Анархист (СИ)
Но ответа не было: генералы Коллер и Ешоннек резонно указывали на тот простой факт, что запрет бомбить правительственные учреждения Лондона до их сведения никто не доводил. Остальные авиаторы просто исполняли должным образом сформулированный, зафиксированный на бумаге и чётко отданный приказ. Что касается сверхъестественной меткости, когда пять бомб, управляемых неизвестными устройствами, поразили пять сооружений высокой степени защищенности, то ей особо не удивились: русские уже два года демонстрировали подобную точность. Почему бы и немецкому инженеру не создать прибор подобный тому, что был создан русскими?
Тут же возникла идея начать серийное производство приборов управления, так хорошо показавших себя в деле, и с их помощью переломить ход так неудачно идущей войны. Но воспроизвести приборы управления не удалось: инженер Геншер ещё в полёте, увидев выдающийся результат работы своих приборов, от восторга испытал шок и умер вследствие кровоизлияния в мозг. Попытка вскрыть сейф, в котором хранились чертежи и вообще все результаты работы Геншера за последние пять лет, привела к активации семи термитных шашек, которые уничтожили все бумаги и все приборы, находящиеся в сейфе. Остались лишь пепел, да покоробленные от огромной температуры стальные коробки приборов, а в них оплавленные кусочки меди, стекла и начинки электронных ламп.
Всем было известно, что Геншер параноик, потому никто и не удивился последней выходке, приведшей к уничтожению всего наследия этого, безусловно, гениального инженера.
В общем, всё списали на Её Величество Случайность.
Эмиссары Гитлера вышли на первых в очереди наследников британского трона — губернаторов Канады и Австралии, в надежде заключить мир, но не вполне удачно: Александр Кембридж, генерал-губернатор Канады пошел было навстречу, но скоропостижная смерть остановила его: вечером 15 октября 1943 года Александр Огастес Фредерик Уильям Альфред Джордж Кембридж почувствовал себя плохо и к утру скончался.
А вот генерал-губернатор Австралии, герцог Глостерский, закусил удила и возжаждал отомстить тевтонам за смерть своих родственников. Он немедленно объявил себя наследником британского трона, погрузился на тяжёлый крейсер, и в сопровождении эскадры, включающей два авианосца, плавучий госпиталь, танкер и судно снабжения, не считая артиллерийских кораблей, и помчался занимать вакантный трон.
Немцы и итальянцы вывели свои флоты в море, чтобы перехватить такую важную цель, но океан большой, и теперь им оставалось только надеяться, что рыбка попадёт в сеть.
Но это был ложный след.
Австралийская эскадра везла не наследника британского престола, а его двойника. Сам же Генри Уильям Фредерик Альберт на дальнем бомбардировщике, из которого выкинули всё лишнее и установили дополнительные топливные танки, вылетел другим маршрутом. Из Австралии в Индию, оттуда, через Иран в Москву.
В Москве герцог встретился со Сталиным, и на трёхдневных переговорах подтвердил все прежние договоренности, а главное, союз против Германии, и её сателлитов.
О том, что Британия собиралась выступить против СССР, герцог знал, но посчитал, что это уловка, при помощи которой Гитлер сумел собрать в одном месте высшее руководство вражеской страны, и уничтожить одним ударом.
Самый серьёзный торг между Москвой и Лондоном возник из-за продовольствия. Метрополия, оторванная от колоний, испытывала страшный дефицит в продуктах питания. Поставки из Индии и Австралии были крайне невыгодны из-за огромных расстояний, и соответственно, времени, затрачиваемому на каждый рейс. Торговые суда требовались на других направлениях: для перевозки оружия и снаряжения, для доставки стратегического сырья, для перевозки войск. Кроме того, вывоз продовольствия из Индии неминуемо приведёт к массовому голоду и, как следствие, массовым волнениям, которые могут повлечь за собой потерю Индии для Британской империи.
А в России, как достоверно известно, несмотря на тяжелейшую войну, потерю плодородных областей и мобилизацию мужского населения, проблем с продовольствием не было.
Сталин указал принцу Генри на тот факт, что наша страна уже поставляет в Англию продовольствие, и готова в несколько раз увеличить эти поставки, но в обмен хочет несколько вещей. Во-первых, отказ признавать польское правительство в изгнании и вообще отказ признавать Польшу в качестве государства, поскольку поляки фактически считают себя гражданами Рейха и служат как в Вермахте по призыву, так и в СС добровольцами. Причём уже сформировано девять польских дивизий СС, что указывает на то, что поляки служат Германии как своей стране.
Во-вторых, Советскому Союзу нужна продукция химической промышленности, и будет лучше, если эта продукция будет производиться на собственной территории СССР. Иными словами, нам нужны химические заводы.
В-третьих, нам нужны приборы для слежения за подводными объектами. В Британии серийно выпускаются Асдики[1], мы хотели бы получить эти приборы, а ещё лучше — лицензию на их производство.
Взамен, кроме продовольствия Советский Союз готов поставлять в Великобританию самые совершенные истребители И-185 и И-193[2] в разных модификациях и бронетанковую технику. Наши истребители на голову превосходят истребители Люфтваффе на всех высотах и всем диапазоне скоростей, а средние и тяжёлые танки, а также САУ на их базе, являются просто королями поля боя.
Англичане внимательно выслушали советские пожелания, сутки подумали и подписали соглашение по всем пунктам, кроме предоставления лицензии на Асдик. Впрочем, на лицензию наши не слишком-то рассчитывали, так что все остались чрезвычайно довольны достигнутыми соглашениями.
Принц Генри улетел в Лондон, где его, несколько поспешно, всего через неделю, короновали под именем Генриха IX. Оправдание такой поспешности было: идёт тяжёлая война, высшее руководство уничтожено предательским ударом гуннов, значит нужна жёсткая рука, способная вести страну к победе.
[1]Асдик — ASDIC— гидролокатор, прообраз современного сонара, работал он по принципу эхолокации
[2][2] В нашей реальности И-185 серийно не выпускался, а И-193 не существовало.
Глава 20
Возвращение в Советский Союз оказалось вовсе не таким гладким, как планировали в НКГБ и намного более затруднительным, чем планировал Антон.
Дело в том, что все эти годы он нещадно эксплуатировал лебедя. У любой техники есть предел, за которым следует капитальный ремонт, а в худшем случае даже утилизация. На самом деле лебедь способен провести все профилактические и ремонтные работы, в том числе и с заменой органов, вернее, с их полным омолаживанием. Проблема лишь в том, что процедура профилактики и омолаживания не так проста и довольно продолжительна. Уже сильно послужившему лебедю для этого требовались не менее двух-трёх месяцев, а вот времени как раз и не было: постоянно приходилось вылетать на разведку, или вот как сейчас, на проведение диверсии стратегического масштаба. Следует учитывать, что лебедь вовсе не новый, он у Антона с двенадцати лет, когда родители подарили на день рождения в качестве рабочего инструмента: мальчик уже тогда увлёкся драконологией. Четырежды лебедь проходил автомодернизацию, но тогда не было проблем с его заменой — лебедя ему на время давали друзья, а однажды Антон взял такую машину в прокате.
Короче: теперь дальность полёта лебедя сократилась с пяти тысяч до полутора тысяч километров, и ничего с этим не сделаешь. В общем, они с руководством договорились, что Антон долетает до Швеции, а оттуда посольский самолёт доставит его в Москву.
До определённого момента всё шло гладко: Антон спокойно перелетел из Англии в Швецию, и никем незамеченный опустился на лесной поляне острова Энхольмен, что расположен в длинном фьорде Норртеевикен, недалеко от Стокгольма.
Как договаривались заранее, Антон спустился к берегу и устроился между тремя валунами так, что его не видно со стороны. Спустя какой-то час к берегу пришлёпал неказистый чумазый катерок, воняющий рыбой и нефтью: катер, приводил в движение допотопный движок, работающий даже не на солярке, а на сырой нефти. Заросший волосами и бородой здоровенный мужик неопределенного возраста, в чумазой, когда-то синей робе, окликнул Антона на хорошем русском языке: