Чужая земля (СИ)
Именно по-этому я со всеми чертежами возилась сама, но работать руками заставила Сефу. Да, тщательно отслеживая и проверяя каждое его действие. В конце концов это мне придется рисковать жизнью. Кроме того, в отличии от всех остальных, Сефу уже знал, какое мощное оружие представляет из себя диск. Он лично видел, как коснувшись края диска факелом я вызвала серьезный пожар. И, пока он молчит об этом, это оружие дает мне в борьбе серьезное преимущество. Очень серьезное. Мне вовсе не хотелось залить страну кровью. А именно такая угроза могла устрашить противников на столько, что они откажутся от борьбы. Кто же пойдет воевать с неведомой божественной силой?! Это вам не мечами и луками людей убивать. Для Джибейда все это вполне естественно и бойцов он жалеть не будет. А уж сколько мирного народу пострадает – вообще отдельная тема! Так что страх, страх и еще раз – страх перед неизвестностью. Это и есть мое главное оружие.
Пробный вылет на «Айвенго-2» я назначила на вечернее время. Не хотелось бы рассекретить его раньше времени. Кроме того, я несколько опасалась своего умения управлять им. Да, тело царевны было гибким и тренированным. Но, памятуя мои странные жесты, я понимала, что память тела – сильная штука. А если оно, тело, испугается высоты и заистерит, впадет в панику или в ступор? Да и сама я, надо сказать, много лет не летала. Так что тренироваться я собиралась по полной.
Кроме того, для моего плана нужна была еще и полная луна. Чтобы меня могли рассмотреть, но не слишком хорошо. А до полной луны еще две недели. За это время солдаты Джибейда дойдут до места и соберутся в обратный путь. Тут-то я с ними и побеседую.
Даже такой, слепленный из бамбуковых стеблей и папируса, скрепленный где бронзовыми скобами, а где и просто перевязанный прочными кожаными ремнями, «Айвенго» был прекрасен! Мне казалось, что вместо крови у меня в венах кипит шампанское! Все же дельтаплан – удивительное изобретение! Ни с чем не сравнишь это фантастическое чувство полета без мотора и без запаха бензина! Я скользила над водами Нила и взмывала в верх на плотных слоях воздуха! Последнее время ветра становились только сильнее, близился зимний период, и, как говорят, скоро они могут превратится в песчаные бури, но пока – самое то, что нужно!
Села я несколько неудачно. Нет, между сигнальных огней я попала, но немного не совладала с ветром и вывихнула ногу. Ничего серьезного, но потрясенные воины, из тех, кто был допущен для охраны меня, упали ниц, а Сефу и Хасем, как мне показалось, боялись ко мне приблизится. Один Имхотеп, не взирая на возраст, кинулся сразу же, как только я приземлилась.
– Царевна?! Царевна, это было так необыкновенно! Царевна!
– Помоги мне, Имхотеп… Я немного потянула лодыжку… Давно не летала…
– Царевна? Что значит – давно?!
– Эм-м-м… Ну, я имею в виду, что раньше я летала только в чертогах Ра…
Подошел Хасем, чуть дрожащими руками помог мне расстегнуть и развязать все ремни и крепления, подхватил на руки и понес в дом…
– Прости, царевна…
– За что. Хасем?
– Я сомневался, что в тебе течет кровь божества!
Мне стало неловко. Врать я никогда не любила, хотя последнее время и делала это регулярно. Но как иначе? Как я смогу объяснить всем, что я не царевна Инеткаус, а совершенно другая личность из другого мира и времени?!
– Хасем, дело не в моей крови. Если ты захочешь, после тренировок и ты сможешь летать так же. Дело в тех знаниях и умениях, которые у меня есть.
– Да, царевна, я понимаю. Но эти знания ты получила от Великого Ра! Ты избранная, царевна!
Ну, вот и поговорили… Я испытывала странные чувства. С одной стороны, мне было приятно его восхищение. Даже некоторое преклонение – тоже годится. Меньше шансов, что меня отодвинут в сторону и превратят в родильный аппарат для блага династии. Но вот в Избранные лезть…Хотя, что именно меня так пугает? Да, я не Нео из «Матрицы». Но и Хасем не вкладывает в это слово такой смысл. Или – вкладывает? И что для меня лучше?
Одни вопросы и никаких ответов.
На ногу положили компресс и тугую повязку, к утру осталась небольшая опухоль. Я чуть хромала, но ходила сама.
Поэтому с самго утра мы сели разрабатывать план по устрашению войска Джибейда. Пусть даже и части войска. Но Бомани, что ведет их, является военачальником и доверенным лицом Джибейда. И если в столицу прибегут несколько сотен ошалевших от страха солдат, то и сопротивляться нашим войскам будут не так уж и активно. Значит, будет меньше смертей. А самому Бомани Джибейд поверит больше, чем солдатам.
Время для тренировок у меня еще есть. Все должно пройти без всяких эксцессов.
Глава 20
Уже отдыхая дома, по окончании всей этой эскапады, я перебирала в памяти факты и картинки, пытаясь представить, как именно выглядело действо с точки зрения солдат и Бомани…
Если опустить мои ежедневные тренировки, если не брать во внимание, сколько раз я моталась туда-сюда с помощью диска, перенося части «Айвенго-3», Сефу и Хасема, то выглядела картина, по меркам любого мира, устрашающе и мистически.
Обычная осенняя ночь, несколько сот солдат стоят лагерем, горят костры и к ним жмутся кучки людей – пустыня рядом и мерное завывание ветра действует на нервы. Отдельно пасутся кони, выпряженные из боевых колесниц. Травы почти нет, но Бомани перевешал кучу крестьян и взял, что хотел. Обоз с зерном и живностью охраняют даже ночью, а для боевых коней отборное зерно насыпано в торбы. Кони не должны голодать!
Сам Бомани развлекается в роскошном шатре с парой крестьянских девчонок. Им за счастье должно быть то, что на них упал взгляд такого человека! Потом он, может быть, подарит им по куску ткани и отправит домой. Или продаст их на невольничьем рынке. Да, пожалуй, рынок – предпочтительнее. И девки будут меньше болтать, да и взять за них можно совсем не плохо. Та, что дочка старосты – умеет и читать, и писать, и, даже, играет на арфе. И крестьяне еще утверждали, что голодают и живут в нищете! Эти низкорожденные шакалы совсем не чувствовали страха и пытались сопротивляться! И кому?! Воинам фараона… Или стоит подарить девок помощникам? Как награду за удачный поход…
Додумать свои мысли уставший и разомлевший Бомани не успел – за натянутой стеной плотной ткани, защищающей от ветра и вездесущего песка, раздались странные звуки, похожие на звук рога и крики воинов. Кричали и стражи, стоявшие у входа в шатер…
Нападение?!
Воин всегда остается воином. Стряхнув с себя старающуюся изо всех сил девицу, не заботясь о том, что к ее синякам добавятся новые, Бомани схватил свой бронзовый хопеш, подарок самого Джибейда и, перевязав чресла, выскочил из шатра. Во второй руке сам собой оказался топорик, взятый в бою под Нубией у местного царевича. Говорят, при ковке топорика использовали небесное железо и владелец его не будет знать поражений в бою. Врут, конечно. Бомани же победил бестолкового мальчишку, чья охрана была перебита и лично раскроил ему голову! Но топорик и впрямь хорош, острее и крепче любой бронзы.
Войско лежало ниц! Всё войско! Никаких нападающих не видно, ни одного человека… Да что происходит-то?! С ума сошли, что ли?! А кони? Почему все они разбежались и никто не ловит?!
Бомани толкнул ногой одного из валявшихся лицом в землю охранников:
– Что?! Что происходит?!
Пришлось пихнуть ногой еще раз – с первого до солдата не дошло…
– Отвечай!
– Птица, господин! Огромная птица!
Все войско полегло при виде большой птицы?! Но возмутится и ударить солдата еще раз Бомани не успел…
Голос с небес, нечеловечески громкий, какой-то гулкий и страшный, возвестил:
– Внемлите голосу Великого Ра, смертные! Гнев мой падет на Джибейда и страну, ему покорную! И гнев мой будет страшен и неизбежен!
На черном фоне неба розовела гигантская восходящая луна, обитель богини Нут. И на фоне этой луны, в ярком свете, прямо в лицо Бомани летела богиня-птица! В руках ее собственным светом горел золотой диск Ра и разум мутился от этой безумной картины. Бомани так и замер, ощутив дуновение ветра и провожая взглядом чудовищную птицу, говорящую голосом богов… Не долетая до его шатра, она взмыла ввысь и растворилась в черной бездне неба. Тишина была такой, что казалось, он слышит шорох песка под своими ступнями. И эта тишина все длилась, и длилась, и длилась… шелестели сухие листья пальм, вплетая этот незатейливый звук в шорохи пустыни, но люди все еще боялись шевелиться… Где-то далеко жалобно заржала лошадь. То ли напал ночной зверь, то ли вывихнула ногу, машинально отметил Бомани. Люди вокруг начали неуверенно отрывать лица от земли.