Я из ДМ 6 (СИ)
Я взвесил все "за" и все "против", после чего решил сделать так, как вы увидите в дальнейшем. Если Сэтору мне приготовил какашку, то я, в свою очередь, приготовлю для него заполненную до краев цистерну ассенизаторской машины.
И пока сэнсэй топил своё горе в саке, я начал действовать.
В первую очередь, я подкинул обездоленным ниндзя деревни небесного огня информацию о том, где Сэтору Мацуда собирает своих верных приспешников. Сделать это было легко — на крыше господина Абэ в ночь нашего возвращения всё ещё мирно посапывал один из наблюдателей. Положить ему в карман записку с указанием нужного офиса Хино-хеби-кай было легким делом даже для Киоси. Наблюдатель так и не проснулся, а клан деревни, скрытой в бамбуке, получил нужную информацию.
После этого я собрал всех господ аристократов, чьи дети пали жертвами медикаментов господина Ицуми. Я описал им самого главного врага и его злодеяния. Да, чуточку добавил красок для образности, но получилось очень даже неплохо. И все осиротевшие отцы получили приглашение поучаствовать по мере сил в операции против Сэтору Мацуда и клана якудза.
Они колебались недолго. Кивки были мне лучшим ответом, после чего я выложил свой план по нападению на офисы Хино-хеби-кай. Отцы-аристократы внесли свои корректировки, я поправил в ответ и наш разговор затянулся на весь вечер. Зато семь офисов Хино-хеби оказались под прицелом. И через два дня после "Черного кумитэ" они будут атакованы.
Я смог добиться встречи с оябуном Сато. Он осведомился о состоянии сэнсэя, на что я ответил правду: "Пьёт и писает!" Оябун покачал головой, а потом спросил о моем походе против ниндзя. Я выложил всё, как есть. Даже ни капли не соврал. И уже после того, как мы пообщались на тему деревни, скрытой в бамбуке, я ещё раз уточнил и скорректировал ударные части Казено-тсубаса-кай, которые должны будут ударить по оставшимся офисам Хино-хеби.
Мы договорились на то же самое время, в какое поступят сигналы для аристократов. Понемногу капкан вокруг клана Мацуды затягивался. Я решил подпустить ещё немного мистики и ужаса — всё-таки я остался должен Кашима Рейко, женщине без ног. Пусть её свидание с тэнгу и прошло довольно успешно, но должок в виде нескольких трупов я ей должен. Чтобы это не были трупы моих друзей и знакомых, я решил позвонить тэнгу, благо мой телефон всё ещё оставался у него.
Кашима сначала обматерила меня. Ну да, мы с сэнсэем едва не запороли свидание её мечты, но потом-то всё выправилось. Вот об этом я и сообщил бессмертной мстительнице. Наш разговор тоже продолжался не десять минут, но в конце концов она согласилась участвовать в общем веселье. Даже пообещала захватить с собой прыгающих мертвецов.
Вот это была поддержка, так поддержка!
Уж если якудза могут выдержать натиск в виде людей, то разъяренные трупы и скачущая на руках взлохмаченная женщина заставит дрогнуть любое мужественное сердце.
Также я осведомился у своих друзей и одноклассников. Масаши, Исаи и Танака тоже захотели поучаствовать в небольшой войнушке. Им и их слугам тоже нашлось по офису, который нужно было начать громить по сигналу. У моих друзей тоже нашелся зуб на Мацуду.
Ещё на меня вышли старички из "старой гвардии". Они уже были в курсе происходящего, да к тому же сам Дзун Танагачи позвал их выступить против оммёдзи Хино-хеби, а от такой чести не принято отказываться.
Похоже, что скоро Токио содрогнется от заварушки, которую я планирую. Пусть меня и убьют на "Черном кумитэ", но моё дело будет жить! А дело Мацуды свернется и накроется медным тазом!
И вы не поверите, кто ко мне явился во сне — сама Оива собственной персоной. Она с улыбкой приветствовала меня и, после небольшой болтовни, тоже намекнула, что хотела бы принять посильное участие. Она выпустила бы десяток демонов, которые забрали с собой пару сотен душ из Хино-хеби. Я с радостью принял её предложение и тоже рассказал про назначенное время и выделил ей места для нападения.
Заодно я выделил немалую сумму на обустройство последней драматической сцены, которая должна будет произойти с Сэтору. Связавшись с компьютерщиками и программистами, я забрал у них заказанный месяц назад предмет. Ребята сработали как надо. Мой план скоро будет готов претвориться в жизнь.
Как только сэнсэй вышел из пьяного пике, я тут же обрисовал ему свой план и он согласился помочь с зельем. Теперь я готов к выходу на "Черное кумитэ"!
Внутри меня бурлило от ожиданий. Даже покалывало кончики пальцев от напряжения. Я ждал последнего боя. А ещё больше я жил ожиданием взгляда, который бросит в последний раз на меня мой ненавистный враг Сэтору Мацуда!
Глава 27
Всё готово. Да-да у меня всё было готово. Пусть я не знал, что приготовил мне Сэтору, но зато знал, что приготовил ему я. Даже если что-то пойдет не так, то всё равно молодой Мацуда лишится своего влияния, а заодно и своего клана.
Сейчас у меня «кони стоят пьяные, а хлопцы запряженные». Давненько я не организовывал такие масштабные операции. Да что там давненько — вообще никогда.
Чувствую, что во мне пропадает стратег и офигенный тактик. Да что там говорить — я специально пустил слух, что планируется нападение на офис Хино-хеби на окраине Токио. Даже если и просочится какая-нибудь информация о грядущем глобальном истреблении клана якудзы, то всё это отнесут к нападению на тот самый захолустный офис.
У каждой отдельной группы нападения была своя цель. Только конкретное место и ничего более. Атака по одному общему сигналу. Одновременно и безжалостно. Пришел, увидел, победил. Всё по Александру Македонскому.
Конечно, «старая гвардия» во главе с Джуном Таганачи взяла на себя оммёдзи клана. Атака там должна произойти самая жестокая — вряд ли обороняющиеся будут считать жертвы, пытаясь сохранить свои жизни. Поэтому веселая пятерка уединилась в жилище Таганачи на целый день, вырабатывая стратегию нападения. Судя по запаху саке от сэнсэя и веселому настроению остальных участников заговора — переговоры прошли хорошо.
День за днем, час за часом финальный бой приближался. Улыбка на лице Сэтору расцветала с каждым проведенным в школе часом. Он был необыкновенно любезен, явно наслаждаясь ожиданием грядущего боя «Черного кумитэ». Мне хотелось подпрыгнуть и пяткой стереть этот радостный оскал. Хотелось, но я терпел.
Друзья восхищались моей выдержкой. Мы пару раз встречались после уроков, чтобы уточнить детали нападения. Исаи даже подпрыгивал иногда от возбуждения — в эти моменты он особенно казался мне ёжиком Соником, готовым сорваться с места.
Кацуми словно чувствовала что-то — я то и дело ловил на себе её печальный взгляд. Я старался ничем не выказывать озабоченность, при ней был улыбчив и весел. Старался не переигрывать, чтобы она не почувствовала фальшь. И всё равно иногда ловил грустный взгляд красивых глаз.
Да, я не забыл про обещание данное мной Кенджи Утида. Напросился в гости к семейству Утида под предлогом передачи книги по боевым искусствам. Когда Кацуми вышла в свою комнату за обещанной книгой, то я поклонился госпоже Утида, извиняясь за грубость, а после обратился Кенджи и попросил его на пару слов. Он без лишних слов прошел к своему кабинету, а я двинулся за ним. В кабинете я быстро описал предстоящее событие, после чего предложил ему принять участие и взять на себя отдельно стоящий офис Хино-хеби.
Надо отдать должное Кенджи — он без колебаний согласился. Сразу уточнил место предстоящей дислокации, время нападения и несколько деталей операции. Я четко ответил на все заданные вопросы и, когда Кацуми вернулась с книгой, мы уже заняли свои прежние места и делали вид, что ничего не случилось.
— Вот книга, — протянула Кацуми затянутую в целлофан рукопись. — Я почерпнула оттуда немало нужных вещей. Думаю, что и тебе она пригодится…
