Малера (СИ)
- Глухой ты. По-бе-ди-тель-ни-ца! Так слышишь?
- Ну да. – ухмыляется Филатов. – Меня не победить. Ты же знаешь! И от меня не убежать! – кривляется.
- Да знаю! – отмахиваюсь от него и смеюсь.
Знаю.
Но ведь нашлась такая и они встречаются. Вон на днюху к нему приедет, а чтобы Мот пригласил пассию домой, это скажу я событие. Я вроде и рада за него, но как бы и нет. Теперь мое место займет в его сердце эта Вика больше, чем я. В смысле, я не то имела ввиду. Просто…Просто…Детская ревность ни к месту проснулась. Вот!
3
Выросла малышка. Вон как лихо отплясывает на танцполе. Блядь, в платье это вырядилась. Она ж в нем, как голая. Но рядом Макс этот, вроде. Придурок, не то ему нравится, когда на Лерку так пялятся. Наблюдаю. Лапает ее, как оголодавший. Это он куда ей руки опустил, на жопу? Он чё, охуел? Первая попытка была подорваться и оттащить это наглого пиздюка, но вовремя осадил себя. Взрослая она, какого тут уж теперь. Вон и защитник есть. Сука.
- Ты чего напрягся? – Ванька перегибается через стол.
- Нормально, – наливаю и опрокидываю стопку.
- Ааа, - оглядывается Молот. – Все за Леркой присматриваешь. Брось, Мот, хорош. Она большая уже. Опека не нужна.
- Да я понял уже, – выбиваю сигарету. – Будешь?
- Ошизел? – искренне удивляется Ванька. – У меня режим здоровья включен пожизненно.
Ну да, он же боец. ММАшник. Сегодня еле-еле с нами вытянули прогуляться. Сидит в своем зале безвылазно. Рама два на два, груда стальных мышц. Не зря Молотом назвали, его удар левой сражает противника наповал. Батя с ним на все соревы мотается, бросает все и мчит. Один раз скинул важные переговоры и сорвался к сыну на бой.
- Мальчики, компания не нужна? – замирают около нас офигенно симпатичные девчули.
Такие же голые, как и наша маленькая фея. Только вот им-то это в самый раз, а эта коза могла бы и поприличнее нарядиться. Ладно, фиг с ней. Надо уже остановиться, она больше не моя ответственность и вправе поступать так, как ей вздумается. Привыкну.
- Нужна. Падайте, – широко улыбаюсь. Вон та смугленькая ничего так. Сойдет на одноразовые потрахушки. Ну не скучать же в одиночестве. Жизнь-то одна.
- Я Инесса, – прижимается ко мне ближе. Да похрен, хоть кто, но в эту же минуту руки свои на зад ей пристраиваю – а это - кивает на подругу – Соня.
Соня, раскрыв рот смотрит на Ваньку, мне аж смешно. Она тыкает пальцем в его каменную бицуху и восхищенно выдыхает. Он, еле сдерживая смех, демонстративно играет мышцами. Пялит этой Соне прямо в глаза, свирепую рожу строит и наяривает мышцами. Я слишком давно знаю Молота, чтобы понять, что он стебется, но Соня реально в дичайшем восторге, походу уже трусы намочила. Если они на ней, конечно.
- Иван Русланович. – гудит Молот и кладет свои оковалки на стол.
- Как царевич, прям. – облизывает губы его поклонница. А Ванька не выдерживает и заливается хохотом.
- Прыгай, красивая. – тянет на колени. Ох и отжарит он ее сегодня, как раз время отрыва от тренировок есть. Как бы ночь ей пережить с этим бугаем.
Пока трындим с девками, проходит немало времени. Я закидываюсь неспехом, но все же контролирую. Инка, или как там, Инесса уже активно елозит под столом, подбираясь к моему писюну и я ей в этом стараюсь помогать, пододвигаюсь в ответ. Сонька все тычет пальцем в бицепцы Молота и попутно восхищается. Может у нее не хватает? Так и сидит ведь с разинутым ртом. Ну там, типа, две подружки, одна красивая, а другая…ну дура выходит, или чё? Ванька тоже на нее смотрит уже с опаской, даже с колен ссадил.
Хотя все, на восхищалась. Пришла в себя и, сморгнув гипноз, Соня лихо опрокинула стопку конины и жарко зашептала Молоту на ухо. Ну-ну, так сразу надо было.
- Ты не хочешь уединиться? – Инесса смотрит на меня, словно год на голодовке сидела. Мне это подходит. Я последний раз только в поезде с весьма симпатичной проводницей терся. Жадные пальчики весьма ощутимо сжимают мне яйца.
Очень хочу. Я прям здесь готов ее на стол опрокинуть, но вряд ли оценят окружающие. Это ж не генг бенг. Я без тачки. Пью же! Куда ее? Пока думаю, засовываю руки под платье. Я знал, она без трусов. Так даже удобнее. Еще секунда и я готов тащить эту Инессу в туалетные кабинки, где, собственно, все и трахаются.
- Матвей, а это кто? – раздается рядом удивленный голос Лерки.
Ох! Отрываюсь от смуглянкии и вытаскиваю руку из-под ее платья. Та недовольно морщится. Ничего не отвечаю. За три выдоха нормализуюсь, точнее пытаюсь, и поправив член в штанах, иду мыть руки, а то вдруг до малыхи дотронуться надо будет. В туалете частично прихожу в себя. Умываюсь и приглаживаю волосы. Разглядываю в зеркало свое лицо с бешено вылупленными глазами. Сука, зарос, как домовой. Хотя, похуй, так даже лучше.
Несколько раз мою руки с мылом и споласкиваю рот. Не знаю зачем, но словно отмыться пытаюсь. Только от чего, не понимаю пока. Привожу себя в порядок и возвращаюсь. Моя несостоявшаяся секс-партнерша сидит с недовольной мордочкой, Ванька с этой Сонькой, а вот Леру обхаживает Макс. И все бы ничего, но вот руки свои в ее сиськи совать при всех не надо. Лера, смутившись, аккуратно убирает его ладошки, но он их напихивает опять. Сломать ему их, что ли. Ванька вон тоже напрягся и только умоляющий взгляд Архаровой останавливает его. А вот ему она как раз настоящая родственница, хоть и дальняя.
- Лера, пошли, детка на улицу. Я покурю, а ты воздухом подышишь. – протягиваю ей руку.
- Она со мной посидит. – подает голос пьяный мачо.
- Ну, Макс…- улыбается ему моя Архарова, нежно целует в пьяную щеку – это же Матвей. Ну? Я быстро.
Все еще пытаясь строить из себя крутое дерьмо, наконец, отпускает ее руку. Вот он мне сразу не понравился. Смазливый слишком, приторный, но с понтами до небес. Петушара прилизанный. Не могла себе нормального найти, чтоб моя душа спокойна была. Этого хмыря двумя пальцами сломать можно. Шланг гофрированный.
С хрена я так разозлился? Это ее выбор. Вот и пусть.
От ощущения накрывающей стегающей желчи засовываю сигу в рот до конца фильтра. Не рассчитал, обслюнявил только всю. Выдрав, вставляю другую. Да что за срань зажигалочная! Туда же, в мусорку. Где огонь? Стрельнув жигу у проходящего, резко затягиваюсь. Сука! Много! Кашляю, как туберкулезный, аж слезы выскочили. И тут все, что я выпил решило о себе напомнить. Мозги туманит, как на болоте. Все сильнее и сильнее. В один момент рубит.
- Мот! – тревожный голос Леры возвращает меня к жизни.
- А…
- Ты чего, парень. Нажрался, что ли? – удивленно восклицает, беря в свои руки мое лицо. Фокусируюсь. Сильнее вылупляю глаза, чтобы собрать в центр ее изображение.
И тут меня реально еще сильнее накрывает. Конечно, нажрался. Пока они там танцевали со своим чмырем, я за всех отдувался. Молот не пьет, девки по чуть, а я сколько мог брал на грудь. Грудь…Опускаю глаза вниз и утыкают в это…в это…как же туда смотреть стыдно…А не хер такое декольте носить. Нарядилась, бля. Одни веревки и куски материи.
- Это что? – киваю ей на голую кожу.
- Что? – пока не понимает.
- Твои сиськи на улице. И на них все пялят! Ты…бл..ик..сук…ик…на… - мне все хуже и хуже. Сто пудей конина палёная, хотя стоит тучу бабла. – Снимай это на хрен! И не носи больше! Ты…кхм..буэ…сук….…только б не блевануть….маленькая еще…поня..л..а?
И отключаюсь.
Хотя не совсем. Сквозь пьяное сознание слышу, как она ругается со своим петушарой. Ванька что-то рокочет. Я плыву по воздуху. Люди! Я научился летать! Ни хуя! Падаю на что-то мягкое и не такое большое, предварительно ударившись обо что-то железное и снова плыву. Вертолеты…Вертолеты…Ногу на пол…сцепка. Земля. Стоять! Я пилот…
Сон про не сон…Хрррр….
……
Как же я хочу сдохнуть. Прямо сейчас, сегодня, в эту минуту. Башка, как ведерный чугун на печке, кипит и взрывается. На всякий случай поднимаю тяжелые руки, чтобы проверить какого размера сейчас у меня жбан. Большой! Да какой и был, чё я. Только болит. Пальцами поднимаю веки. Свет их невыносимо жжет, быстро захлопываю назад, хотя медленно, конечно. Я сейчас быстро могу только помереть с похмелья.