Цивилизатор в СССР 1978 (СИ)

Вот только в «сознание из будущего» она по прежнему не верила. И по прежнему усиленно искала логичное объяснение. Версии должны быть проверены.
Два момента, могущих быть зацепками к той нити, которая дала бы логичное объяснение происходящему у неё были.
Усилиями сначала одного главного редактора Пичугина, а затем и работавшего параллельно местного оперуполномоченного комитета, проведших за несколько месяцев большую работу, удалось собрать все известные сведения об окружении вундеркинда. О родственниках и знакомых его семьи.
Первая версия, с интересом его отца к мануальной терапии, а фактически — «знахарству и костоправству» в виде вполне себе полезного массажа, выросшая на случайно вылезших фактах контакта того с подобным престарелым костправом в городе, который передавал «опыт», вкупе с предположениями о каких-то возможных «ненаучных теориях», которым отец мог запудрить голову ребёнку, окончательно развалилась в личном разговоре, устроенном Еленой Борисовной.
Она «честно призналась» родителям в том, что «уровень развития Ванечки» превосходит всё, что имелось у других детей-вундеркиндов, известных советским учёным. И, в попытке как-то объяснить происходящее, и понять, что послужило спусковым толчком феноменального опережающего развития Ивана «она собирает всю информацию об родственниках и знакомых ребёнка».
Родители купились на эту версию и разоткровенничались во многих отношениях. Тем более, вполне себе реальный ореол референта ректора МГУ скрывал в своём блеске шитую наскоро и белыми нитками версию.
Правда, при рассказе отца ребёнка и развалилась первая версия. Всего лишь личный заскок предка ребёнка по мужской линии. Ребёнок, похоже, вообще ничего об этом не знал.
Вторая версия выглядела более логичной и многообещающей.
Кондовые предки из числа старообрядцев со стороны матери ребёнка, а также её родного брата, нашедшего себе пару из числа подобных из Рязанской области, с корнями из старообрядческого духовенства «славились» шедшими из глубины веков традициями предсказаний «конца света»…
Развитие интеллекта юного гения, поглощавшего взрослые книги, читавшего периодику и интересовавшегося политикой, под влиянием, предположительно каких-то пророчеств от старшего поколения могло, странно преломившись, сильно сдвинуться в том направлении, которое выразилось в его политико-апокалиптических письмах.
Единственная версия, которая хоть как-то что-то объясняла…
Но тема религии была той, с которой требовалось быть осторожнее, учитывая фанатичность подобных людей.
Не став сильно педалировать эту тему в разговоре с родителями (мать ребёнка сама лишь мягко обмолвилась про «сильно верующую» собственную — бабушку Ванечки), она, уже на прогулке, ошеломлённая стилем разговора ребёнка, коснулась темы сама.
И из него такое полезло!
Маленький гениальный негодник, подозрительно смотрящий на неё из-за спин своих родителей, которых полковник в разговоре дома у них же пыталась уговорить на «Ване нужно в Москву, в специнтернат!», не сделал ни одной попытки поддержать её, хотя ранее сам, судя по словам Пичугина и докладной записке генерал-майора Щербинина, намекал на «изобрести версию для родителей».
Отчего-то его выражение лица, не видимое сидевшими к нему спиной родителям, становилось всё жёстче и злее.
Поэтому всё мог решить разговор тет-а-тет.
Она и начала его напрямик, чтобы всё стало понятно ей самой. Дитё, в основном отмалчивавшееся дома, в присутствии родителей, действительно будет отвечать ей как взрослый или…
Что же… Она добилась своего. Он заговорил как взрослый. Теперь она видела это сама.
— Выкручивайтесь, как хотите, Елена Борисовна. У меня нет желания рвать контакты с семьёй. Уж придумать что-то советское государство может, чтобы не доставлять хотя бы тут проблем мне и родителям. Я и так рискую всем, вы сами это поймёте, когда проникнетесь тем, что я в клювике вам принёс. Могли бы придумать что-то поизящнее, чем «интернат для одарённых детей». Пипец, если честно. Я — не одарённый ребёнок, я взрослый, моё сознание из будущего попало в собственное детское тело! Мне не нужны детсад, интернат, школа, разве что… второе высшее могло бы пригодиться… я тупо страдаю от ограничений юного тела. Решите эти проблемы, чёрт возьми! А взамен я подарю вам, пусть и ограниченный обывательской точкой зрения, но всё таки ход истории мира на почти полвека вперёд… неужто всё так плохо в стране советской, что власть имущие не могут чего-то придумать? А впрочем… — действительно всё плохо… я лучше вас знаю. Я видел всё, что написано в письмах и намного больше того, чего вы ещё не слышали. А вы сейчас, какие-то там версии изобретаете. Вот скажите, причём тут то, что часть моих предков старообрядцы? Антисоветчину ищете? Не там ищете…
 
— И в мыслях не было! — слегка покривила душой Елена Борисовна —…скажите, Иван, а ваша бабушка, которая как я понимаю, сильно верующая, не вела с вами разговоров о конце света?
Всё же ей удалось прервать поток недовольства «5-летнего» и попробовать узнать что-то больше.
«Ребёнок» захихикал.
— Ах, вон в каком направлении ваши попытки развернулись. Про апокалипсис значит, полагаете, мне предки вкрутили? Что же, не разочарую вас. О да! Моя бабушка крайне религиозна. С начала 80-х, когда они с дедом переехали сюда, мне много раз приходилось отбивать попытки промытия мозгов. Моя дорогая, и любимая бабушка со стороны мамы, в отличие от неё, не очень то любила читать. Да и не умела толком… маму и дядю Гришу выучили, да… а сама только книжонки религиозные обожала, тупо заучив содержание. Сколько раз, уже когда я учился в школе и забегал к ней после учёбы, повторялась одна и таже ситуация… она извлекала одну, столь любимую книжку с пророчествами апокалиптическими, «пророка Исайи» или как там его и начинала компостировать мозги. С упорством, достойным лучшего применения… а ещё… молитву выучи, перекрестись перед едой, в пояс кланяйся, на пол пади, в церкви постой и кланяйся, кланяйся, кланяйся. Рабы мы божьи… заеб… — ребёнок едва удержался от матерного слова. — …Сколько раз приходилось, с переменным успехом, отбиваться. Понятно, что чем старше становился, тем легче это удавалось. Но как ранили моё сердце эти конфликты с ней… чёрт… разнервничался даже! — шмыгнул носом ребёнок —…короче, Елена Борисовна, я вас понял. Не там копаете, не те версии строите. Вы коммунистка? Так вот, уверяю вас, мой атеизм ещё более радикален, чем ваш. Я видел религиозный… если так можно выразиться… ренессанс с конца 80х в стране и те, иногда совсем уродливые формы, которые он принял в 90-х. Да-да! Вот только ваша, коммунистов, вина в этом очень велика. Просто маятник в обратную сторону качнулся… плохо понимаете, да? Ну что же, я вам всё уже сказал. Сначала — признание моей дееспособности и решение возможных проблем для моей семьи, а всё остальное — после. В том числе «пароли, явки, адреса.»… как шутил один известный человек в будущем. Хватит вам пока и моих сбывшихся предсказаний насчёт Ирана. Про фильм то про мушкетёров и песню проверяли уже?
Как он мгновенно переключается с одного на другое… любопытное мышление.
Вторая версия про связку «чтения про политику ребёнком + старообрядческие предсказания конца света от родственников» рухнула с грохотом, едва она попробовала позондировать настроения ребёнка на эту тему.
Да, ныне она самолично убедилась в том, что Пичугин, Коноплёв и Щербинин описывали как «взрослый в детском теле».
— Юрию Владимировичу понравился фильм про мушкетёров и песни из него. Он мне сам сказал об этом… — решилась полковник КГБ.