Поцелуй Дракона (ЛП)

— Верно, — недоверчиво фыркнул Зеб.
— Почему вы решили, что прошлой ночью на нас напали? — спросил Кирэлл отца, когда они с Осенью сели, не обращая более внимания на Зеба. — Никто не может проникнуть через границу Крубы без нашего разрешения.
Киран мгновение смотрел на свою пару, потом перевел взгляд на сына.
— Я знаю. Прости меня. Прошлой ночью я получил несколько тревожных сообщений, и когда я услышал рев твоего Монстра, я просто слишком бурно отреагировал.
— Но почему? — спросил Кирэлл.
Киран откинулся на спинку стула, прежде чем заговорить.
— Мы все беспокоимся по поводу того, что произошло за последние несколько дней.
— Из-за того, что сделал Туве? — спросила Осень, откусывая кусочек. — Хорошо.
— Из-за того, что сделала ты, — поправил Киран, пристально глядя на нее. — Ты вынудила Макави и Маайке покинуть владение, пока Туве находился под охраной стражей Совета. Им пришлось бежать из Краписа, взяв с собой только то, что могли унести их драконы. Это многих расстроило.
— Они боятся, что это случится с ними. — Кирэлл мгновенно понял, и его отец кивнул.
— Да. Ты и Осень — могущественные Высшие, и вы оба были признаны старейшинами, что считалось доселе невозможным. Теперь границы Крубы расширяются. Многие боятся, что окажутся следующими.
— Граница Крубы больше не движется, — сказала Осень Кирану, опуская ложку.
— Что? — спросили в один голос Кирэлл и его отец.
Осень только пожала плечами, ее взгляд блуждал между мужчинами.
— Я приказала ей остановиться после того, как она поглотит территорию Туве. Хотя я не стану позволять Макави и Маайке оставаться так близко к моему владению, я не вижу причин заставлять кого-либо еще покидать их дома, пока не узнаю, кому принадлежат эти владения и не пойму, угрожают ли они нам.
— Владение Торна, Валвал, находится на следующей нижней вершине, — сказала ей Никсел. — Он старший сын Туве и Макави.
— У них есть еще дети? — Осень не понимала, почему это не пришло ей в голову раньше.
— Двое сыновей, оба старше Маайке. Торн и Тоун, — сказала ей Никсел.
— Серьезно? — недоверчиво переспросила Осень.
— Что? — спросила Никсел.
— Туве, Торн и Тоун? Они не могли быть более оригинальными?
— Это традиция — выбирать мужское имя, которое похоже на имя отца, — сказала ей Никсел. — Разве на Земле не так?
— И да, и нет, — ответила Осень. — Обычно первенцы мужского пола носят то же имя, что и их отец, продолжая череду носителей родового имени. Если мужчин больше, то обычно им дается просто имя, которое нравится родителям, или другое семейное имя.
— А ваши женщины? — спросила Никси.
— Иногда это сочетание имен родителей, семейное имя, или это может быть просто имя, которое нравится родителям, или которое, как кажется, подходит ребенку.
— Значит, Осень — это семейное имя? — спросила Никсел.
— Нет. Осень — это время года на Земле. Я родилась в это время. Листья на деревьях начали менять цвет и подходили по цвету к моим волосам. — Она провела пальцами по рыжим прядям. — Родители решили, что это судьба, и назвали меня Осень.
— Какое прекрасное имя, — тихо сказала Никсел. — Твои родители, должно быть, были удивительными людьми.
— Так оно и было. Они бы вам понравились. — Осень поймала себя на том, что задыхается при мысли о том, что ее родители могли бы быть здесь, на Монду. — Им бы очень хотелось увидеть все это, особенно моему брату. Он всегда верил в драконов.
— Потому что он был одним из них. — Кирэлл накрыл ее руку своей. — Когда у нас родится мальчик, мы назовем его Джек, и тезка твоего брата воспарит в небесах Монду.
— Ты хочешь сказать?.. — Никсел замолчала, ее голос был полон надежды.
— Нет! — тут же сказали Осень и Кирэлл, глядя на нее.
Никсел подняла руки, сдаваясь.
— Я просто спросила.
— Кер, мама, дай нам чуть больше месяца вместе.
Но вопрос Никсел все же снял напряжение, заставив всех улыбнуться.
— Так вот куда бежали Макави и Маайке? — спросила Никси. — К Торну?
— Да, — ответил Киран, — и они утверждают, что нападение было не только неожиданным, но и жестоким.
— Неожиданным?! — Осень сердито посмотрела на Кирана. — У пары Макави был кристалл, который он мог получить только от генерала Террона, и Макави отказывается сообщить нам, когда он его получил.
— Она говорит, что не знает, — напомнила ей Никсел.
— Она лжет! — выплюнула Осень, ее гнев вернулся.
— Откуда такая уверенность? — спросила Никсел.
— Ты хочешь сказать, что это нормально? — Осень пристально посмотрела на свекровь. — Что ты не заметишь, что твоя пара носит два камня-ретранслятора на шее в течение двенадцати лет?
— Я бы заметила, — тихо признала Никсел.
— Как и Макави, и я уверена, что Маайке тоже, поскольку мне сообщили, что она очарована драгоценностями.
Осень оглянулась на Кирэлла, который поморщился.
— А жестокость? — тихо спросил Киран.
— Я понятия не имею, о чем ты говоришь. — Осень перевела взгляд на Кирана. — Я не знаю, что происходит, когда одно владение захватывает другое.
— Это сражение между сокровищами, Осень, — тихо сказал ей Кирэлл, и она повернулась к нему. — Их силы сталкиваются вдоль границ до тех пор, пока кто-то не будет полностью истощен или не сдастся. Если сокровище истощается, то те, кто живет во владении, подвергаются риску. Они должны решить: либо остаться и погибнуть вместе со своим сокровищем, либо бежать и бросить его.
— А Макави и Маайке предпочли бежать. — Осень не удивилась.
— Да, — ответил Киран.
— Значит, драгоценности, которые они оставили в Краписе, стали непрозрачными? — Осень посмотрела на Кирэлла, ожидая подтверждения. — Как и большинство драгоценностей из сокровищницы Крубы в тот день, когда мы прибыли туда?
Кирэлл понял, о чем думает его пара.
— Да.
— Чтобы другой Хранитель мог вновь наделить их силой. — Она обнаружила, что ей нравится эта мысль.
— Другой Хранитель? — Киран нахмурился, глядя на нее. — Вы хотите сказать, что позволите кому-то другому жить в Краписе? Так близко к Крубе?
— Возможно, — ответила Осень, но больше ничего не сказала.
— Но Крапис принадлежал семье Туве на протяжении многих поколений, — Киран не смог скрыть потрясения в своем голосе.
— Тогда он должен был сделать его сильнее, — парировала Осень.
Киран открыл было рот, но тут же захлопнул его, не в силах найти возражения.
— Так вот из-за чего все эти звонки? — спросил Кирэлл.
— Нет, — Киран должен был знать, что его сын спросит об этом. — Один был от командира стражи Совета.
— Кай? Зачем он тебе звонил? — спросил Кирэлл.
— Он информировал всех старейшин, что кристалл Туве получает какие-то передачи, — сказал Киран. — Он попытался ответить, но, конечно, не смог.
— Он не сообщил мне, — прорычал Кирэлл.
— Командир не был уверен, что я смогу передать тебе его закодированный камень, поэтому он попросил меня передать тебе и Осени эту информацию. Я сообщил ему, что доставил драгоценность, но передам его слова сам.
Кирэлл немного успокоился, но не совсем.
— Значит, кто-то, кто не знает, что Туве арестовали, пытается связаться с ним, — тихо сказала Осень.
— Похоже на то, — согласился Киран.
— Как это возможно, когда весь Монду трезвонит об аресте Туве? — спросила Никси.
— Это возможно, если те, кто ведет передачу, находятся не на Монду. — Осень посмотрела на Кирэлла. — Может быть, они на орбите.
— Что? — спросила Никси, хмуро глядя на Осень.
— И поскольку сезонные бури еще продолжаются, они и не слышали об аресте Туве, — продолжила Осень.
— Ты действительно веришь, что Туве контактировал с варанианцами? — Кирану было трудно в это поверить.
— Надеюсь, что нет, — сказала Осень своему свекру, — но если так, что с ним будет?
— Ну, если это окажется правдой, — начал Киран, — то Туве посадят в тюрьму, а не убьют.