Две Наташки и пришельцы (СИ)

С перекошенным от гнева лицом из-за того, что ему помешали использовать Тейрон Ахарэ для защиты своего народа, Танаар вскочил и с оружием наперевес двинулся на Антона.
– Отдай транскон! Живо! – прохрипел он.
Из оплавленной двери вылез окровавленный Даарон. Слипшиеся волосы под его правым рогом рдели от сочащейся крови. Она струилась по лбу и, попадая на веко, вызывало инстинктивные подергивания. Со стороны казалось, что он заговорщицки подмигивает кому-то.
Набычив лоб, Даарон заслонил собой встающего на ноги землянина и, шатаясь, пошел на императора, оттесняя его назад, к стене. Ствол бластера уперся в живот императора. Бывшие друзья почти сцепились мощными рогами. Даарон так близко приблизился к Третьему Лучу, что тот чувствовал на своем лице его горячее дыхание. Исподлобья тот буравил императора прожигающими угольками зрачков. Танаар мог бы нажать на курок… Но беспрерывно мигающий глаз, из которого капала настоящая кровь, почему-то остудил его пыл, порождая неизбывную печаль… В помрачневших глазах бывшего друга Танаар увидел горечь и ту же печаль, которую испытывал сам, и понял, что мысли у них движутся синхронно. «ДА… ЭТО ВТОРЖЕНИЕ, – говорил его взгляд. – Леары начали штурмовать звездолет». Танаар хотел отодвинуть теранца, чтобы забрать транскон у землянина и защитить свой народ, но почувствовал у себя под подбородком холодное дуло плазменного оружия.
– Ты – копия своего отца, – упрекнул его Даарон. – Тот всегда плясал под дудку жрецов. Твоя политика ничем не лучше… Так что разницы никакой: тебе отдать транскон или Зухруулу. Ему отдать, не так обидно… Лучше сложи с себя все полномочия, и пусть правят жрецы, как это было всегда. Толку-то от тебя, – с сарказмом говорил бывший друг. «Наташа!!! – вдруг со страхом вспомнил Танаар. – Внутри космолета хозяйничают шаманы. Они угрожали расправой над бывшими пленницами, а заодно и над его семьей. Надо узнать, все ли в порядке там с женщинами», – но нейросеть не соединила его с Наташей. – Ах, да! Он же сам распорядился о ее временном отключении. Он тронул рукою висок… Но аппарата для коммуникативной связи там не было. – Он оттолкнул Даарона, и в этот момент под ногой у императора что-то хрустнуло, он только что раздавил ретеллер…
– Ты должен признать поражение и заключить с ними мир… Пока они… не перебили народ. Ты хотел начать новую жизнь. Вот и начни… – продолжал тяжело дышать ему в лицо бывший друг.
Танаар молчал. Мысли панически метались в его голове.
– Что делать?! Драться до последнего, чтобы отнять у них транскон и облучить всех леаров? И тогда они станут, как воздух… распадутся на атомы…А с ними уйдет наука и прогресс. У нас нет ученых. Я останусь править с шаманами, если они меня не прирежут, как богоотступника. Народ одичает в погрузится в невежество… – Танаар вздохнул, с сожалением глядя на хрупкое средство связи. – Уйдем через аварийный выход. Яарана беременна от тебя. Это наш единственный шанс на возрождение. Понимаешь? Ты должен… Нет. Это мы должны защитить ее от шаманов, –сказал он, как бы преодолевая в себе какие-то барьеры.
Даарон от изумления потерял дар речи.
– А-а… – глаза его округлились, затем увлажнились от горячего наплыва чувств. Он засунул обе пятерни в свою густую шевелюру и затряс головой, преодолевая шок от услышанного. – Почему сразу не сказал?! – у теранца от радости даже разгневаться не получилось.
– Хотел… но ты бросился в драку. Как-то не до разговоров стало… – Яарана – леарка. Если у леарки и теранца родится младенец в эпоху всеобщего бесплодия – это же… это знак свыше! Это провидение! – ликовал Даарон. Его сумрачные глаза вспыхнули и потеплели. Даже кровь перестала течь из рассеченного лба, а правое веко перестало вдрагивать. – Это значит, что родственные народы должны жить в мире! Это шанс к примирению двух враждующих рас… Так значит, ты… ты готов заключить с ними мир?
 
– Готов. А теперь займемся делом. Камеры, покажите нам, что происходит перед входом в Сектор-А, – все, кто находился рядом, повернули головы в сторону экранов и замерли, наблюдая, как толпа порядка около тридцати гуариев расступались перед гигантской бронемашиной, призванной открыть им вход. – Как видишь, Зухруул даром время не теряет. Возвращайся в рубку, – Третий Луч Ритана в нетерпении подтолкнул Даарона к оплавленному дверному проему.
– Опускай лестницу из шлюза. Быстрее! Выберемся через люк наверх.
***
– Что это было, варгон их за ногу? – спросил Зухруул, когда приспешники помогли ему подняться.
– Наши воины снаружи доложили, что это корабль леаров врезался в нас. То ли из-за большой скорости, которую он развил… Видимо, сильно спешил… пока, наши щиты не сомкнулись у них перед носом… То ли намеренно решил нас протаранить.
– Нужно поторопиться. Ломайте эту чертову гермодверь!
Грохот стоял очень сильный. Пока четырехметровый мех пытался выжать ее тяжелым молотом, домкратом и рычагами, верховный шаман подозвал к себе одного из офицеров.
– Те, кто заперся в центре управления, помешают нам… вызвать Гнев Богов. В рубке оборудован один из аварийных выходов. Скорее всего, они попытаются сбежать. Надо встретить их, как положено, а украденное вернуть!
– Зухруул-цулла, я отправлю отряд наружу. Пусть проконтролируют поимку беглецов.
– И без промедления! – процедил шаман. – Дайте команду солдатам, которые обороняются вне корабля, чтобы они стреляли на поражение. Нам нужно запустить Тэйрон Ахарэ. Иначе врага нам не победить.
И вот, наконец, дымящаяся дверь со скрежетом начала поддаваться, а через короткий промежуток времени она с глухим ударом отлетела внутрь коридора и, высекая искру, протащилась по полу еще метра три.
Отряд Зухруула осматривал оставшийся погром с растерянными лицами.
– Здесь никого нет, достопочтенный Зухруул-цулла!
– Плевать! Я запускаю Тэйрон Ахарэ!
– Запуск невозможен. Транскон изъят, – возвестила система.
– Этот идиот нас погубит! Нас всех! – взревел Зухруул. – Он лишил нас единственного оружия, способного победить леаров в считанные секунды! Ищите его, найдите! Верните украденную часть Гнева Богов!
***
Лексо бесшумно передвигался по кораблю. Благо, там было не слишком много теранцев. Страх сковывал мышцы: не каждый день же приходится продвигаться в тылу врага да еще и в узком коридоре, пусть даже в невидимом костюме. Вот один их рогатых воинов, шагая навстречу, посмотрел ему прямо в глаза… Неужели заметил?!… Нет, показалось… Его воинственный взгляд направлен уже мимо, он торопливо идет по коридору в сторону трапа. Видно, торопится дать леарам скорейший отпор.
Знакомые стены космолета будили уснувшую по давности память, бередили старые раны.
Это был тот самый корабль, на котором леары попытались улететь со своей умирающей планеты Леа. События такого масштаба невозможно осуществить в полной секретности. Да разве теранцы так легко отпустят их? Им удалось захватить их базовый корабль, аккупировав капитанскую рубку с Тейрон Ахарэ и двумя секторами машинного отделения. Леары успели заблокировать несколько отсеков, чтобы выиграть время на эвакуацию. Но народу было больше, чем вмещали два их корвета и спасательные шаттлы. Столпотворение было страшное. Теранцы взрывали одну дверь за другой. Началась паника. Держаться плечом к плечу рядом со своей семьей не получалось. Сначала брата куда-то унесло, затем напором толпы оттеснило его от родителей. Но Лексо крепко держал за руку сестру. Это был один из самых страшных моментов в его жизни. Многоголосый шум заглушал вопли упавших. Сдавливало со всех сторон. Он даже не в состоянии был оглянуться по сторонам. Главное сейчас – удержаться на ногах и подчиняться течению, чтобы не быть растоптанным. Мощный поток тел продолжал тащить их с сестрой к шаттлу. Впереди промелькнула вихрастая голова старшего брата, Чигарта, и это очень обнадежило Лексо. Он успокоил себя тем, что все они встретятся уже внутри корабля. Но шаттл отчалил. Потом совершил прыжок. Но родителей своих они больше никогда не увидели.