Я не играю (СИ)

  
Соль на моей коже
 
Мы плавали, пока не посинели от холода. Это было не очень романтично, но мы не могли оторваться друг от друга. В гостинице нас ждал насупленный Максим.
- Куда вы пропали? – буркнул он.
Я глянула на циферблат и ужаснулась. Уже полдень! Стыд окатил меня с ног до головы. Мы совершенно забросили ребёнка! Перебрав в голове все возможные слова, я так и не смогла найти оправдания.
Демьян беззаботно улыбнулся.
- Не парься, Макс. Наш уговор в силе.
После этих слов настал черёд Максима прятать глаза и мучительно подбирать слова. Я так и не поняла, что за уговор и почему племянник так смутился. Но выяснить у меня это так и не получилось. Демьян потащил меня дальше по коридору. На стенах мелькали морские пейзажи, а через распахнутые окна врывался солёный воздух.
- Спускайся вниз, встретимся там. – уже через спину бросил мой жених?
Боже, как это странно звучит! Неужели Демьян и вправду сделал мне предложение руки и сердца? А я согласилась? Каким образом эта игра зашла так далеко? Не понимаю.
На коже осела соль и мне безумно хотелось её смыть. А ещё я была безумно голодна. В моих мыслях крутились рецепты салатов, и мяса, а за чашку кофе я бы сейчас вообще убила.
Демьян затащил нас в душ и прижал меня к каменной стене. Шершавый камень немного царапал кожу, но это ощущение скорее будоражило, чем раздражало. Мягкие губы коснулись моей ключицы и спустились ниже. Мокрый купальник неприятно холодил кожу. Я потянулась к завязкам, чтобы сбросить его. Лукин рвано выдохнул, упёрся ладонями в камень и прошептал.
- Ты так прекрасна, что мне иногда больно на тебя смотреть.
Стянув с себя купальник, я игриво отбросила его и обвила торс любимого ногой.
- Не смотри.
- Не могу.
Его горячая кожа обжигала мою кожу, мне было безумно жарко. И я не нашла ничего лучше, чем нащупать вентиль крана и крутануть его. Мощный поток холодной воды обрушился на наши головы. Я захлебнулась криком от неожиданности, а Демьян лишь простонал сквозь зубы.
- Чёрт побери, женщина! Что ты делаешь?
Ни о чём интимном речи уже не шло. Соль с нашей кожи утекла вместе с возбуждением. Постояв пару минут под холодным душем, мы выскочили из него. Демьян замотал меня в пушистое полотенце и отправил собираться на обед. Я бросила виноватый взгляд на него и пошла сушить волосы. Блин, нехорошо получилось.
В нашем номере имелась просторная терраса и я вышла на неё, одевшись и промакивая волосы полотенцем на ходу. Солнце висело прямо у меня над головой. Птицы скрылись из виду. А вода отражала яркие лучи полуденного солнца и слепила глаза. Небо было таким чистым и прозрачным, что мне хотелось упасть в него с криком счастья. Неужели можно быть такой счастливой?
Мысль неприятным калейдоскопом крутанулась в сознании, и я вспомнила всё, что произошло после того, как я думала эту мысль в последний раз. Мои ноги подкосились и, если бы я не схватилась за перила, точно рухнула бы. И не факт, что по эту сторону перил. Сердце сжала невидимая рука и я непонимающе прижала руку к груди. Что это со мной? Воздух со свистом наполнял лёгкие, но был до того пустым, что я никак не могла вдохнуть достаточно.
Мои плечи обхватили сильные руки и оттащили от края. Я и не заметила, как опасно низко наклонилась над перилами.
- Маш, что с тобой?! Маша!
Взволнованный голос Демьяна немного привёл меня в чувство. Но мне никак не удавалось унять бешено стучащее сердце. Только минут через пять получилось сдавленно ответить.
- Не знаю. Уже всё в порядке, нормально.
Лукин явно не поверил мне и повёл в комнату. Усадил на кровать и достал мобильник. Я не знаю, кому он звонил и о чём разговаривал. Хоть Демьян и не вышел из комнаты, но говорил очень тихо. На застывшем лице выделялись его испуганные глаза. Мне ещё не доводилось видеть его таким. Я вообще не думала, что Демон умеет переживать. Оглушенная и растерянная, я сидела на кровати. Что происходит?
В дверь постучали и в комнату скользнули люди в белых халатах. Один из них сразу подошёл ко мне и луч жёлтого света ударил в глаза. Я отмахнулась от фонарика, больно резанувшего глаза. Найдя глазами Демьяна, я непонимающе нахмурилась. В голове варилась каша, по ощущению овсянка. Такая же липкая и скользкая.
 
- Мария, вы меня слышите? – деловито спросил один из бригады.
- Да. – осторожно ответила я.
- Как вы себя чувствуете?
- Странно. – я покатала свои ощущения внутри – Дышать тяжело.
Задававший вопрос парень важно покивал и отметил что-то в планшете. Он бережно прижимал планшет к груди, когда разговаривал со мной. А получив ответ быстро-быстро записывал. Наверняка у него был мелкий, бисерный почерк. Ручка словно стояла на одном месте, совсем не двигаясь. Господи, о чём я думаю?
Доктор, осматривавший меня, будто я породистая собачонка, уже прикладывал к моей груди статоскоп. Я посмотрела на его руку, державшую блестящий кругляшек.
- Да что происходит?! – я оттолкнула руку от своей груди и вскочила с кровати.
Но в глазах резко потемнело, и я, пошатнувшись, чуть не завалилась вперёд. Холодные руки подхватили меня подмышки и усадили обратно на кровать.
- Тише, Мария. Похоже, у вас была паническая атака.
Когда у меня в глазах немного прояснилось, я смогла сфокусироваться на лице врача. Его стиснутые в узкую полоску губы и ясные синие глаза, осуждали меня. Возможно, он принял меня за одну из капризных пациенток? Мне было всё равно. Я перевела глаза на Демьяна и обомлела. Его серое лицо осунулось, а глаза потемнели.
- Вы беременны? – вопрос выбил меня из созерцания лица моего любимого.
Я помедлила и твёрдо ответила.
- Нет.
- Вы уверены? Такие симптомы возможны при беременности.
- Я совершенно точно уверена! – этот допрос с пристрастием меня уже бесил.
Совсем недавно у меня были женские дни, и я не понимала, зачем вгонять меня в краску и спрашивать так настойчиво. Ведь я уже ответила!
- В любом случае нам нужно сделать тест. – не унимался парень с планшетом.
Устав от внезапной вспышки гнева я лишь покорно кивнула. Пусть делают что угодно. Апатия накрыла меня ватным покрывалом. С ней я была знакома. Она словно давняя подруга обняла меня, забрала все тревожные мысли, уложила в постель.
Мне прокололи палец и взяли кровь на анализ, он оказался отрицательным, как я и говорила. Затем меня оставили в покое. Я сама не заметила, как провалилась в сон. Мне снились черно-белые сны, как газетные вырезки. Не помню точно, что это было, но ощущения после этих снов остались неприятные. Я долго плавала между сном и явью. Мне казалось, что я и не спала вовсе, ведь усталость никуда не делась.
Открыв всё-таки глаза, я очень удивилась. За распахнутыми настежь ростовыми окнами догорал закат. Я проспала весь день. В кресле у окна сидел Демьян, он, заметив моё пробуждение, отложил планшет и посмотрел на меня. Его взгляд по-прежнему мне совершенно не нравился. Тревога, поселившаяся там, словно, проросла вглубь и пустила корни.
- Как давно у тебя панические атаки?
Пришлось напрячь память, чтобы вообще понять о чём он.
- Сегодня была первая. Я вообще не поняла, что произошло.
Демон опёр локти на колени и положил на руки голову.
- У тебя посттравматический синдром. Доктор предположил, что ты что-то вспомнила или тебе напомнили о каких-то неприятных событиях. О чём ты думала, когда всё случилось?
Я перебрала бисеринки мыслей в голове и с трудом вспомнила ту последнюю мысль перед панической атакой.
- Я думала о том, какой счастливой я стала. Это была последняя мысль, тогда... ну, перед тем как я узнала о споре.
Пришлось опустить голову, чтобы не видеть, как сжались челюсти на лице Демьяна. Мне не хотелось видеть, как он страдает, ведь даже в глубине души я простила его. Честно… Но, видимо, что-то внутри меня всё ещё сломано. И игнорировать это невозможно.
Демьян застыл. Он просто сидел и смотрел в одну точку. Ничего не говоря, мне даже, казалось, что он и не дышал. А потом резко встал, подошёл ко мне и присел перед моей кроватью.