Брошенка (СИ)

Отец встретил на остановке, почти в том же месте, где летом ее оставил Никита. Обнял, поцеловал, и от него веяло домом, родным и близким. Проезжая мимо Хохловых, она ненароком посмотрела на окна, они были тёмные. Мать встретила радостно, как всегда. Как хорошо, что хоть что-то не меняется в жизни, её поддержка для Лены остаётся одной из самых важных вещей.
Ночью она не могла сомкнуть глаз. Та самая картина, подаренная Гришей, так и осталась висеть над изголовьем, напоминая о мастере. Хотя о нём Лене напоминало буквально всё. Дождавшись утра, она не находила себе места, не зная, в какое время произойдёт встреча. Прихорошилась, подвела глаза, чтобы чувствовать себя увереннее, испекла пирог, чтоб хоть чем-то себя занять. Мать наблюдала за всем молча и с пониманием.
- Лида вышла, - смотрит мать в окно ближе к вечеру, завидев соседку.
Не знает Лена, как себя вести. Глядит, как около ворот мать Гриши места себе не находит, вышла встречать, не сидится в доме. Стоит, в конец улицы всматривается, когда ж уже машина покажется.
- Да иди уж, - говорит Галина. – Зря что ли приехала? Усидеть на месте не можешь.
- Неудобно как-то. Он мать столько времени не видел, а я кто такая?
- Дочь моя, Лена, - отвечает мать. – Ладно, вместе пошли, по-соседски встретим.
Благодарна Лена матери, семенит следом, только за калитку боится выйти. Поздоровалась Галина с Лидой, стоят болтают, а девушка во дворе мнётся.
- Лен, - кричит мать, - иди с теть Лидой поздоровайся.
- Здравствуйте, - вырастает как из-под земли Лена, и сумерки прячут ее наливающийся румянец.
- Здравствуй, - кивает соседка, мельком бросив на нее взгляд.
- А что у Вас тут за сбор? – выглядывает Люська из окна, будто только сидит и ждёт, чтобы вылезти, словно и нет у неё никаких дел.
Но слова остаются без ответа, потому что из-за поворота выворачивает машина. Свет от фар ударяет в лица, и встречающие невольно закрываются руками. Даже на экзамене Лена так не волновалась, как сейчас. Трепещет сердце от предвкушения, от какого-то страха. Стоит, закутавшись в материну шаль.
- Наконец-то, - говорит Галина, торопясь к машине.
Автомобиль остановился. Первой открылась пассажирская дверь, и оттуда выбралась девушка. Она умело распахнула переднюю дверь, собираясь помочь, пока с другой стороны вылез Юра и потянулся, разминая кости. Лида подскочила, заглядывая в салон, подсвеченный лампочкой, где сидел Гриша.
- Привет, соседка, - окликнул Юра Лену, обходя машину, и она поздоровалась в ответ.
- Здрасьте, теть Галя, - обратился он к матери.
- С приездом, Юр.
- Целой делегацией встречаете, - не скрыл он сарказма.
- Так не чужие, - не осталась она в долгу.
Всё он понял, даже Люська и та поняла, чего выстроились, а потому, подперев лицо кулаком, следила за развитием событий.
- Отойдите, - спокойно сказал Юра матери и девушке, которые суетились около брата, и они расступились.
Лена смотрела во все глаза на девушку, которую видела впервые. Неужели она опоздала. Сердце сжалось от страха и разочарования. Вот тебе и обещанные слёзы. «Твоим будет», вспоминала она слова подруги, вон уже какая-то приехала, небось невеста, осознала, какого человека потеряла, и вернулась.
  
Глава 11
 
Осторожно вылез Гриша из машины, облокотился на брата, а девушка ему в руку палочку подаёт. И смотрит Лена широко открытыми глазами, как медленно по шажочку Гриша идёт. Не сам, поддерживаемый братом, но своими ногами. Прижала ладони ко рту и расплакалась. Катятся слёзы по лицу: то ли радости, что вышло всё у Гриши, получилось. То ли от горя, что не открылась ему раньше, а теперь и не станет в чужое счастье лезть. Уедет завтра же в город. И сердце рвётся навстречу, хочется подбежать, обнять, прижать, почувствовать его руки на своих плечах, щекой щёку его колючую, и пусть, что потом лицо станет гореть. Но стоит, как вкопанная, глядит, что с трудом каждый шаг даётся, но даётся ведь!
Лида руку на плечо девушке положила, говорят о чём-то, плачут обе, обнимаются.
 
Поднял глаза Гриша, и Лену током пронзило, прямо на неё смотрит и молчит.
Ещё вчера ему мать сказала, что соседка приехала, как только узнала, что он возвращается, и жаром обдало. Не забыла, значит, плохо они тогда разошлись, недосказано! Еле дождался утра, и всю дорогу был каким-то беспокойным, растерянным, что даже Юрка спросил, отчего сам не свой, но отмахнулся, не сказал. Даша приехала, семью оставила и решила к матери рвануть на несколько дней. Не виделись давно, это ли не повод.
- Ну и дальше чего? – мать шепчет. – Пойду я что ль? – самой неуютно. Встретили, а стоять глазеть – нехорошо.
- Я с тобой, - хватает её за рукав Лена, чувствуя себя девчонкой лет десяти, пока между ними с Гришей немой диалог ведется.
- Завтра, значит, поговорите, - понимает мать.
- Нет, - качает головой быстро-быстро и уводит взгляд. – Уеду я завтра, - шепчет.
Смотрит мать, не понимает ничего, но не на улице ж разбираться. Плечами пожала только и брови удивленно дугой выгнула.
- Здравствуй, Гриша, - Галина к нему обратилась. – Очень рада за тебя. Дай-то Бог бегать скоро будешь.
- Спасибо, Галина Яковлевна, - отзывается, а сам глаз с Лены не сводит. – Работы много, но лениться не стану. А ты за меня не порадуешься? – наконец первый решает спросить у Лены, и она понимает, что выглядит ужасно нелепо и некрасиво.
- Рада, - мягко и с грустью говорит она, - правда, очень рада, - и вымученная улыбка озаряет лицо. И будто не двадцать ей с небольшим, а все сорок, и кажется, что усталость смертная на плечи навалилась, сбежать бы, уснуть и не думать ни о чём.
И хочется, что ему, что ей броситься навстречу друг другу, но столько людей вокруг, а больше всего останавливает незнание чувств другого, боязнь оказаться ненужным и непонятым.
- Надолго тут? – опять спрашивает.
- Завтра в город, - решила твёрдо, и он меняется в лице. Значит, ни к нему, обманула мать, обнадёжила.
- Гриш, в дом пошли, - суетится Лида, а он стоит, как вкопанный с разбитым сердцем, не в силах шагу ступить. Но не потому, что физически не может, видеть он хочет эту соседскую девчонку, что в душу запала. Не было и дня, чтоб о ней не думал, не смотрел фотографии, не мечтал, как вновь будет держать в своих объятьях: такую хрупкую и маленькую, что ото всех защитить хочется. Выходит, некоторые мечты только мечтами и останутся. Вон даже на ноги встать смог, казалось бы, нереально, но поддался организм, а всё потому что вера и надежда была, врачи хорошие, стремление и желание, верил, что Лена ждёт, не только ради себя, ради возлюбленной невозможное сделал.
- Погоди, - сказал матери довольно резко. – Даш, принеси из машины пакет, - обратился к сестре.
Девушка кивнула и быстро выполнила просьбу.
- Отдай ей, - попросил, отвернулся и к калитке направился, придерживаемый братом.
Вручила Даша Лене непрозрачный пакет, а в нём что-то твёрдое и длинное. Стоит Лена и глазами хлопает, не поймёт ничего, а родственники в дом пошли.
- Чего подарил-то? - кричит Люська, которой до жути как любопытно.
Лена не отвечает, но знает, что внутри. Она идёт в дом вслед за матерью на ватных ногах, пока душа тихо плачет.
- Ну и чего за похороны, не поняла? – прикрывает дверь в дом Галина. - Так ждала, а как язык проглотила. Стоит молчит, говорю ж: собака на сене.
- Да с невестой он приехал, - разрыдалась Лена, закрывая лицо руками.
- С какой невестой, - смотрит удивлённо мать. – Дашку что ли невестой назвала? – наконец догадалась она и расхохоталась. – Коль, ты слышал? – зовёт мужа. – Брата с сестрой женить собралась.
- С какой сестрой? – не поняла Лена.
- С младшей, - смотрит на нее мать. – Ты Ленка вообще соседей узнавать перестала.
- Так она ж всегда светлая была.
- И чего? Будто женщины не красятся и прически не делают! Ты потому как пришибленная стояла?