ, поворачиваясь обжигает поцелуем. Немного, но мне хватает, чтобы мерное тление зашевелилось, высекая искры.
- Позвони, как приедешь, Оксан, - просит ее Лера.
- Конечно, о чем ты! Илюша, да слезь ты с Ле, им пора, - мягко тянет сына. – Я же тоже скучала, сынок. Со мной побудь уже. Давайте идите, а то со мной умчите, – смеясь, выпроваживает нас из вагона.
Еще раз обнимаю их на прощание, и мы выходим, машем вслед отправляющему составу. Лера тянет носом. Ясно, ревёт. Не трогаю, а то еще больше разволочет. Молча идем до машины. По пути успокаивается. Ну прекрасно, пронесло от водопада. Такая она эмоциональная стала, что дальше некуда. Была язвы кусок, а теперь прямо лапочка сделалась. Мягкая, покладистая.
Пару недель после проводов наших мы чилим. Мотаемся везде, где только можно. Наматываем, наверстываем упущенное время. Романтика прет выше крыши: прогулки, рестораны, поздние ужины со свечами, цветы – все, что могу ей дарю. Правда иногда на Лерку нападает неистовый жор.
- Матвей, поехали к теть Любе.
Удивляюсь, поворачиваюсь в ее сторону, округляю глаза.
- Что? Пророщенный овес откладывается?
- Угм. Мясо хочу. Прямо не могу, аж слюной сейчас забрызгаю все. Накрыло, хоть плачь.
- Не надо, - машу головой и смеюсь. – Ты в кинотеатре только что плакала по собаке. На сегодня достаточно!
- Ничего я не плакала, - бурчит и отворачивается в окно.
Посмеиваюсь, пока двигаемся в кафеху. Набираю тете Любе и прошу сделать стейки. Она как всегда голосисто соглашается, радуется, что сейчас приедем. Лера притихла, ее не слышно. Сидит поразительно задумчивая, перемалывает в своей очаровательной головке мысли, делает какие-то выводы. Морщится, поднимает брови, немного улыбается краешком губ. Такой странный микс эмоций отражается на лице и за такое короткое время, не устаю удивляться.
Прекрасная моя, сердце нежностью закутывается и тянется к ней же, обволакивает и ласкает мою Лерку. Всю данную мне силу на нее проецирую. Достал, отвоевал ее у всех. После того случая ходил к Спарту, долго беседовал и убеждал, что ей со мной хорошо будет. Доказывал, что моя она и больше ничья. Вдалбливал, что все равно ее себе заберу, даже если весь мир будет против. И я рад, что он мне поверил во всех аспектах моих горячий признаний и таких же требований.
Макса тоже убрал с горизонта. Лере просто сказал, что беспокоиться ни о чем не надо, все решено. К счастью, она не особо заморачивалась, приняла как данность. Ну а как я это сделал, пусть останется со мной. Важно то, что он теперь за километр обходить ее будет. Да хрен с ним! Не до него.
- Ешь осторожнее, ну куда ты такими кусками запихиваешь, как ребенок, - останавливаю ее, но она не слушает. Процесс поглощения проходит словно на скорость. – Лер, ты что? Эй-ей, тебе плохо, что ли?
Она, не дожевав, зажимает рот рукой и смотрит на меня круглыми глазами. Ни слова! Меня охватывает неконтролируемая дрожь, я реально волнуюсь о том, что с ней в последнюю неделю творится. То ревет, то жрет как ни в себя. Мне не жалко, просто…
- Сейчас блевану, - загробным голосом произносит, и вывалив в салфетку то, что не дожевала, быстро поднимается и бегом срывается в туалет. Я в недоумении таращусь вслед.
Я тупой, да?
Определенно! Она беременная, наверное. Все же сходится, все признаки на лицо. Кладу приборы на место и сцепливаю руки в замок, смотрю на пальцы, а они трясутся, просто ходуном ходят. Не понимаю еще своих чувств, все мимо, мозг не работает. Сжимаю веки, пока пятна не появляются перед глазами и встряхиваю головой, будто конь в тесной сбруе, которая давит и одновременно радует, и пугает. Бе-ре-мен-ная. Слоги распадаются и собираются в волнующее и причудливое слово.
- Фу-х, думала все, конец мне настал.
Я, как парень, должен был встать и отодвинуть ей стул, но я реально сейчас не в себе немного. Да много, кому я вру.
- Лер, ты… нормально? – всматриваюсь, жду ответ.
Она недоуменно взирает и странно улыбается. Вся ее реакция кажется мне непонятной, я хочу немедленно разгадать этот квест, но не удается. Может все показалось? Она пришла в себя, сидит такая же, как и обычно. Спокойно отпивает кофе и максимально расслаблена. Скорее всего показалось, да.
Это предположение неожиданно тускло коробит и оставляет неразболтанный осадок, как после натурального сока, который уже стух, закоксовался на дне стакана. Вроде бы и смыть не проблема, а то, что на дне именно такое было, остановит и позволит использовать этот стакан лишь через время. Много на себя взял в своих тайных желаниях? Возможно. Стряхиваю с себя это ощущение и принимаюсь за еду.
- Ты когда на работу?
- Малыш, еще неделька и впрягаюсь в борозду, из которой выползти потом будет проблемно.
- Ну все равно, у нас целых семь дней, - улыбается Ле. – Надеюсь, что Шахов тебя не вывернет наизнанку и даст немного продыху.