Госпожа Месть (ЛП)

Он сказал:
- Это старый добрый "Смит и Вессон". Заряди его шестью патронами, и ты гарантированно убьешь шесть человек... если ты хороший стрелок. Это 45-й калибр, так что эта штука мощная. Ты проделаешь большую дыру в любом мужчине или женщине, которые попытаются наехать на тебя. Я продам его тебе за "косарь".
Прежде чем Мисти успела сказать хоть слово, встряла Кендра:
- Это слишком мощно для нее, Такер. Ей нужно что-то маленькое, быстрое и сильное. Она не пытается убить слона. Ты понял, что мы ищем.
- Хорошо-хорошо. Давайте снизим планку.
Такер полез в сумку, затем вытащил маленький черный пистолет и передал его Мисти. Мисти, однако, колебалась. Она уставилась на пистолет, потом взглянула на Кендру, потом снова посмотрела на пистолет. Дрожащей рукой взяла его. Ее глаза и рот расширились – он лежал в руке естественно, как сшитая на заказ перчатка.
Такер сказал:
- Это "Ругер LC9-S". 9-миллиметровый пистолет. Я бы сказал, что это где-то посередине, когда дело доходит до огневой мощи. Он может убить человека, но может потребоваться два выстрела. Он поместится в твоей сумочке. Все, что нужно сделать, это прицелиться и выстрелить. Тебе нравится?
Осматривая пистолет, Мисти, заикаясь, пробормотала:
- Д–да, я... Я думаю, что это... это хорошая идея. Сколько?
- Тебе я продам его за шестьсот. Также отдам в придачу пару магазинов к нему.
- У... У меня будут неприятности из-за покупки этого?
Такер уставился на Мисти с невозмутимым выражением лица, затем расхохотался, позабавленный невинным вопросом.
Он сказал:
- Если тебя поймают с ним, то ты купила его не у нас. Ладно? Иначе придется расплачиваться за это. Так что бери его и не рыпайся... Итак, что скажешь?
- Я... Я возьму его.
Мисти вытащила из сумочки шесть стодолларовых купюр и протянула их Такеру. Она уставилась на пистолет, удивленная силой, которую держала в руке. Кендра и Такер продолжали разговаривать, пока дилер собирал несколько магазинов с патронами для Мисти, но она их не слышала. Их голоса стали приглушенными, и весь остальной мир унесся прочь.
- Эй, - позвал ее Такер, выводя Мисти из транса.
Мисти посмотрела на дилера. В руке он держал небольшую спортивную сумку, набитую дюжиной магазинов. Она кивнула, принимая сумку.
Кендра мягко толкнула Мисти в плечо и сказала:
- Давай, пойдем отсюда.
Когда женщины вышли из его квартиры, Такер улыбнулся и попрощался с ними:
- Приятного вечера, дамы.
Мисти и Кендра спустились по лестнице и приготовились отправиться домой. Кендра болтала о пистолете, проповедуя о новых обязанностях Мисти, в то время как Мисти в изумлении смотрела на пистолет. Она не могла дождаться, чтобы увидеть, укрепит ли пистолет ее уверенность.
 Глава 7. Другой взгляд 
 
Мисти шла по тротуару, скрестив руки на груди и ссутулив плечи. Как и накануне, на ней было черное пальто поверх толстовки с капюшоном и синие джинсы. Но в этот раз надела кроссовки. Она решила, что в кроссовках будет легче убежать, чем в ботинках, если столкнется с какими-нибудь неприятностями. Пистолет лежал в ее сумочке, готовый выплюнуть пули в первого, кто станет ей угрожать.
Молодая художница провела предыдущую ночь, возясь с пистолетом. Она отрабатывала свою стрелковую стойку, пыталась прицелиться, но не выстрелила ни разу. Однако она хотела проверить, как оружие повлияет на ее уверенность в себе, поэтому решила прогуляться по центру города с пистолетом в сумочке.
Скоро солнце начнет садиться, и через час город поглотит тьма. Этот час предоставил ей прекрасную возможность исследовать и испытать себя. Ее цель была проста: она надеялась вернуть уверенность в себе и оптимистичный взгляд на мир. Она хотела стать нормальной среди своих сверстников – среди обычных людей города. Однако после жестокого нападения ее взгляд на мир резко изменился.
Разноцветные радуги сменились черными, серыми и белыми полосами. Радостные звуки детей и счастливых семей превратились в искаженное хныканье, медленное и жуткое. Улыбки превратились в хмурые и угрюмые лица. Впервые в своей жизни она почувствовала, что наконец-то стала видеть реальность по-другому.
 
На ходу она прошептала:
- Что происходит с миром?
Мисти подошла к парку в центре города. Семьям не нравились пикники на солнце, дети не играли с водяными пистолетами, а пары не гуляли по тротуарам, обсаженным деревьями.
Парк – некогда символ общины – был наводнен разгневанными людьми. Группа участников митинга держала самодельные транспаранты в поддержку президента Соединенных Штатов. Некоторые из сторонников оказались неонацистами, размахивающими щитами и факелами, как персонажи из фантастической книги. Они казались невежественными и глупыми, но в то же время гордыми и решительными. Несколько сторонников также держали плакаты в поддержку Первой поправки.
По иронии судьбы, группа протестующих в масках стояла напротив них, размахивая плакатами против фашизма, используя трубы, велосипедные замки, кастеты, кирпичи и даже ножи, чтобы запугать оппозицию и заставить замолчать. Группа, выступающая за насилие, попыталась смешаться с другой группой мирных, уравновешенных протестующих. Мирные протестующие держали плакаты, осуждающие политику президента и выступающие против расизма.
Обе группы, наполненные и запятнанные экстремистами, открыто провоцировали друг друга, и ненужная драка могла вспыхнуть в любой момент. Парк был опасным районом.
Мисти не могла не задаться вопросом: кто на самом деле борется с фашизмом? Существует ли вообще настоящий фашизм в Соединенных Штатах? Кто-нибудь из них прав? Или они все зря тратят свое чертово время?
У нее не было никаких ответов. Все это казалось просто абсурдным. Обе группы, казалось, находились на крайних концах спектра. Общество заняло позицию "мы или они" - общество рушилось на ее глазах. Она заметила кое-что еще: сотни полицейских, контролирующих толпу в парке. Их подавляющее присутствие причиняло ей боль.
Она прошептала:
- Вы могли бы помогать людям, которые действительно нуждаются в помощи. Что вы здесь делаете, черт возьми? Что мы здесь делаем?
Мисти крепко зажмурилась, отчего по ее щекам потекли слезы. Ей пришлось бороться с желанием разрыдаться. Она пожелала, чтобы участники митинга и протестующие использовали свое время и энергию, помогая выжившим – выжившим в реальной жизни. Всхлипывая, она подумала: Меня изнасиловали, людям делают больно, но где наша поддержка? Почему никто не пытается нам помочь? Почему все борются, когда мы должны исцеляться? Почему? Почему? Почему?
Мисти покачала головой и пробормотала:
- Эгоистичные ублюдки... Вы не стоите моего времени.
Взбешенная, она зашагала прочь из парка. Она боялась, что причинит кому-нибудь боль, если задержится здесь еще на мгновение.
- Эй! – окликнул ее женский голос.
Мисти оглянулась через плечо, приподняв бровь. К ней подошла женщина, одетая в черное с головы до ног. Ее лицо было закрыто соответствующей банданой, но были видны ее яркие голубые глаза и вьющиеся каштановые волосы.
Женщина сказала:
- Я видела, как ты нас разглядывала. Ты хочешь присоединиться? Нам не помешает еще несколько голов.
Мисти сказала:
- Нет, у меня уже есть планы.
- Планы? Если только кто-то не умирает, я не думаю, что есть что-то более важное, чем это. Поверь мне, это какое-то хреновое дерьмо. Кроме того, я вижу это по твоим глазам: ты - одна из нас. Ты должна бороться с фашизмом, или этот мир сгорит. Помни, нейтралитет – это принятие. Если отойдешь в сторону, то позволишь их дерьму продолжаться.
 
Одна из нас, – Мисти не смогла сдержать легкую улыбку, услышав эту фразу. Она ожидала, что женщина последует за ней с классическим жадным глотанием.
Прежде чем она успела сказать еще хоть слово, дородный мужчина, одетый в белую футболку и красную кепку, крикнул: