Очень эльфийский подарок (СИ)

Деррен поморщился и снова мазнул взглядом по “творчеству” Гэри.
— Скажем так. Судя по внешним проявлениям, тут скорее либо “Прощальный поцелуй”, либо “Горький вкус расставания”, либо всё же “Сладкая одержимость”…
— Чудные названия! Эти мне эльфы и их склонность к пафосу…
— Ну-ну. Как же хорошо, что драконам это не свойственно! — я только фыркнула в ответ на неприкрытое ехидство, прозвучавшее в его голосе. — Так вот, если первые два, то всё не так уж плохо. Если последнее, то значительно хуже.
— Ты думаешь, что это последнее. Сладкая одержимость, — я даже не потрудилась сделать тон вопросительным.
— Да. Но для Гэри будет лучше, если я ошибаюсь. А я могу, потому что, хоть и разбираюсь неплохо в магии сидхе-данан, но не один из вас.
Он не верит, что ошибается, это было видно по глазам.
— Ты хотел сказать — из них, — заметила я сухо. — Я — дракон, если ты не заметил.
Он как-то насмешливо улыбнулся и словно невзначай быстро провёл пальцами по моему уху, ласково погладив шрам.
— Заметил.
Я усилием воли подавила дрожь. И с удовольствием позволила ярости вытеснить странную беспомощность… но Деррен и сам, кажется, понял, что перегнул палку.
— Не будем придираться к словам, милая, — поднял он руки, будто сдаваясь. — Факт остаётся фактом: лучше будет, если окончательный диагноз тут поставит кто-то, кто на эльфийских чарах подчинения съел жука крэ. По счастью, у нас есть на корабле несколько остроухих личностей, которым имеет смысл задавать вопросы по этому поводу. Можем даже сравнить ответы и ради такого дела кого-то из спящих красавцев разбудить.
— Так их откачали? — каюту с эльфами в стазисе предсказуемо затопило. Но стазис он на то и стазис, что замедляет до минимума дыхание и сердцебиение. Эльфов вытащили довольно быстро, и лекари давали хорошие прогнозы.
— Да, откачали. Но я бы советовал начать с нашего персонального принца Болотных Огней. Подобная дрянь — именно его вотчина.
Я поморщилась. К Ирону у меня после недавних новостей было сложное отношение, и доверять ему ещё одного моего близкого друга не хотелось.
Деррен снова понял всё правильно:
— С твоего позволения, я сам задам ему вопросы. И очень внимательно послушаю ответы.
Что же, лучше так, чем вообще никак. И у меня остался только один вопрос:
— А что с Болли? Капитан её не убил, надеюсь? А то у меня, похоже, наметился повальный дефицит кадров.
— А что ты хотела — после визита к эльфийским матриархам? Вы ещё легко отделались, можно сказать. А насчёт Болли — да что ей сделается? Но она пока у Капитана.
— И что они там делают?
— А ты как думаешь? — уточнил Деррен вкрадчиво. — Нет, есть несколько вариантов. Возможно они, например, активно пишут поэму. Или отжимаются от кровати. Но я бы всё же поставил на самый очевидный вариант, благо не так уж часто моему старому приятелю попадаются темпераментные девчонки, которые спокойно относятся к его облику и природе. Ради такого и парочки секретов не жалко… Хотя я бы на твоём месте не обольщался: ничего важного он ей не выболтает.
Я поморщилась. И правда, глупый вопрос. Следовало бы по первой реакции Мёртвого Капитана догадаться, что он не так уж мёртв. Или, как минимум, мёртв не везде… Как звучит-то, а? В общем, типичная высшая нечисть, не лишившаяся некоторых приятных бонусов, положенных живым.
Глупишь, Иэ. Непозволительно притом.
Как же я устала… Получится ли опереться на стену так, чтобы Деррен не заметил? Вот уж вряд ли. А значит, нельзя.
— Пойдём уже, — сказала я сухо. — Послушаем, что хорошего нам расскажет эльфийский принц.
 27 
 
Ирлина
*
Я смотрела на чистый лист бумаги и впервые в жизни искренне, ото всей души сочувствовала писателям.
Меня настиг творческий кризис… Или просто очередной приступ робости, который часто накатывал при общении с противоположным полом. Неужели этот дневник действительно поможет мне общаться с принцем, который меня полюбит? И если да, то что я должна написать ему?
Все варианты казались то глупыми, то банальными, то совершенно неуместными. Принц, опять же. Как с ним правильно здороваться? Нет, разумеется, я сдавала экзамен по основам этикета — без этого в свиту принцессы меня бы просто никто не взял. Но даже если так, то откуда мне знать, из какой он страны? Как же сложно…
 
— Ну что ты так нервничаешь? — фыркнул Ирон. — Было бы из-за чего!
“Это ведь мой принц, — вздохнула я. — Возможно”.
Ирон скривился.
— Ага, — протянул он. — Вот именно что “возможно”. Спятившая похмельная моль тебе и не такого наговорит. Не знаю, что она там задумала, но я бы делил её заявления как минимум на десять.
“Зато ты у нас, разумеется, образец честности, — хмыкнула я. — Прямо эталон”.
— Знаешь, — сказал он серьёзно, — с тобой я честнее, чем с кем-либо в этом мире был. Ну… По крайней мере, во взрослом возрасте и вменяемом состоянии.
“Дай угадаю: это как-то связано с тем, что я не могу о тебе ничего рассказать?”
— И это тоже. Но поверь мне на слово: совсем ничего не может рассказать только мертвец. И по всем правилам я должен был позаботиться, чтобы ты стала очень молчаливой, а не спасать тебя. Да и чары молчания были щадящими… Я не ждал, что они переплетутся с магией Найона и причинят тебе вред. Мне жаль. Тем не менее да, не будь ты под заклятьем, я не мог бы быть с тобой откровенен. Моя цель слишком важна, чтобы твоя жизнь… или моя… или чья-либо ещё могла быть равноценной.
Кажется, это удачный момент…
“А что за цель хоть? Спасти сидхе-данан, так? И вы с вечно похмельной пикси выступаете командой по спасению?”
Он насмешливо улыбнулся, будто намекая, что маневры мои для него прозрачны, как горный ручей. И когда я уже думала, что ответа не будет, он всё же последовал:
— Да, несмотря на убогий вид нашей чудо-команды, мы действительно хотим спасти эльфов. Мы очень долго ждали, и время действий, наконец, пришло. Истинная Королева скоро родится. И, судя по всему, произойдёт это в Драконьей Империи. Мы должны найти её… до того, как это сделает мистресс.
“И убить?” — насторожилась я.
— И защитить, — ответил он спокойно. — Истинная Королева — наша единственная надежда на возвращение нормального мира, прощение нашего Бога, на развитие, на то, что мужчины перестанут быть… вещами. У эльфов ведь не всегда был такой ужасный матриархат, знаешь? Да, правит всегда Королева, это правило для эльфов яркой стороны луны. И наследование зачастую ведётся по женской линии. Но в остальном такого безумия не было и близко до того, как Мать Богомолов стала нашим псевдобожеством. То положение вещей, что сейчас, отвратительно… Но не стоит отвлекать меня и отвлекаться самой, милая моя жертва фейского произвола. У нас на повестке твой якобы принц.
По правде, про Истинную Королеву мне послушать было намного интереснее, но иногда нужно вовремя понять, что надо сменить тему. Так что я, вздохнув, призналась:
“Я не знаю, что ему писать!”
— Давай я напишу, — предложил Ирон мгновенно. — Посмотрим заодно, что там за принц! Какого размера у него замки и хорошо ли корона стоит. А то знаю я эту моль! Ещё отдаст тебя невесть кому…
Я подозрительно покосилась на Ирона. Что-то мне подсказывало, что после переписки с ним неведомый принц забежит от меня дальше, чем видит.
“Нет уж, я сама”.
— Ну как знаешь. Я тогда просто почитаю.
“Нет!”
— Почему? — на меня смотрели самые обиженные глаза на свете.
Я вздохнула.
“Вот можно подумать, ты сам не понимаешь, почему”, — сложно сделать ментальный голос ворчливым, но у меня определённо получилось.
— Не знаю, — безмятежно улыбнулся Ирон. — Я умел соблазнять и манипулировать ещё тогда, когда твоя прабабка ходила пешком под стол. А значит, смог бы добиться нормального результата намного быстрее. И подсказать что-то толковое.
“Ты же мужчина!”
Аргумент о том, что я стесняюсь, благоразумно оставила при себе.