Убери руки, подонок (СИ)
— Белобрысый, — окликает меня со спины сиплый голос, прерывая жаркую прелюдию, после которой я планировал хорошенько отыметь малышку, — на задний двор! — От приказного тона я прихожу в легкий шок и, вскинув брови, оборачиваюсь, вынимая руку из горящей сладости. Рослый брюнет крепкого телосложения стоит, вальяжно опершись о стену плечом. — Хули вылупился? — сканирует настороженным взглядом. — Тащи свою задницу и смотри, никого не принеси на хвосте.
Он отталкивается от опоры и покидает помещение.
— У тебя прямо талант заводить дружбу, — с довольным видом замечает девчонка, нервно поправляя задравшееся платье.
— Дааа уж, — протягиваю, — я очень общительный мальчик. — Возвращаю руки на маленькую попку и грубо стискиваю, отчего у мелкой прерывается дыхание. — Подаришь поцелуй на удачу?
Пробегаюсь языком по пересохшим губам, предвкушая сладкую влажность, которая сейчас мне жизненно необходима. Алкоголь дает о себе знать и меня мажет, превращая реальность в череду ярких вспышек.
— Думаешь, он тебе поможет?
— Думаю, я просто хочу оттрахать твой ротик языком, — заявляю, рывком притягивая ее к себе, чтобы прикусить манящие губы, но Брида отстраняется.
— Выживешь, обязательно поцелуешь, — дерзко шипит девчонка и отталкивает меня, отчего я непроизвольно отшатываюсь назад. Брида по максимуму пользуется моим расслабленным состоянием. Но на этот раз я не оказываю на нее давления, пускай выдохнет. Все равно сегодня возьму свое. Безусловно, я бы предпочел расслабить член в ее узенькой малышке прямо сейчас, а не вот это вот все, но…
— Удачи, — ехидно фыркает девчонка, прежде чем выйти за дверь.
***Картины перед глазами слегка плавают и кружат голову. Облокачиваюсь на стену и опускаю голову. Я прекрасно понимаю, зачем меня столь любезно пригласили на встречу, и заторможенный мозг не задумывается о последствиях. Поэтому распирающий азарт, закипающий в моих венах, несет навстречу очередным проблемам. Распрямляю спину и вдавливаю ладони в глазницы, шумно выдыхая и заглатывая новую порцию кислорода. Нужно немного оклематься. Похлопав себя по щекам, немного прихожу в себя. Переступаю порог черного выхода, и в нос ударяет коктейль из холодного воздуха и сигаретного дыма. Именно присутствие запаха заставляет меня осмотреться вокруг.
— Воу-воу, парни, — произношу, отходя на пару шагов назад.
Ноги путаются из-за пьяного дурмана. Адреналин, доза которого молниеносно подскакивает далеко за пределы нормы, придает острый привкус былого куража. Шумно вбираю ноздрями воздух и с рыком выдыхаю. Четверо на одного. Шансы невелики, но повеселиться можно. А в связи с последними событиями в моей никчемной жизни кому-то очень не повезет попасть мне под руку. Я и так-то дурак, а пьяный — вообще пиздец. Но недолгие размышления обрываются, когда жилистый кулак пролетает мимо моего лица. Не осознавая даже, как я избежал столкновения, возвращаю корпус на исходную позицию. Мышечная память работает на ура. А вот от второго удара увернуться уже не получается, и острые костяшки рассекают мою губу, из которой тут же появляется теплая струйка крови. Слизываю ее языком и упираюсь ладонями в колени. На глаза попадается толстая цепь. Не дожидаясь очередной атаки, рывком бросаюсь к урне и поднимаю теперь уже свое оружие, звонко наматывая его на кулак.
— А что это мы приутихли? — Раскидываю руки в стороны и высовываю язык, проводя им по верхним зубам. — Вот он я, идите сюда, малышки. Желательно по одной. Оставлю на каждом вашем ебальнике авторскую подпись, — говорю, и в этот же момент с размаху вбиваю обмотанный цепью кулак в нос первому попавшемуся. Дааа. Вот он, звук чистого кайфа — хруст вперемешку с бульканьем крови, приправленные жалобным воплем. У троицы позади энтузиазма поубавилось. Но я ведь не гордый, сам подойду. Лениво шагаю вперед.
— Ну, давай, оставь мне автограф, белобрысый гондон, — рычит тот самый брюнет, что пригласил на столь веселое мероприятие, и резким броском сокращает между нами расстояние.
Быстрые движения слегка дезориентируют меня и, поймав нужный момент, он сгребает мое тело в захват, но повалить силенок ему не хватает. Я впиваюсь зубами в его руку и жестко сжимаю их, ощущая языком легкую вибрацию разрывающейся кожи. Вкус терпкой крови бьет электрическим разрядом прямо в мозг, будоража мои животные инстинкты, но уши неприятно закладывает от гортанного крика. Мне до ужаса хочется устранить этот раздражитель. Выворачиваюсь и точным ударом бью в ключицу, с глухим хрустом ломая ее. Новый пронзительный крик звучным эхом разливается в темной подворотне, но насладиться моментом мне мешает внезапная острая боль, прошивающая затылок. Ноги подкашиваются, и я падаю на колени. На этом мое триумфальное выступление окончено. Грубой хваткой меня поднимают под мышки и тащат в сторону, как сырой кусок мяса, пока взгляд не упирается в лощеные туфли. Волосы сжимают в кулак и жестко дергают назад, закидывая голову вверх. От удара в глазах еще двоится, но это смазливое лицо я узнаю, даже будучи слепым.
— Так это ты, красотка? Соскучилась? — улыбаюсь, и от натяжения треснутая губа рвется еще больше.
— Я предупреждал, но ты ослушался меня, — опускается тяжестью на плечи пафосно-низкий бас.
— Звучит скучно. — Прохожусь языком по деснам и сплевываю сгусток крови на его штанину. Ощутимый удар пронзает мою челюсть, вырывая из груди язвительный смех. — А она хороша, — медленно проговариваю, смакуя каждое слово в кровавом рту, — дааа, — скалюсь. — Знаешь, какой я испытал кайф, порвав малышку первым?
Серия точных ударов прилетает прямо мне по физиономии, отчего голова дергается из стороны в сторону. Однако мне необходимо физическое насилие. Я ждал этого. Только боль вытащит все мое дерьмо наружу. И эффект не заставляет себя долго ждать. Вместо азарта во мне слой за слоем просачивается жгучая ярость, подобная взрыву бомбы. Пытаюсь выдернуть руки, но вонючие гиены держат их, словно я распят, а передо мной стоит Иуда.
— Что, сука, один не можешь со мной справиться? — Хватит, веселье закончилось. — Таких крыс, как ты, меня учили закапывать заживо. Но я позволю тебе существовать и наблюдать, как я трахаю твою сестренку.
— Закрой свою пасть! — рявкает Чезар, надрывая глотку, и с ноги вышибает меня в грудь. Пара секунд свободного полета, и я приземляюсь на спину, тупо ударяясь затылком о бордюр. Перед глазами адская карусель, вперемешку с приглушенными звуками, а в голове звенящая пустота. Все на своих местах. В крови убойная доза виски, а в теле — боль.
Спустя какое-то время сознание проясняется от знакомого голоса, и в то же мгновение я чувствую теплые ладони на своем лице. Прищуриваю глаза и пытаюсь разглядеть затуманенный силуэт. Мне дается это с трудом, потому что голова глухо падает назад. Но я знаю, что это она.
28
Бриджида
Господи, в туалетах меня преследует злой рок. Это неизменное место встречи с дьяволом. Одергиваю платье и сажусь на свое место.
— Ты что так долго? — недовольно бурчит Лара.
— Не спрашивай, — судорожно выдыхаю и пытаюсь расслабиться. Этот напыщенный индюк словно разлил по моему телу чан с кислотой. Даже от собственной кожи ощущаю дискомфорт.
— Что с твоим лицом? — брезгливо кривится подруга.
Твою мааать. Хочется заорать во все горло. Он же растер мой макияж по всему лицу! Ни слова не говоря шокированной подруге, спрыгиваю со стула и опять несусь в туалет. Опираюсь о столешницу и в ужасе прикрываю глаза. Помада размазана по губам и щекам, будто я занималась самыми грязными непристойностями. Козлина! Смачиваю салфетку водой и пытаюсь оттереть, но красная помада очень стойкая, и цвет кожи оставляет желать лучшего. Сегодняшний вечер испорчен. И вот как ему это удается?
Выхожу из туалета, направляясь к подруге, но резко меняю направление, когда в отдалении слышу надрывный крик. Вспоминаю, что за Явором приходил парень из компании Чезара, а дальше ноги несут меня сами. Приходится попетлять, чтобы найти выход на задний двор. В баре ажиотаж, но эта часть здания пустует, что позволяет мне ходить там, где не положено. Наконец натыкаюсь на дверь и, слегка приоткрыв, замираю. Два парня держат Явора с обеих сторон за руки, а третий задирает его голову за волосы. Не слышу их разговора, но прекрасно вижу, как Чезар наносит удары прямо по лицу. Подлость брата не устает удивлять, а ненависть окончательно оседает в глубине души. Но когда Виски бьет блондина с ноги в грудь, мое сердце пропускает гулкий удар, словно это пнули меня, а не Явора. Вырываюсь на улицу и, запнувшись за порог, влетаю прямо в мусорный ящик.