И загорится снег (СИ)

— Спасибо большое Илона Вардсен, ты спасла мой род. — Сказал старик, а затем оглянулся вокруг. — Весь Род Ужа видел, как храбро ты и твои люди сражались за его жизни, и Род Ужа благодарен тебе за то, что ты пришла к нему на помощь.
— Я готова на все ради Хотрена и его жителей! — Гордо ответила северянка, и ее люди ободрительно загудели. Старейшина Сигрид Далленсен же поднял руки, и все тут же снова затихли.
— Ты видишь, что мой род ослаб. Я давно хотел просить помощи на совете старейшин, но сейчас, вижу, что могу просить помощи сразу у тебя, я увидел твою силу, ты храбро и смело сражалась с оборотнями.
— И какой помощи?
— Возьми под свою защиту мой род, Илона Вардсен из Рода Зубра. — Взмолился вдруг старик, и его ноги подкосились. Да, стоило посмотреть один раз на имперских химер, так сразу у старейшины взгляды на жизнь поменялись. Девушка обернулась назад, посмотрела на блестящие глаза членов своего отряда, на мою улыбку, а затем громко провозгласила.
— Как вы знаете, в моем Роду кроме меня никого не осталось, я последняя из Рода Зубра, и все равно хотите присоединиться ко мне, хотите моей защиты?
— Да!
Неожиданно, но приятно, я глянул на Илону, та стояла довольная, улыбалась, ее лицо светилось просто от счастья. Теперь Род Ужа под защитой Рода Зубра, а как умрет старейшина Рода, его место займет северянка, а тогда и Рода Ужа уже не будет.
А значит, она получит право голоса на совете старейшин, в случае необходимости. Удачливая девушка, нечего сказать, все очень даже прекрасно в ее пользу сложилось. Решив не мешать взаимным клятвам северян, в этот трогательный момент, я отошел от них подальше. И мой взгляд упал на деревянную крепостную стену, на ней сидел знакомый женский силуэт, с едва поблескивающими фиолетовым цветом глазами.
Заметив меня, Фема пожала плечами, я лишь покачал в ответ головой. Ладно, это их дело, вмешиваться не буду, не стоит оно того. Огляделся по сторонам в поисках крысобелки, которая сегодня в очередной раз спасла мне жизнь.
Сразу не нашел, пришлось даже поискать, мелкий дух нашелся возле разбитого горшка с какой-то кашей, что на северном морозе превратилась в лед. Когда на нас напали, кто-то уронил, видимо, и все теперь замерзло. Надеюсь, это все же каша, а не содержимое ночного горшка, с едой северян просто так не угадаешь.
Наклонился поближе и позвал: — Эй, спасибо тебе, ты меня еще раз спасла. — Дух приподнял свою страшненькую маленькую мордочку и уставился на меня своими довольно пустыми глазами, похожими на небольшие стекляшки.
— Еще раз спасибо. Я рад, что ты пошел за мной, но я даже не знаю, кто ты и как тебя зовут. — Лесной дух покачал головой, а затем развел передними лапками в стороны.
«Это не важно»
Наверное, он именно это имел в виду, я бы такой же жест использовал. Ну раз так, что действительно, а какая разница, если он мне помогает. Коснулся белесой головы пальцем — на ощупь как бархатная, дорогая, ткань.
— Знаешь, если тебе нравится, ты можешь путешествовать со мной и дальше? — Крысобелка одобрительно кивнула головой, словно соглашаясь с моим предложением. — Когда все закончится, напомни мне придумать тебе имя.
Крысобелка почесала голову своей тонкой лапой, но затем махнула в сторону, словно говоря — имя дело десятое.
Понятия не имею, что это за лесной дух, но он полезный, да и забавный, прогонять его не вижу смысла, как появиться кто-нибудь, кто в них разбирается, тогда и спрошу, что это такое я подобрал в лесу.
Оглянулся назад, Илона и ее отряд уже собирались, обнимались на прощание с жителями, я же дожидаться не стал, вышел прочь из деревни, проскользнув между приоткрытых ворот.
На улице, прямо возле стены заметил шестерых кровопийц во главе с Фемой, что были так же легко одеты, как и она. Молодые, худые и мертвецки бледные ангиаки, одетые совсем не погоде, бросались в глаза и наводили какой-то мистический страх, помимо того чувства тревоги, которое они вызывали у меня, при каждом своем визите.
— Вы уже собрались? — Я обернулся назад, увидел северянку и ее отряд, что так же, как и я, наконец-то, покинули гостеприимную деревню Ужа. — Да, ждем вас.
 
— Так мы готовы, выдвигаемся в лагерь! — Скомандовала девушка, и я мельком заметил, как остальные кровопийцы просто растворились в том снеге, который решил начать идти именно сейчас, перед длительным переходом.
Интересно, как они это делают, никогда не понимал этого, подошел ближе к Илоне, та шла рядом с Фемой.
— Вы ничего не хотите мне сказать?
— Ты о чем? Тьфу. — Сплюнула девушка, как только она открыла рот, ветер сразу же стал задувать туда снег. — Эм, ты о чем?
— Что там в деревне было? Без морока бы не вышло?
— Слушай, Эм, Роду Ужа так будет лучше, старейшина не сегодня — завтра умрет, так мы сняли с них проблему выбора нового старейшины, да и решили проблему Рода Зубра. — Сказала Фема. — Я почувствовала, он скоро умрет, так будет лучше для его семьи и его рода.
— Морок — это же не честно! — Запротестовал было я, но Илона ткнула меня своим кулаком в грудь. — Ой, Эм, не будь таким скучным. Нас ждет большая война с Империей, доверие родов сейчас нужно как никогда. А это, никто и не узнает, что старик последние свои дни в бреду прожил.
Ответить на это мне было нечего, да и что я мог. Вышел вперед отряда, подальше от девушек, и тут же погрузился в свои мысли.
Навести морок на пожилого старейшину и убедить его, по сути, отдать свой род другому, это не совсем правильно, как по мне, да и с учетом того, что морок наводили кровопийцы, с которыми северянка неожиданно сдружилась. Политика, чтобы ее.
Фон Далхот очень расстроится, когда узнает, что с жертвами Гасбеасу ничего не вышло, а кагалита теперь еще меньше. Четыре попытки, а там сам кириомаг, его внучка, пятеро восточных магов, возможно, два мага из его свиты, и пара десятков лучших солдат империи.
И все равно такая дружба с кровопийцами мне покоя не дает, слишком уж у них все ладно получилось, надо расспросить Фему, с Илоной я ни о чем не договорюсь. На первом же привале, я подошел к сидящей отдельно мертвой девушке и уселся рядом.
— Чего тебе, де Нибб?
— Да вот, посидеть решил рядом с тобой, а что, нельзя? — Уклончиво ответил я, стараясь вывести девушку на разговор. — Скажи мне, почему вы тогда нас отпустили?
— Так велел генерал. — Коротко ответила она. — Будь моя воля, мы бы тебя убили, маг.
— И что, нет никаких идей, от чего он вдруг нас отпустил, да помочь тебя отправил потом?
— Да что ты ко мне все пристаешь с этими вопросами, в самом-то деле! — Неожиданно вспылила Фема, да так, что даже вскочила на ноги. — Одни и те же вопросы, постоянно, сказала же — не знаю, что пристал?
На этих словах кровопийца развернулась и отправилась к своим соплеменникам, что разбили лагерь неподалеку, но так, чтобы не смущать остальных северян. Ладно, теперь уже деваться не куда, пойду, спрошу у самой северянки, увидел, как она что-то объясняла одному из членов команды, подошел и взял ее под локоть, уводя от всех подальше.
— Что случилось?
— Надо поговорить, наедине.
Мы отошли за лагерь, устроились прямо на поваленной ели, так, чтобы видеть одновременно и лагерь людей и лагерь неожиданных союзников.
— О чем ты хотел поговорить, де Нибб?
— Что ты ко мне чувствуешь? — Начал я издалека, стараясь сначала не спугнуть ее. — Ты мне доверяешь?
— Конечно, я тебе доверяю, Эм, после всего, что было, да, я тебе доверяю. И я тебя люблю, все еще, не смотря на то, что ты работаешь на имперскую тайную стражу, но к чему такой вопрос? — Девушка наклонилась ко мне поближе, положила руки мне на щеки и нежно-нежно меня поцеловала. — Что тебя беспокоит?
 
— О чем вы договорились ангиаком? Что ты им обещала, что они должны сделать?
— Ты об этом? Это мое личное дело!
— Пока я тут, это наше общее дело! Ты мне небезразлична, я очень рисковал, когда спасал тебя от них, я имею право знать! — Я посмотрел в ее глаза. — Мы будем очень сильно рисковать жизнью, а я ты от меня скрываешь что-то? Что еще?