Очень эльфийский подарок (СИ)

Нет приворотов. Не чувствую чар.
Может, мне показалось? Может, он правда настолько увлёкся?..
— Ладно, иди уж, — махнула рукой я, — отдыхай. Но побудь пока на магической изоляции, хорошо? Хотя бы пару дней.
— Не вчера родился! Хорошего дня, моя принцесса!
— Хорошего дня… — я проследила, как дверь закрывается за ним, а после распахнула резную шкатулку. Заклятие тишины слетело, и оттуда раздался громкий храп.
— Эй, крёстная, — сказала я, — дело есть.
— Хр-р-р… хамка ты, принцесса! И никакого уважения к крёстной фее. Я для тебя, между прочим, со всей любовью… А ты тиранишь, за крылышки хватаешь…
— Да. А ещё служанок к тебе приставляю, даю доступ к запасам на корабле, в том числе — к алкоголю и артефактам, предоставляю каюту, требую переоборудовать её под твой размер… Мне продолжать? И вообще, уважаемая крёстная, коль уж мы покинули эльфийские берега, я жду от тебя пикантного предложения.
Пикси, судя по всему, даже слегка протрезвела.
— Погоди, какого предложения? Ты что, из тех, которые не эти?! Понятно теперь, почему тебя прекрасные рыцари не интересуют! Ох, бедные мои крылышки! Как же мне быть-то теперь?!
Я подпёрла подбородок кулаком, с любопытством наблюдая за возмущением малявки. Дождавшись перерыва в монологе, я заметила:
— Вообще-то я скорее из этих, которые не те. Так что рыцарями вполне интересуюсь, хотя обычно всё же предпочитаю магов, желательно оборотней. Так что — мимо. С другой стороны, многое зависит от обстоятельств. Длинная жизнь, свободные драконьи нравы, ледяная наследственность, тяга к экспериментам и всё такое… Тем не менее, уж извини, но ты для меня в любом случае слишком мала. Я люблю экзотику, но не до такой степени. Так что перестань истерить и чушь нести, пожалуйста. Я от тебя жду предложения, которое каждая принцесса хочет получить от своей крёстной феи.
— З-замуж?
Я закатила глаза.
Работать и работать…
— Тяжёлый случай… Деловое предложение, пикси. Желательно в письменном виде, но так и быть, могу и выслушать для разнообразия. Потом заключим контракт…
— Но феи не заключают контракты с подопечными!
— Серьёзно? — подняла брови я. — И как это должно выглядеть в твоём представлении? Вот, предположим, есть у нас какая-то гипотетическая принцесса. Допустим, даже ненаследная. Чтобы не усложнять. Так вот, даже вокруг такой принцессы с самого её рождения будет крутиться множество ожиданий, сомнений, ограничений, интриг… В каждом письме — яд, и хорошо если только словесный; в каждом кармане — кинжал убийцы или перо доносчика. В таких обстоятельствах никто никому не верит. И ничего нельзя пускать на самотёк…
Пикси села на край шкатулки, встряхнула крылышками и вдруг спросила совершенно трезвым голосом:
— Ужасное у тебя было детство, да?
Интересно…
Я чуть прикрыла глаза, вспомнив, как стынет кровь убийцы на плюшевых игрушках.
— Нормальное — для маленькой принцессы. Обычное, даже удачное. По крайней мере, моя семья любила меня…
… пусть и меньше, чем моего брата. Но это лишь неуместная ревность, которую надо в себе давить всеми силами.
Потому что она ужасно несправедлива.
Как ни крути, Или родился в благословенное время, мирное и относительно спокойное. Родители к тому моменту успели укрепиться на троне, границы — нормализоваться, а социальные противоречия — слегка утихнуть. И рождение моего младшего брата окончательно положило конец большинству притязаний на папин трон. Так что у семьи было время (иногда, но всё же) на то, чтобы проявлять свою любовь.
Со мной всё вышло иначе.
Я родилась через сорок лет после того, как дедушку, Ими Великого, всё же удалось прикончить. Трон достался папе, но мало просто водрузить задницу на сие чудное седалище; его надо удержать. И вот тут, разумеется, и начинаются проблемы.
Как известно, большая империя крошится по краям, а падальщики слетаются, когда дохнет большое животное. Да, путём манипуляций, которые достойны войти в учебники интриг, дядюшка Кио сумел удержать власть в руках отца. Но всё равно Драконья империя тех времён напоминала игру на выживание, где усидел на Троне ещё денёк — уже великий герой.
 
Родители надеялись, что позиции их немного упрочит рождение наследника. Но и тут не повезло: получилась я. И тень этого разочарования, кажется, навсегда легла печатью на наши отношения с ними… Особенно с отцом. Раньше я думала, что это касается меня. Теперь, с высоты опыта, мне очевидно: отец стыдится того разочарования, стыдится своей холодности, хотя никогда и не скажет этого вслух.
Одна из множества теней прошлого…
Так или иначе, во времена моего детства вопросы любви не стояли; выживание было актуальней.
 11 
 
— И что, — не отставала пикси, — верила ты в любовь, когда была ребёнком? Хотела встретить свою судьбу? Найти счастье?
— А судьба и любовь — это что, тождественные понятия? — усмехнулась я. — Любовь не нашёл — значит, паршивая судьба, счастья нет? Даже если добился всего, чего сам хотел? Даже если счастлив?
Она почесала нос.
— Лет тебе сколько?
— Четыреста семьдесят пять, — ласково улыбнулась я.
Пикси душераздирающе вздохнула.
— Безнадёжно! Я читала пособие по старым девам, которые перестали верить в любовь. Но чтобы настолько старым…
Я рассмеялась.
— Остроумно. Ладно, пошутили и хватит! Давай возвращаться к серьёзному разговору. Там, в саду, когда ты собиралась съесть мои пальцы, а я — заполучить цветок, нам обоим было не до подробностей. Мы заключили предварительное соглашение: я забираю тебя в этот мир, ты отвечаешь на мои вопросы. Теперь у нас есть возможность нормально поговорить, так что я предлагаю обсудить условия твоей службы более подробно. Срок, зарплата (или вознаграждение в другой форме), отпуск и всё в таком духе. Что скажешь? Или ты предпочтёшь улететь на все четыре стороны? Тогда обсудим минимальный срок, в течение которого ты ответишь на вопросы наших учёных. Потом можешь улетать.
Пикси пару мгновений хлопала на меня глазами, а потом… разревелась. Громко так, с подвываниями и всхлипываниями.
Не поняла. Что и озвучила.
— Засада-а-а, — провыла фея. — Я хочу на свободу! Ты бы знала, как хочу! Но не получится!
Предположим.
— Почему?
— Потому что я — крёстная фея! И должна обеспечить кому-то долго и счастливо! Выдать простую девушку за принца, найти любовь принцессы! Только так я окончательно освобожусь от власти проклятого сада!
Я смотрела на неё, понимая, что запросы моих новых сотрудников просто поражают своей масштабностью. И, что самое интересное, вряд ли на этом этапе я могу повернуть назад: сделка заключена. Впрочем, для начала послушаем подробности.
— Слушай, крёстная… как тебя зовут, кстати?
— Не знаю, — сверкнула глазками-бусинками она, — в этом вся проблема.
— Чем дальше, тем интереснее… Хорошо, пока будешь просто пикси. Если придумаешь себе рабочее имя, скажи. А пока что давай вернёмся к нашим баранам. То есть, к твоему проклятию. Откуда оно вообще взялось? И каковы условия?
Садовая фея тяжело вздохнула.
— Ну, если коротко, то нас проклял Лесной Царь, — выдала пикси.
Я досадливо поморщилась, мысленно подправляя пометку “уровень неприятностей” напротив феи. То есть, не поймите неправильно: Лесному Царю у нас в стране поклоняются, Храмы строят и всё в этом роде. Но вот ведь незадача: он от этого не перестанет быть Верховным Привратником, Хранителем Бездны, Богом тьмы и зимней стужи… В общем, все регалии этого многоликого существа перечислять устанешь. Но суть в том, что его проклятия — это серьёзно. Это можно сразу ложиться лапками кверху. И браться его снять…
— А почему тебя прокляли?
— Не только меня, — помахала ножками пикси. — Скорее… нас.
И снова тишина.
Нет, так не пойдёт!
— Давай так: либо ты мне сейчас подробно всё рассказываешь, либо я плюю на твою проблему и сдаю тебя с рук на руки магам-исследователям. У меня нет времени сидеть и ждать, когда ты изволишь заговорить!